Вероника Добровольская – Семейные тайны. Книга 13. «Мышка» из Мышкина (страница 12)

Через час Харитон, Людмила и Никаа были в аэропорту, Сашу оставили с няней. Через семь часов они были уже в Калуге, в аэропорту их встречал постаревший ещё больше Илья Валерьевич, трясущими губами он рассказал о случившемся.

Солнце клонилось к закату, когда Валери с бабушкой собирали черемуху, а Тёмка увлеченно рыбачил неподалеку. Вдруг прибежали деревенские мальчишки, наперебой зазывая ребят искупаться. Старики, недолго думая, отпустили внуков.

Позже, как рассказывала Валери, после купания какой-то незнакомый мальчик предложил всем пойти на железную дорогу. Несколько человек, в том числе и Тёмка, загорелись этой опасной идеей. Валери пыталась отговорить брата, но он не послушал и убежал.

В отчаянии Валери бросилась к старикам и всё им рассказала. Дед, не теряя ни секунды, побежал к железнодорожному перегону, но было уже поздно. Тёмка, видимо, схватился за провод, и его обгоревшее тело снимали с высоковольтной линии. Единственное, что осталось от мальчика – его телефон, выпавший из кармана.

Остальные мальчишки, передумали идти на железную дорогу и убежали на поле к лошадям. Никто не знал, что это был за мальчик, который позвал Тёмку на перегон. Его видели впервые.

– Нужно сделать тест!– Прохрипел Харитон, входя в морг и видя обуглившее тело

– Да, ты прав , прав – Ника не могла поверить глазам. Да, Тёмка был шалопаем, но бегать по вагонам , -нет, этого не может быть. Я отправлю их в наш город, там быстрее сделают. Платон, может он испугался, может, спрятался?

– Мамочка, – Валерия бросилась в объятия матери. – Мамочка Темка мне звонил, сказал, что он в машине, потом я не расслышала.

– Да, Валери, да!

Три дня прошли в жутком напряжении, Людмила молчала, словно была в каком –то коконе.

Харитон приехал из клиники в жутком состоянии. – Это Темка!– Прохрипел он.

Ника опустилась на стул, не чувствуя под собой пола

– Мам!– Из комнаты вышла Валери и дернула за рукав Нику..– Мне сейчас Тёма звонил, спрашивает, когда мы приедем.

– АААААААААА! – Вдруг завыла Людмила, бросаясь на пол и кусая кулаки – Тёма, Тёмочка

Ника разрыдалась и обняла дочь.– Нет больше Тёмы, нет.

– Мам, но он мне звонил! Вот!– Она протянула матери телефон

Но Ника не успела его взять, как Людмила стала биться головой об пол.

Все бросились к ней, с трудом ей поставил укол успокоительного. А через три дня были похороны.

Город гудел, новость обсуждали на каждом углу. Одни винили родителей, отправивших детей в другой город, другие искренне сочувствовали. В желтой прессе появился портрет Харитона и Ники, сопровождаемый кричащим заголовком: "Глава облздрава и её муж потеряли сына из-за собственной халатности! Как они могут лечить людей?!"

Родителям было не до газетных сплетен. Они из последних сил поддерживали друг друга, пытаясь пережить невыносимую боль. День похорон стал для них самым чёрным днем в жизни.

– Люда, нам пора, нужно проститься с Тёмой, – Харитон вошел в детскую. Людмила сидела на полу, перебирая игрушки сына. Она обернулась, и вдруг, вскочив с места, бросилась на него с кулаками.

– Ты его убил, ты! – Людмила била его в грудь кулаками, а Харитон даже этого не чувствовал, он словно превратился в каменную статую.

– Людочка, милая моя, успокойся.– Ника плача, пробовала оттащить её от мужа.

– Ника! – Зарыдала Людмила и обе женщины разрыдались у друг друга в объятиях,– я..я .. так хотела его …увидеть,– сквозь слезы с трудом говорила Люда. – Четыре года мы с ним переписывались и только один раз я его увидела и ты его не уберёг да как же так? Ника как же так?

– Это жизнь, жизнь!– Прошептала Ника сквозь слезы

– Да, будь она проклята эта жизнь!– Закричала Людмила, отскакивая от неё

– Не говори так! – Ника как маленькую обняла её и стала гладить по голове.– Идем нам надо похоронить нашего сына.

Обе женщины обнявшись, прошли в комнату где стоял закрытый гроб и молча стояли люди, возле гроба плакала Рима Марковна, Илья Валерьевич стоял позади неё сжимая её плечи, к ней прижималась Валери , она огромными голубыми глазами смотрела на гроб, её губы дрожали, но девочка не плакала. Сашка прижимался к сестре и испуганно и непонимающе смотрел на гроб,

– Тёмочка!– Людмила упала у гроба и закричала, Харитон, оставшийся один в комнате, вздрогнул, его лицо исказилось как от сильнейшей боли.

Несколько человек подняли гроб и стали спускаться вниз, несколько женщин помогли подняться Людмиле и поддерживали Нику. На улице стояла огромная толпа, это были пациентки Харитона, да и просто знакомые. Неожиданно толпу словно прорезали ножом, вся в черном , окруженная охраной к Харитону иНики подошла , высокая, хрупкая женщина

– Баринова!– Послышалось в толпе. Этой женщине Харитон спас ребенка. Но, из за сильного кровотечения матку пришлось удалить. Но, ребенок остался жить

– Харитон Ильич!– Прошептала женщина, он поднял на неё глаза, – я приношу свои соболезнования, держитесь,– она сжала ему руку, обняла Нику и так же быстро ушла. Он с трудом различал людей перед глазами был какой –то туман , но тут он рассеялся когда услышал знакомый голос. – Платон Ильич не верьте…

– Уйдите Варя, уйдите!– Прохрипел он, и смотря на хрупкую женщину сверху вниз.– Я не хочу слушать Ваши предсказанья, прошу Вас.

Варя расплакалась и бросилась из толпы, но его поймал за руку Александр, он тихо что –то сказал ей и они быстро ушли. Похороны прошли и все потянулись с кладбища. Харитон проводил родителей в Калугу и потянулись дни, возвращение в квартиру было сущим адом. Валери всё твердила , что ей звонил Артём. Ника показала дочь психиатру, тот сообщил, что у девочки шок, и что так психика выходит из этого состояния.

Харитон собирался с работы домой, когда позвонила Людмила и казала, что уезжает и просит его придти к ней в гостиницу попрощаться, что Нике она позвонила, она обещала прийти.

Ника приехала в гостиницу и как обычно поднялась на третий этаж, подошла к номеру, дверь была открыта, но войдя в номер, она застыла как изваяние, в кровати лежали Харитон и Людмила

– Люблю, люблю тебя, милый мой.– Стонала Людмила

Ника отшатнулась, словно её ударили, она расслышала голос мужа, но что он говорил Люде было уже не интересно, она бросилась вниз, села в машину, сквозь слёзы заказала билет в Париж на трех человек и уже дома как сумасшедшая бросилась собирать вещи детей и свои, побросав всё что уместилось в один чемодан, она рассчитала удивленную и ничего не понимающую няню.

– Мамочка мы куда?– Прошептала Валери

– К твоему отцу!– Прохрипела она

– А папа приедет!– Спросил напуганный Сашка, смотря на бледную мать.

– Нет!– Рявкнула Ника и вздрогнула от плача Саши.

– Мамочка, мамочка, что случилось? – Прошептала Валери.

–Мы уезжаем!– Отрезала Ника, она знала, знала, что Харитон любит ещё Людмилу, а их общее горе их сильно сблизило. Она быстро набросала несколько строк и, схватив чемоданы и детей, бросилась вниз к машине. Она пришла в себя только в аэропорту сидя в чистой зоне, она не знала, что ей делать, как вдруг разбив стекло, влетел на мотоцикле Харитон.

Через полчаса она разговаривал с врачом.– Огромная доза клафелина могла его убить, но адреналин заблокировал его действие, вы не знаете где он такое количество получил.?

– Нет!– Прошептала Ника.

– Раны и порезы не в счет,– врач задумчиво почесал затылок.– Ваш муж совершил невозможное.

– А он всегда совершает невозможное!– Прошептала она, садясь рядом с кроватью

– Ника!– Она увидела, что Харитон открыл глаза – Не уезжай!

– Не уеду!– Прошептала она, наклоняясь и целую его в губы.– Не уеду!

Прошло три дня Харитона отпустили из больницы и они вчетвером молча сидели в гостиной обнявшись словно боясь что их кто –то разлучит, они ничего не говорили друг другу о случившемся, Ника вернувшись домой изорвала свою записку и словно вычеркнула всё из своего сердца всё увиденное в гостинице.

Телефон вырвал их из тишины,– да!– Харитон поднял трубку, – да, Саша заходи, – он положил трубку и посмотрел на Нику. – Сейчас Сашка придет. Что –то хочет показать.

Раздался звонок, Харитон пошел открывать.

– Папочка!

****

Три дня назад

Ночь опустилась на землю, густая и бархатная, словно черная ткань, сотканная из звезд. Её тишину нарушало лишь неумолчное, назойливое стрекотание саранчи, словно тысячи крошечных скрипачей играли свою бесконечную мелодию. Где-то вдали, в глубине темного леса, вторил им низкий, протяжный уханье филина, добавляя в ночную симфонию нотку таинственности и древности.

А над всем этим, величественная и безмолвная, плыла полная луна. Ее серебристый свет заливал поляну, выхватывая из темноты очертания деревьев, травы и… могилы. Луна, привыкшая к вечному покою и тишине кладбищенских земель, с удивлением и непониманием наблюдала за несколькими тенями

–Полковник, как же ты меня достал! – Прошипел Добротин, скидывая с плеча лопаты. В его голосе слышалась усталость, а на лице отражалась неприязнь к происходящему.

– Майор, да не гнусавь, и так хреново, – в тон ответил ему Николаев, потирая руки, которые уже начали покрываться грязью.

Рядом с ними остановились богатырского телосложения парни в спортивных костюмах, их лица были серьезными, но в глазах читалось недоумение.

– Мужики, вы уверены, что мы должны это делать? – спросил один из них, скрестив руки на груди.