Вероника Дуглас – Поцелуй охотника (страница 82)

— Ты должна быть осторожна. Как кровь в воде, страх и магия притягивают сюда все, не говоря уже о звуках. Так что говори поменьше и, что бы ты ни увидела в тумане, не теряй голову.

Она повторила мои инструкции Сариону, и он поправил ножны и огляделся.

— Замечательно. Я иду вслепую в туман, ведомый невидимой версией бога, с которым я боролся всю свою жизнь.

— Клянусь, он здесь. Я не просто сумасшедшая, ведущая тебя на смерть.

Сарион кивнул.

— Я знаю. Это делает все еще хуже.

Я повел их дальше вглубь тумана. Обычно туманы переходят, как реку — выбирая узкие места и следуя по проторенным тропам. Но мы бежали вдоль шва, по самой границе туманного пятна. Наш путь был куда опаснее.

Через двадцать минут хлопанье крыльев вернулось, но вместе с ним пришло и другое ощущение — низкие вибрации, быстро распространяющиеся под землей.

Я жестом показал Саманте остановиться.

— Смертокрыл. И что-то следит за ним. Скажи Сариону, чтобы он не издавал ни звука.

Саманта присела на корточки и приложила палец к губам.

Мы подождали, пока силуэт проплывет над головой. Перед ним расступились полосы тумана.

Черт. Этот дурацкий всадник использовал магию, чтобы искать нас.

Внезапно земля затряслась, и из земли взметнулось темное щупальце. Грязь дождем посыпалась вокруг нас, когда смертокрыл издал гортанный вопль и был сорван с неба.

52

Саманта

Я зажала рот рукой, когда черная фигура потащила скрюченное тело смертокрыла вниз, в землю, точно так же, как корни поглотили Астру.

У меня скрутило живот от этого воспоминания.

Грохот стих, и леденящая душу тишина установилась вокруг нас, затуманивая зрение и играя злые шутки с моим разумом.

— Это была ошибка, — прошептал Сарион, и я снова приложила палец к губам.

Убедившись, что тварь в земле двинулась дальше, Кейден повел нас вперед.

Пейзаж постоянно менялся по мере нашего продвижения, как будто кто-то разбил мир на куски и высыпал их обратно. Зазубренные камни превратились в скользкую поверхность, а редкие деревья, на которые мы натыкались, были скрючены, их ветви напоминали пальцы, тянущиеся ко мне. И всегда серая пустота текла вокруг нас, создавая гротескные формы, которые, казалось, скрывались вне поля зрения.

— Что случилось с этим местом? — прошептала я.

Кейден оглянулся на меня через плечо.

— Когда я создавал это царство, я собрал воедино острова грез. Туман — это клей, который скрепляет их вместе, но в трещинах застряло многое другое — кошмары, страхи, фрагменты памяти.

Я вздрогнула, но он улыбнулся, и уверенность в его глазах согрела меня.

— Не волнуйся, волчонок. Я создал этот мир, и я проведу тебя по нему невредимой.

Время, казалось, не существовало, и в уголки моих мыслей начало закрадываться заблуждение. Неземной шепот, который другие не могли слышать, поднимался и затихал вокруг меня, уносимый странными потоками, пробивающимися сквозь туман. Некоторые были всего лишь полубезумным бормотанием. Другие были так же ясны, как если бы я произносила их сама.

Ты убийца. Предатель своей крови.

Ему плевать на тебя, только на магию твоей души. Он использует тебя.

Ты убила ее.

Чувство вины и сомнения терзали меня, и мое дыхание стало прерывистым.

Затем, когда я уже думала, что не смогу больше выносить это бормотание, магия Кейдена прошлась по мне, успокаивая нарастающий поток эмоций.

— Не обращай внимания на голоса ветра. Это отголоски твоих собственных страхов, которые используются, чтобы заманить тебя в опасность и безумие. Они ненастоящие.

Я украдкой взглянула на Сариона. Затравленное выражение его лица сказало мне, что он сражается со своими собственными демонами.

— Игнорируй все, что услышишь, — сказала я ему.

Сарион кивнул, и мы продолжили путь.

Воздух потяжелел от влаги, запаха разложения и застоявшейся воды, и вскоре мы достигли грязного края болота. Толстый слой тумана покрывал поверхность, освещенную нездоровым светом, просачивающимся с неба, что придавало ему зловещий оттенок.

Кейден повел нас по истертому и разбитому настилу.

— Не смотри вниз, в воду. В ней отражается не небо, а только мрачная правда и глубокие страхи внутри тебя.

Повернувшись, я повторила предупреждение Сариону, затем последовала за Кейденом на дорожку. Первая доска тихо скрипнула, но была прочной. Он помолчал.

— Помни, на самом деле меня здесь нет, поэтому выбирай свой собственный путь осторожно. Многие доски прогнили.

Я не хотела представлять, что произойдет, если мы упадем в проклятое болото.

Я проверила каждую доску, прежде чем перенести на нее свой вес, а Сарион следовал в нескольких шагах позади. Хотя я не сводила глаз со своего пути, мой разум продолжал возвращаться к шепоту.

Моя мать умерла, и это была моя вина. Я могла бы спасти ее, если бы была сильнее или хотя бы на мгновение быстрее.

Моя нога поскользнулась на гнилом дереве, и ботинок погрузился в холодную темную воду. Я упала на колени, боль вернула меня к реальности. Покрытое рябью, мое отражение смотрело на меня из эбеновой воды. Затем последовала вспышка ослепительного света, и я увидела, как мое тело поглощает ад магии. Я увидела Кейдена рядом со мной на коленях, корчащегося от боли. Я была мертва, и он оплакивал меня.

Сильные руки схватили меня за плечи, поднимая на ноги, и видение исчезло так же быстро, как и появилось.

— Не смотри в воду, — сказал Сарион, удерживая меня. — И перестань кричать.

Я кричала?

Я вздрогнула от этого воспоминания и поднялась.

— Ты в порядке? — спросил Кейден.

Его рука зависла рядом со мной, затем сжалась. Мы не говорили о том, что произошло в Колодце. Может быть, и сказать было нечего.

Я кивнула, и холодная дрожь пробежала по мне. Мое тело больше не казалось мне моим собственным, как будто моя душа вырвалась на свободу и парила где-то в другом месте.

Кейден окутал меня своей магией, словно теплым покровом тени, и дрожь лишь слегка ослабла.

— Что ты видела?

— Я умирала, а ты плакал.

Выражение его лица посуровело.

— Видения — всего лишь иллюзии, возможные пути, по которым может пойти судьба, но я не позволю ничему случиться с тобой, маленький волчонок. Твоя судьба еще не предначертана.

Я смахнула влагу в уголках глаз. Я не сказала правду, которую чувствовала, поднимаясь во мне. Моя судьба была предначертана, и я уже выбрала ее.

Дорожный настил закончился у скалистого обрыва. Беловато-серый туман на этой стороне болота был более плотным, смешиваясь со слабым запахом сосновых иголок.

Скалы, из которых состоял утес, не должны были существовать. Мягкий песчаник расплавился в стекловидный обсидиан, а валуны известняка лежали вперемежку с базальтом и зазубренными нагромождениями лавы. Гигантские сосны возвышались над нами, их вершины были скрыты туманом.

Сарион споткнулся, когда мы взбирались по склону. Я схватила его за руку, чтобы он не поскользнулся, затем оглянулась на Кейдена.

— Нам нужно отдохнуть.

— Я в порядке, — сказал Сарион. — Если яд из стрелы еще не убил меня, то не убьет.