Вероника Десмонд – Золушка для миллиардера (страница 63)

— Вон он, — сказал один из них шепотом, — его папашку должны были казнить недавно.

Тита остановился и обернулся к матросам.

— Что ты сказал?

Матросы выглядели неопрятно. Волосы сбриты, а на лицах у обоих торчали короткая седые бороды. Тяжелый взгляд одного из них поднялся на Тита. Глаза испуганно блестели в свете факелов.

— Простите, командир! Буду держать язык за зубами, — пролепетал он.

— Что ты сказал? — грозно повторил Тит, чуть ли не по слогам.

Матрос повторил очень нерешительно:

— Вашего отца должны были казнить недавно.

— Откуда тебе это известно?

— Все говорят, командир. Мы еще в порту Хоско стояли, неделю или полторы назад, когда поползли слухи. Вы не знали?

Тит поднял глаза и посмотрел в темноту на другой берег реки, где стояли кариумы. Внутренний холод пробрал его. Если то, что сказал матрос, правда, то свергнуть Иллира не получится, и Тит никогда не сможет услышать слова прощения от своего отца.

— Тит! — раздался знакомый голос позади. Это был Кутоний Куорра. Тит обернулся и увидел тревожный взгляд дяди. Он позвал его в сторону кивком головы, будто не хотел привлекать внимания.

Тит последовал за дядей. Они сошли с галеры и отошли в сторону, где было меньше народа. Кутоний протянул письмо и угрюмо посмотрел на племянника.

— Все плохо. Прочти это.

Это было письмо. Отправителем был Верк Энио — капитан из Гатаса, отвечавший за разведку. Тит сразу вспомнил, как Верк появился на пороге с утра после ареста Цесара. Именно он вручил Титу письмо с приказом от Иллира отстранить Тита от службы. Тит с неприязнью покривил лицом и раскрыл письмо.

«Кутоний, дела плохи. Плини Цесар узнал, что ты вывез Тита в Синор. Он послал за вами и сообщил о вашем предательстве Иллиру. Я был под присмотром и не мог сообщить тебе об этом долгое время. Твоего брата должны были уже казнить. Его уже не спасти. Спасите хотя бы себя.

Обязательно уничтожь письмо после прочтения».

— Как ты можешь с ним общаться?

— Верк верен мне. Он отлично играет свою роль и доносит мне всю информацию.

— Где гарантии, что он не служит Цесару?

— Если бы он служил, мы бы уже были мертвы. Он знал, что мы будем делать с самого начала.

Тит вернул письмо Кутонию.

— Значит отца больше нет, — глухо заключил Тит.

— Вероятно. Как только Иллир понял, что род Люксидумов собирается бросить ему вызов, он сразу начал устранять угрозу. Это было умно с его стороны. Он надеялся, что плененный Максиан будет сдерживать тебя и меня, но все перемешалось и пошло не по его плану.

— Это уже не важно.

— Не важно, — подтвердил Кутоний, а затем угрюмо добавил, — Есть еще кое-что…

— Что?

Кутоний не решался сказать, а потом замял начатое:

— Не важно…

— Дядя, мы все равно сделаем это. Мы семья, мы сможем, — суровым железным голосом сказал Тит.

— Да, племянник, да, сделаем! — ободрившись поддержал Кутоний. Он положил ладонь на плече Тита и по-дружески сжал. — Покажем, как мы умеем воевать, сынок. — Они посмотрели друг другу в глаза, Тит кивнул. — Сейчас я тебя оставлю. Возвращайся к делам, как будешь готов, но не затягивай. Битва на носу.

Кутоний ушел, и Тит остался наедине с собой. Он чувствовал безнадежность и горечь, и из последних сил доказывал самому себе необходимость борьбы. Он не видел, что люди вокруг хотят лучших перемен и единственным, кто его поддерживал, был дядя Кутоний. Даже тройка его лучших воинов, Комес, Варий, Хадегис, казалось Титу, не очень-то жаждали этой борьбы. Он видел их, как они развлекались в предвкушении битвы без каких-либо забот и печалей о том, что их родная страна тонет в мрачной пучине под тяжестью зла. Коррумпированные чиновники и эгоистичный правитель творили это зло. Все они преследовали только собственные интересы, и плевать им было, что Эзилат вот-вот падет. Тит не верил, что в одиночку, да еще и в опале он сможет что-то поменять, а значит вся его надежда плавно перешла с отцовской силы на силу Кутония Куорры.

Внезапно сзади послышался шорох. Тит обернулся и увидел перед собой Натана. Этой встречи он никак не ждал.

— Ты, — с большим удивлением сказал Тит.

Натан заметно мялся и заговорил нерешительно:

— Я пришел к тебе поговорить.

— Нам не о чем говорить. Ты меня не интересуешь. Ты свободен делать, что хочешь, но я не советую тебе появляться в Эзилате. Еще лучше, если ты уедешь из страны.

— Ты снимаешь с меня все обвинения? — удивился Натан.

— Это не в моей власти. Но я даю тебе совет и говорю, что я не буду искать тебя. Меня обманули. Я арестовал тебя по приказу обманщиков.

Слова Тита подогрели уверенность Натана. Впервые после ареста он разговаривал с Титом — прошло немало времени и теперь он оправдывал его.

— Я знал, что все это было подстроено? — сказал Натан.

— Да, так и есть. Как бы там не было, тебя могут искать другие. Лучше исчезни из страны.

— Я пришел сюда не ради себя.

Тит сразу понял о ком шла речь: о Фине и о Лотаре. Тут он был непреклонен. Натан даже представить себе не могу, что нужно сказать человеку, который славился своей решительностью в плане закона. Он оглянулся по сторонам, никого не заметил и полез за пазуху.

— Даже не думай просить меня о чем-то. Эти люди нарушили закон, и они понесут наказание.

— Я кое-что принес тебе… — практически дрожащим голосом сказал Натан.

— Нет! — грозно сказал Тит, сразу поняв, что хочет сделать Натан, — Немедленно убери это и не смей больше никогда делать ничего подобного. Я простил тебя, но если ты ступишь на путь преступников, я передумаю и покараю и тебя.

Натан так и не успел достать мешочек с золотом. Он судорожно спрятал его обратно, приговаривая: «Простите, да, простите…». Тит наблюдал за ним. Когда он узнал о смерти отца, для него много поменялось. Вроде бы, случилось то, что и так было должно случиться, но это событие произошло после всего, что Тит увидел своими глазами. Он вдруг почувствовал себя будто бы на лодке посреди моря, на которую он приобрел новый парус. Лодку уносило все дальше от берега в бурлящий океан, а Тит вместо того, чтобы грести к берегу, выкинул весла и поставил парус. Когда он раскрыл парус, Тит осознал, что он паршивый и дырявый. Только в этой истории веслами были его отец, а парусом — Иллир.

— Может быть я отпущу парня из Валлиса… — тихо сказал Тит. — Он во всяком случае борется за свою страну, что касается…

Внезапно речь Тита прервалась глубоким и громким ударом главного городского колокола. Били тревогу. Тит посмотрел в сторону города и увидел, как к берегу и портовой части бежали часовые и легионеры-иллирийцы. Он обернулся и увидел сотни зыбких точек на том берегу, стекающиеся к воде — это были кариумы, которые собирались переправиться через реку. Часовые закричали:

— К оружию! К оружию! К оружию!

Глава XIX

Последний день в Южных Землях

В рассветном свете солнца, Синор одиноко стоял перед многотысячной армией кариумов. Город не имел мощных стен, рвов и валов, чтобы противостоять врагу. Весь тот жалкий частокол теперь казался бессильным перед приближающейся угрозой. Зловещая тень от наступающих туч, будто смерть, нависшая над умирающим, погрузила город в полумрак. Страх, что придет гибель от рук варваров, навис над каждым уголком города. Только когда началось наступление, люди осознали всю угрозу и поняли масштабы бедствия. Кариумов было так много, что разведчики сбивались в подсчете: кто-то из них был уверен, что за рекой Дилана стоит армия в двадцать тысяч человек, кто-то уверял, что все пятьдесят. Но только когда эта армада вышла на берег, подсвеченная лучами восходящего солнца, и растянулось, казалось, от края до края горизонта, исчезая за поворотом реки, стало ясно, что врагов так много, что и считать смысла нет.

Стражи всегда были единственной опорой безопасности города. Теперь, после присоединения к Эзилату, пришла подмога в виде легионеров. Но это было ничто, в сравнении с войском варваров. Решимость стремительно покидала сердца людей и по улицам города стал расползаться тихая паника. Воины смотрели в лицо гибели. У многих молодых солдат бледнели лица в ожидании сражения. Они растерянно всматривались в даль и, пытаясь найти поддержку, расспрашивали опытных товарищей о том, как им действовать. Лишь у немногих сердца наполнены были мужеством сражаться до конца.

К Синору полным ходом неслись бархатные темно синие тучи, которые изредка подсвечивались яркими вспышками скрытых в облаках молний. Издали доносился глубокий рокот грома. Под тучами белой стеной встал проливной дождь, который в скором времени должен был оросить сухие земли города и окрестностей. Страшные предчувствия и неизвестность, перемешанные с преддождевой духотой, витали в воздухе, словно зловещий прелюдия к неизбежной катастрофе. Все стихло.

Тит прогнал Натана. Натан быстрым шагом шел к Джариру. Он запыхался и был напуган. Кто-то издалека крикнул, что еще одно войско движется с запада по южному берегу реки — этих галеры не остановят. Кариумы, неудачный разговор с Титом, нависшая темнота — все тревожило его и смущало сознание. Вокруг бегали грузчики и моряки, в панике пытавшиеся загрузить ценное на свои корабли, и их лица сливались в смазанный портрет города. Натан краем уха слышал, как где-то кричат женщины и дети. Люди начали бегать по улицам. Многие ринулись к причалам, чтобы залезть на отплывающие корабли. В этой толпе Натан не заметил, как за ним увязались трое типов в черных накидках. Когда он прошел между двух домов в тихий переулок, где можно было срезать путь, его нагнали. В какой-то момент за спиной Натана послышалось: «Не заплутал, дедуля?»