Вероника Добровольская – Семейные тайны. Книга 16. Так хочется жить..1 часть. Весенний ветер (страница 1)

Вероника Добровольская

Семейные тайны. Книга 16. Так хочется жить..1 часть. Весенний ветер

1 часть. Весенний ветер.

Самое страшное в предательстве

– это его внезапность.

А самое правдивое – его причина.

Виктор Франкл.

Владимиро-Волынское княжество

Весна 1125 года

Весна 1125 года расцвела над Владимиро-Волынским княжеством с особой пышностью. Солнце, ещё робкое, но уже ласковое, пробивалось сквозь молодые листья дубов, рассыпая золотые блики на гладь реки. На её берегу, у самой кромки воды, сидела Веснянка. Ей едва исполнилось шестнадцать, но в глазах её уже читалась зрелость, а в движениях – некая задумчивость, не свойственная юности.

Она перебирала свои височные кольца – тонкие серебряные спирали, украшенные мелкими бусинками. Их тихое позвякивание, когда они соприкасались, служило ей своеобразным успокоением. Сердце её, юное и пылкое, было охвачено тревогой, смешанной с предвкушением. Веснянка была обручена. Обручена с сыном князя Доброго, наследником этих земель, юным и, как говорили, достойным будущим правителем. Это был брак по расчету, призванный укрепить положение её рода, но для Веснянки он казался холодной, чужой дорогой.

Её мысли, словно птицы, уносились прочь от берега реки, от предначертанной судьбы. Они летели туда, где в кузнице, раскаленной добела, трудился он – Листопад. Высокий, статный, с копной ржаных волос. Его серые глаза, обычно сосредоточенные на работе, иногда встречались с её взглядом, и в эти мгновения Веснянка чувствовала, как сердце замирает, а потом начинает биться с удвоенной силой.

Листопад был простым кузнецом, сыном ремесленника. Его руки, сильные и мозолистые, умели придавать форму раскаленному металлу, создавать оружие, которое защищало княжество, и утварь, которая облегчала быт. Он не имел титулов, не владел землями, но в его взгляде, в его улыбке, в его голосе было то, чего не могла дать ей никакая княжеская кровь – искренность и тепло.

Веснянка часто находила предлоги, чтобы пройти мимо кузницы. Иногда она приносила ему свежий хлеб или кувшин с квасом, иногда просто останавливалась, чтобы полюбоваться его работой. Он всегда встречал её с уважением, но в его глазах мелькало что-то большее, чем просто вежливость. Он видел в ней не только дочь знатного рода, но и девушку, чья душа тянулась к чему-то настоящему.

Сегодняшний день был особенно тяжелым. Слухи о скорой свадьбе уже витали в воздухе, и каждый новый шёпот казался Веснянке ударом молота по её сердцу. Она знала, что должна смириться, что такова воля её родителей, такова участь многих девушек её положения. Но как смириться с тем, что её сердце принадлежит другому?

Вдруг она услышала знакомый звук – мерный стук молота по наковальне. Это был Листопад. Он работал, несмотря на приближающийся вечер. Веснянка поднялась и, не задумываясь, направилась к кузнице.

Дым и жар окутали её, но она не чувствовала дискомфорта. Листопад, заметив её, отложил молот и вытер пот со лба рукавом. Его серые глаза встретились с её, и в них Веснянка увидела то, чего так жаждала – понимание.

–Веснянка. – Его голос был низким и немного хриплым от жара.

–Листопад. – Прошептала она, чувствуя, как щеки заливаются румянцем.

Он подошел ближе, и Веснянка почувствовала, как её кольца зазвенели чуть громче.

–Ты сегодня печальна. – Заметил он, его взгляд был полон заботы.

Веснянка опустила глаза, не в силах выдержать его прямого взгляда. -Скоро… скоро моя свадьба.– Произнесла она, и каждое слово давалось ей с трудом.

Листопад молчал. Веснянка ожидала увидеть в его глазах разочарование, боль, может быть, даже гнев. Но он лишь смотрел на неё с какой-то тихой грустью, которая, казалось, отражала её собственную.

–Я знаю, – наконец сказал он, и в его голосе не было ни упрека, ни отчаяния. -Я слышал. Весь Владимир гудит об этом.

Он сделал шаг навстречу, и Веснянка почувствовала, как её сердце забилось ещё быстрее. Она подняла глаза, ища в его взгляде хоть какую-то надежду, хоть какое-то подтверждение того, что её чувства не были безответными.

–Но ты… ты ведь не хочешь этого? – Спросил он, и в его голосе прозвучала едва уловимая надежда.

Веснянка не могла говорить. Она лишь кивнула, чувствуя, как слезы начинают щипать глаза. Она не хотела этого брака, не хотела чужого князя, не хотела холодной жизни в тереме. Она хотела лишь его – простого кузнеца, чьи руки могли сотворить чудо из металла, а сердце – согреть её душу.

Листопад протянул руку и осторожно коснулся её щеки. Его пальцы были теплыми и немного шершавыми от работы, но прикосновение его было нежным, как весенний ветерок.– Веснянка, – прошептал он, и в его глазах, серых, как утренний туман, отражалось всё, что он чувствовал. -Я знаю, что я простой кузнец. У меня нет ни земель, ни титулов. Но я люблю тебя. Люблю так, как никогда не сможет полюбить ни один князь.

Его слова были как глоток свежего воздуха в душной кузнице. Веснянка почувствовала, как напряжение, сковывавшее ее, начало отступать. Она прижалась к его руке, чувствуя, как её сердце наполняется небывалой радостью. -И я тебя люблю, Листопад, – прошептала она, и ее голос дрожал от переполнявших её чувств. -Я люблю тебя больше всего на свете.

Дым и жар кузницы обволакивали их, словно древнее, могучее объятие. Они стояли так, прижавшись друг к другу, в самом сердце этого огненного мира. Раскаленный металл на наковальне, словно живое око, смотрел на них, а мерный, ритмичный стук молота отбивал такт их бьющимся сердцам. В этот момент для них не существовало ничего, кроме этого мгновения. Ни княжеских дворцов, ни обручений, ни предначертанных судеб, что ждали их за стенами кузницы. Существовала лишь их любовь – чистая, сильная, обжигающая, как пламя в горне. Она была готова закалить их судьбу, выковать её в огне страсти и преданности, сделать нерушимой, как сталь.

Его руки крепко обнимали её талию, её голова покоилась на его плече, вдыхая запах дыма, пота и чего-то неуловимо мужественного, что принадлежало только ему. Она чувствовала мощь его тела, тепло, исходящее от него, и знала, что здесь, в этом пекле, она в полной безопасности. Его губы коснулись её виска, затем скользнули к шее, оставляя за собой дорожку из мурашек. Она вздрогнула, но не от холода, а от предвкушения, от того электрического разряда, что пробегал между ними всякий раз, когда их тела соприкасались.

А потом, словно по волшебству, они оказались за кузницей, где мир был совсем другим. Здесь царила прохлада вечера и дурманящий аромат спелого, пушистого сена. Золотистые стебли мягко обволакивали их, создавая укромное, интимное ложе. Она лежала перед ним, обнаженная, её кожа светилась в сумерках, словно жемчужина. Он поглощал её всю одним взглядом – каждый изгиб, каждую линию, каждый нежный оттенок её тела. В его глазах горел огонь, но это был уже не жар кузницы, а пламя желания, нежности и безграничной любви.

Его взгляд скользнул по её груди, по плоскому животу, по бедрам, и Веснянка почувствовала, как по её телу разливается волна жара. Она охнула, когда боль на секундочку проявилась, острая, как укус пчелы, но тут же сменилась волной блаженства, разлившегося по всему телу. Это было так, словно все её существо расцвело, раскрылось под его прикосновениями, под его мужской силой. Его руки, его тело – она стала его, полностью и без остатка. И в этот момент ей не нужны были ни свадьбы, ни князья, ни пышные церемонии.

Было так хорошо, так невыносимо прекрасно, что Веснянка забыла обо всем на свете. Забыла, что пора домой, что матушка будет её искать, что вечерняя молитва не ждёт, что мир за пределами этого сеновала ждёт её с его правилами и условностями. Существовали только они вдвоем, их тела, их дыхание, их любовь, которая была сильнее любых предрассудков и предначертаний. В этом пушистом сене, под покровом ночи, они нашли свой собственный рай, выкованный в огне страсти и скрепленный нерушимой преданностью.

– Что же нам делать? – Спросила Веснянка, её голос был полон решимости, когда они лежали разомлевшие и счастливые..

Листопад крепче обнял её. –Я знаю , что делать.– Прошептал он

Он посмотрел на неё, и в его глазах горел огонь, который мог растопить любые преграды. Веснянка знала, что он прав. Их любовь была их силой, их оружием, их надеждой. И они были готовы бороться за нее, несмотря ни на что. В этот летний день 1125 года, в самом сердце Владимиро-Волынского княжества, родилась история, которая, возможно, ещё не была написана в летописях, но уже навсегда осталась в сердцах двух влюбленных.

Может в летописях и не написано, но написано по судьбе. Не любил Листопад Веснянку, ох не любил, мечтал он отомстить её отцу за поруганную честь свой матери. Когда то давно полюбила его матушка её отца, да он бросил её, обманув и обрюхатив, родилась его старшая сестра, которая умерла. И он знал как, подсобила её мать, сама уговорила её пойти в баню, там мать и родила ребенка, а её мать ребенка в печку бросила и ещё смеялась. Её спас от позора его отец. Но никогда не забывала его матушка о дочери, всё рассказала сыну, вложила ненависть и боль в сердце.

Веснянка шла к дому, окрыленная. Ветер трепал её русые косы, а в груди разливалось тепло от предвкушения. Она знала, что делать.