Вероника Ева – Невеста супергероя (страница 37)
Тепло начало отпускать ее. Словно вынырнув из кипящей воды, она открыла глаза, чувствуя саднящую боль по всему телу и слабость. Вот она, жестокая реальность.
Ее обнаженная спина прилипла к чему-то жесткому и холодному, а тело прикрывала лишь легкая белая простыня. Здесь пахло прогнившими досками и протухшими водорослями. Чувствовалась непосредственная близость воды. Но сейчас она могла видеть лишь яркую лампу у себя над головой и гигантскую свастику, нарисованную черным баллончиком на бетонной стене напротив.
Мысли все еще путались в голове, будто ее накачали по меньшей мере двумя ведрами виски. Она не успела прийти в себя окончательно, все еще прокручивая в голове фрагменты формул, как услышала мужской голос, эхом отскакивающий от стен. Затаив дыхание, она прикрыла глаза, прислушиваясь. Возможно, услышанное поможет ей побыстрее смыться отсюда и найти Грейс.
— Что скажешь, Арно? — В ее голове что-то шевельнулось.
— Структура ее ДНК значительно изменилась с тех пор, как я обследовал ее в последний раз, — послышался гнусавый голос, а Лив словно пронзил разряд тока.
Она узнала его. Эта картавость, легкий акцент… Арно. Так звали доктора, к которому она обратилась после того, как начала ходить во сне.
Нет. Она была у него и раньше. Когда сдавала медкомиссию перед началом учебы. Как раз после катастрофы.
— Значит, она готова к трансплантации? — Вновь заговорил второй голос, заставивший девушку покрыться испариной. Трансплантации, черт ее подери?! Пора смываться отсюда, да поскорее. Этого так боялся Марк? Но… Трансплантация чего?
— К сожалению, эти изменения понесли за собой многие другие… — надменно заявил Арно, а Лив с силой закусила обратную сторону щеки, чтобы не закричать. Вспоминая своего доктора, ей становилось дурно. Он. Был. Огромным. Даже постарайся она убежать сейчас, и этот высокий амбал с длинным носом скрутит ее, как маленького ребенка. — Это может быть слишком опасно для фюрера. Придется найти другого медиума.
— Но их больше
— Уверен, есть и другие. Просто им не довелось оказаться в больнице, чтобы мы вычислили их по анализу крови. Мы что-нибудь придумаем, но эта нам больше не подходит. Избавься от нее.
Мысли в ее голове метались, сталкиваясь друг с другом, разбегаясь, вновь сталкиваясь, не давая ей собрать все воедино. Затаив дыхание, Лив постаралась успокоиться. Что ей известно? Злодеи вышли на нее из-за того, что она обратилась к врачу (Боже, храни нашу медицину). Она была нужна им, но теперь вдруг перестала быть подходящей. От нее хотят избавиться.
А еще она голая.
Почему-то перспектива сражаться за свою жизнь в чем мать родила пугала ее сильнее всего остального. Как глупо.
Внезапно, холодная штуковина, на которой она лежала, пришла в движение. Бурча что-то себе под нос, второй мужчина катил ее куда-то. Лив едва заметно приоткрыла глаза, чтобы контролировать ситуацию. У нее над головой мелькали зияющие в крыше дыры, местами рабочие светильники, а запах тухлой воды и рыбы стал еще отчетливее.
Вскоре, мир над ее головой остановился. Послышался скрип, и вокруг вдруг стало темно.
Запоздало сообразив, что ее привезли в какую-то камеру, Лив вскочила на ноги, одной рукой прижав простыню к груди. Но было слишком поздно. Ее заперли в подсобке какого-то заброшенного здания. Прямо, как в каком-то дешевом боевике.
Это была маленькая комната, метр на метр, с сальным матрасом на бетонном полу, на котором она — спасибо хотя бы на этом — обнаружила свою пижаму. Одевшись, она затравлено осмотрелась. Никаких вентиляций и других отверстий, через которые обычно ускользали в фильмах. И даже ложку ей не оставили, чтобы сделать подкоп.
А почему ее сразу не убили? Раз она не нужна, зачем запирать ее в кладовке? Нет, конечно, она не жаловалась, но эта мысль так и маячила перед ней немым вопросом.
Подергав на всякий случай ручку двери и убедившись, что она заперта, Лив уселась на пол, игнорируя заляпанный чем-то матрас. Чтобы разобраться во всем, она начала прокручивать в голове все, что произошло с ней за эти… часы? Дни?
Сначала она проснулась от того, что в ее легкие хлынула непонятно откуда взявшаяся вода. Непонятная девица в ее комнате равнодушно наблюдала за тем, как она задыхается. Потом она потеряла сознание. Ей приснилась Катерина, и они мило беседовали, пока двое мужиков делали неизвестно что с ее лишенным одежды телом. Думать об этом ей даже не хотелось, ничего хорошего из этого не выходило. Потом эти же двое решили, что она им больше не нужна и повезли убивать. Но вместо этого заперли в кладовке. В кладовке без вентиляции и прочих отверстий.
Прекрасно!
И что ей делать?
Подойдя к двери, она начала со всей силы дергать ее за ручку и орать. Да так, что услышь ее сейчас отец, точно вымыл бы ее рот с мылом.
— Ну что за выражения, — послышался сзади насмешливый голос Майкла.
— Что смешного, меня тут вообще-то убивать хотят, — возмутилась Лив, оборачиваясь на улыбающегося паренька. — Сделай что-нибудь! Сделай меня проходящей сквозь стены! Давай!
— Для начала успокойся, — Майкл выставил перед собой руки, делая глубокий вдох и выдох. — Повторяй за мной. Глубоко дыши…
Отчаянно цыкнув, Лив все же выполнила его просьбу. Только вот спокойней ей от этого не становилось.
— Я успокоюсь, только когда выберусь отсюда!
— Так, ладно, слушай, — серьезно начал Майкл, медленно обходя ее вокруг и осматривая. — Может, у тебя где-нибудь завалялся жидкий азот? Или мощная кислота?
— Ты издеваешься? — Взбесилась девушка, пытаясь схватить его за плечи. Но ее руки прошли сквозь него.
— Понял, сам вижу, что карманов на твоей пижаме нет, — хмыкнул парень, усаживаясь на грязный матрас. — Тогда, может, есть заколка? Шпилька?
Лив затравленно провела рукой по спутанным распущенным волосам и обреченно взвыла.
— И этого нету, — задумчиво продолжил Майкл. — Хм.
— Ну что, хм? Позови уже сюда какого-нибудь призрачного амбала, который вселится в меня и вышибет эту дверь!
— Точно! — Парень ударил сжатым кулаком о раскрытую ладонь и вскочил на ноги. — Есть у меня кое-кто на примете. Правда не амбал, но в тренажерный зал мы с ним вместе ходили…
— Ну так зови уже, — взмолилась Лив.
— Я не могу, — беспечно пожал плечами Майкл и закинул руки за голову. — Сама позови. Он уже близко, должен услышать.
Внезапно за дверью послышался сдавленный крик и грохот. Тонкая полоса света под дверью полыхнула красным.
Обернувшись, Лив обнаружила, что Майкл исчез. Но она уже и сама все поняла.
— Август! — Что есть сил завопила она. — Август, я здесь!
Снаружи послышался очередной сдавленный крик, а затем тяжелый топот ног.
— Лив! — Он изо всех сил выкрикнул ее имя, и девушка облегченно вздохнула. — Отойди от двери, ладно?
— Август, тут очень тесно… — вжавшись в угол, она опасливо прикрыла лицо руками, и дверь слетела с петель.
В маленькую комнатку ворвался дневной свет и запах гари. На пороге стоял он. Объятый пламенем.
— Ты цела, — выдохнул Август и сделал шаг вперед.
В комнате в один миг стало душно, но огонь с его тела слетел в одно мгновение, не оставив от себя и следа. Август внимательно сканировал ее с ног до головы, а Лив хотелось упасть на пол и выдохнуть все то, что скопилось в ней.
Она и сама не поняла, как это произошло, она не собиралась двигаться, но ноги сами отнесли ее к нему. Обхватив его кожаную спину руками, Лив уткнулась носом в напряженное, еще слишком горячее, плечо. Все вокруг вдруг стихло, сосредоточившись на этих двоих, застывших посреди душной комнаты. Лив чувствовала, что он продолжал смотреть на нее, но сама она просто прикрыла глаза, уверенная, что теперь ей больше ничего не угрожает.
Он пришел за ней.
Она и поволноваться толком не успела.
Словно невидимый кулак ударил ее под дых, выгоняя из легких весь кислород. Розовая пелена спала с ее глаз, и она попыталась отстраниться от Августа, но он не дал ей этого сделать, подхватывая на руки.
— Горячо? — Тихо спросил он, заметив ее растерянный взгляд. Но Лив отрицательно покачала головой, и он продолжил свой путь, через чьи-то тела и обугленные обломки стен. Она кусала губу, наблюдая за его длинной челкой, колышущейся в такт движению, за его напряженным сосредоточенным лицом, за его желваками, которые ходили ходуном.
Она физически, как горячее касание, ощущала все то, что творилось у него внутри. Ей пришлось отвести взгляд, потому что она боялась, что, если он посмотрит на нее в ответ, она просто утонет в этих глазах, потеряет ту токую нить мыслей, что сейчас пыталась распутать.
Здание утопало в тишине. Неужели, Август один вырубил всех, кто был здесь?
Мысли снова непроизвольно унесло к тем местам, которых касалась грубая кожа его костюма, но это не отменяло того факта, что это были
Наверное, она умирает.
От его рук и обеспокоенного взгляда. Обеспокоенного
— Как ты меня нашел? — Справившись в поединке с самой собой, выдавила она, вновь вернувшись к гнетущим все ее внутренности мыслям.