Вероника Десмонд – Конгруэнт (страница 6)
Его хватка медленно слабеет.
Тень от его фигуры отрывается от моего тела, и в следующую секунду я остаюсь одна – лежащая на спине, с пульсом в горле и чужим зловещим обещанием в ушах.
Что… что, мать твою, только что произошло?..
Примечание:
Персеверация (лат. perseveratio – настойчивость, упорство) в контексте нейропсихологии означает навязчивое повторение одних и тех же слов, мыслей, действий или образов.
Кроме клинических факторов причинами возникновения могут быть также физические и психические переутомления, экстремальные ситуации. Термин ввел К. Нейссер (1894 г.).
Сцена 2. Дисфорическая мания
От: Изабелла Ашборн
Дата: 01.02.2017, 09:20
Кому: Бенджамин Картрайт
Нет ответа.
От: Изабелла Ашборн
Дата: 03.02.2017, 19:01
Кому: Бенджамин Картрайт
Нет ответа.
От: Изабелла Ашборн
Дата: 11.02.2017, 07:54
Кому: Бенджамин Картрайт
От: Изабелла Ашборн
Дата: 28.02.2017, 09:01
Кому: Бенджамин Картрайт
От: Изабелла Ашборн
Дата: 28.02.2017, 23:42
Кому: Бенджамин Картрайт
Десять восклицательных знаков были лишними? Я так не думаю.
Яркий экран ноутбука выбивается из полумрака библиотеки. Я меняю вкладку и смотрю на баланс счета, машинально пересчитывая в голове, на сколько этого хватит.
Пятьдесят восемь фунтов. Немного. Намного меньше, чем хотелось бы.
Черт побери, да это почти ничего. Я рассчитывала на помощь лучшего друга моего отца – пока Картрайт не исчез без всякой причины.
Мне нужны чертовы деньги.
Я беру ручку и ритмично постукиваю ею по столу, пытаясь подражать бешеной мелодии собственного пульса. Маниакальные фазы бывают приятными: несмотря на дезорганизацию мыслей и интенсивную раздражительность, эйфория от дисфорической мании приводит к действиям и повышает эндорфин.
Но сейчас я определенно не в порядке.
Ярость паразитически циркулирует по венам, и я закрываю глаза, чтобы прогнать завораживающий холодный голос.
Прошел месяц с тех пор, как я проснулась в лесу, но воспоминание об убийстве не отпускало меня.
Галлюцинации могли быть результатом смешивания таблеток и алкоголя, но я слишком отчетливо помнила его образ. Его взгляд… его тон. Его сильные руки.
Как бы ни было развито мое воображение, было бы трудно придумать такое пугающе совершенное лицо. На самом деле оно показалось мне знакомым.
Вы сочтете меня идиоткой, но я не стала обращаться в полицию. Чтобы я им сказала? Найдя тело, было бы проще свалить вину на единственного свидетеля. Я не могу похвастаться своим послужным списком, к тому же, если верить заключениям докторов, я немного сумасшедшая.
Мой моральный компас – та еще сволочь.
Пикап каким-то чудом нашли на шоссе, а я все это время пролежала в больнице, ожидая, что убийца запрыгнет в окно и вонзит нож мне в трахею.
Смутное, отвратительное предчувствие поселяется в желудке, затем вызывает тошноту и кашель, который в полной тишине доносится как звуки мучеников из преисподней.
Щелчок ингалятора подобен второму дыханию. Вдох. Глубокий выдох. И так, пока мои чертовы легкие не налаживают работу.
Терпение никогда не было моей сильной стороной, особенно в дни, когда от него зависит мой драгоценный сон. Последние два дня я спала только на занятиях, периодически засыпая под монотонный голос преподавателя философии.
Что?
Любимой игрой моего отца было обучение меня экзистенциализму с тех пор, как мне исполнилось четыре года и я еще едва могла писать алфавит.