Вероника Белоусова – Прекрасная сторона зла (страница 7)

— У меня руки чешутся убить этого клоуна, — признается женщина и прижимает кинжал к его шее. Он кривится от боли, но старается держаться.

Прежде чем напавшие успевают что-то заметить, я сворачиваю шею своему обидчику, и захватываю его оружие.

Якуб тоже не теряет времени, расправляется с вампиршей и вонзает ей в плечо кинжал по самую рукоятку. Комната заполняется неистовыми воплями и мольбой о помощи. Один из нападающих подбегает к сообщнице, желая ей помочь. Другой выхватывает нож и собирается метнуть его в Якуба, но я его опережаю, и лезвие входит ему в горло. Тот падает на колени, заливая пол кровью.

— Уходим! — кричит Якуб и подталкивает меня к дверному проему. Срываю с ручки пакет с книгой и выбегаю из злосчастного дома вслед за ним. Мы бежим в сторону дороги. Ноги не слушаются меня, подкашиваются, и я, сделав еще один шаг, слабею и падаю в лужу. Заметив это, Монро останавливается и подбегает ко мне.

— Нет, ну с тобой невозможно развлекаться по-полной. Хилый ты какой-то, — помогая мне подняться на ноги, ворчит он.

— Две тысячи лет — это тебе не юный столетний возраст, — пытаюсь шутить я.

— Опять мне придется тратиться на такси, — Якуб усаживает меня на ближайшую скамейку. — Жди меня здесь.

Киваю, а он торопливо уходит. Провожаю его взглядом и жадно втягиваю носом ночной воздух. Он сырой и вязкий после дождя. Но мне нравится. Мои мысли занимает Арсен. Все ли с ним в порядке? Что если опасения Дэшэна оправдались?

Когда добираемся до моего дома, времени до рассвета остается совсем ничего. И если мне, как древнему существу, его лучи не принесут никакого вреда, то Якуб может сильно пострадать. Шумно вваливаемся в гостиную, и нам навстречу выбегает Дэшэн. Посмотрев на меня, он хватается руками за свои пухлые щеки и, бормоча что-то на родном языке, убегает на кухню.

— Ты не успеешь вернуться, — падая на диван, говорю я. — Оставайся у нас. У меня есть запасной гроб, так что можешь воспользоваться им.

— До моего дома рукой подать, — качает головой Якуб. — Успею.

В гостиную с тазиком в руках возвращается Дэшэн. Он ставит его на журнальный столик и подходит ко мне. Наклоняется и убирает с моего лица пряди волос, что прилипли к ране. Морщусь.

— Плохая рана, — говорит Дэшэн, опуская в тазик салфетку, и, слегка отжав ее, прижимает к моей щеке. — Заживать долго будет.

— Где Арсен? — спрашивает Якуб.

— Господин ушел несколько часов назад, — откликается Дэшэн.

— Он не сказал, куда и зачем отправился? — тревожусь я.

— Господин никогда этого не делает, вы же знаете, — вздыхает китаец.

— Самонадеянный дурак, — устало изрекает Якуб.

— Он был в порядке? — волнуюсь я.

— Господин отказался от завтрака, — докладывает Дэшэн. — Но выглядел очень довольным.

— Меня тревожит, что эти сволочи могут прийти сюда, — говорю я, поворачивая голову в сторону Якуба. — Нет сомнений в том, что те, кто напал на нас сегодня, знают, кто мы и где нас искать. Они не остановятся, пока не получат своего.

— Думаешь, кто-то из них стрелял в Арсена? — спрашивает Якуб.

— Возможно, — отвечаю я.

Дэшэн берет меня за подбородок и наносит на ожог толстый слой вонючей мази.

— Хотя… Смысл?

— Отверженные беспощадны, — поднимаясь и беря в руки тазик, говорит Дэшэн. — Им нечего терять, и они способны на все. Для них нет закона.

— Якуб тоже ранен, — говорю я. — Обработай его рану.

Дэшэн утвердительно кивает, ссутулившись, уходит на кухню. Через пять минут возвращается с новыми салфетками и свежей водой в тазике. Усаживает Якуба в кресло и аккуратно отрывает края материи от запекшейся раны.

— Пока вас не было, с визитом приходила леди Барита с господином Алонсо, — говорит Дэшэн, и я инстинктивно подаюсь вперед. Сама Барита! Одна из самых древних и влиятельных вампирш! После гибели своего создателя от рук инквизиторов, она встала во главе клана лекарей. По мстительности и коварству ей не было равных. Ее приход к власти ознаменовался массовыми казнями. Ее боялись, перед ней трепетали, а она вела себя, как королева, не замечая ничего, кроме боли от своей потери.

— Почему же ты раньше молчал?! — с негодованием говорю я, вскакивая на ноги. — Что она сказала?

— Она со мной не откровенничала, господин, — отвечает Дэшэн. — Но судя по виду, была очень озабочена, а Алонсо и вовсе выглядел убитым.

— Оно и понятно, ведь Маркус был его созданием, — говорит Якуб. — Благодарю, Дэшэн.

— Леди просила передать, что ждет вас завтра у себя дома ровно в девять, — Дэшэн кланяется и неспешно уходит.

Вспоминаю встречу с Ливией в ресторане. Ее слова об отъезде теперь кажутся вполне логичными. Я не должен найти того, кто убил Маркуса. Потому что если возьмусь, то непременно выйду на след убийцы, и пощады ему не будет. И Лив это знает лучше, чем кто бы то ни было. Но как она попала в эту историю? Неужели связалась с отверженными?

Монро закладывает руки за спину и медленно прохаживается по комнате.

— Якуб, проваливай уже наконец, — поднимаясь с дивана, говорю я. Меня терзает беспокойство за сына. Где носит этого дрянного мальчишку в столь ранний час? В какие неприятности еще он вляпался?

— Я бы хотел Арсена дождаться, — помявшись, говорит Якуб.

До слуха доносится шум подъезжающей машины. Подхожу к окну и выглядываю. Вижу, как Арсен задумчиво бредет по дорожке к дому. Открывает дверь и входит в гостиную. Встретившись со мной взглядом, он меняется в лице. Подбегает ко мне и хватает за плечи.

— Что произошло? Кто это сделал? — спрашивает Арсен, и в его голосе слышится страх.

— Я не знаю. У меня есть только предположения, — честно говорю я. — Мы были в квартире у Конрада, там на нас напали.

— Какого черта вы там забыли? — Арсен растерянно смотрит на Якуба, потом переводит взгляд на меня.

— Где флэшка? — перехожу в наступление я. — Мне необходимо знать, что там за информация!

— Она в надежном месте. Вам лучше не знать, где. Особенно, учитывая ситуацию. Но в случае чего, тем, кто ее ищет, придется побегать по земному шарику, чтобы найти эту вещицу, — после этих слов в глазах Арсена появляется озорной блеск.

— Но мы по-прежнему не знаем, что там и, следовательно, это не дает нам подсказок в том, что задумали эти твари, — я не скрываю разочарования.

— Всему свое время, — миролюбиво говорит Арсен, подмигивает и подходит к Якубу. — Идти домой тебе уже поздно, скажу Дэшэну чтобы приготовил тебе гроб.

Тот покорно кивает и садится на диван. Понимаю, что сильно голоден, и направляюсь в комнату, где живут сестры.

Глава 4

Из-под двери комнаты, в которой живут девушки, видна тонкая полоска света. Дверь закрыта неплотно. Прислушиваюсь и несколько раз стучу костяшками пальцев по дереву. В ответ — тишина. Осторожно толкаю дверь и переступаю порог. Мне жизненно необходимы несколько глотков крови, и ради этого я готов забить на приличия.

Постель Лины пуста. Запоздало вспоминаю о том, что она сегодня отправилась на день рождения. Ее сестра сладко спит, обняв рукой подушку. Одеяло сползло с нее, обнажив спину до поясницы. Подхожу ближе, и мой взгляд задерживается на шее девушки. Там я замечаю особые шрамы от укуса, которые остаются от клыков вампира. Мы называем это меткой любовника. Это высший знак проявления любви и выбора любимой на целую вечность. Его нельзя поставить по желанию, метка наносится спонтанно, во время близости, подчеркивая истинные чувства. Наносить ее могут только мужчины.

За свою долгую жизнь я оставил всего две подобные отметины, и оба раза потерял своих возлюбленных. Кто же нанес ее Дине? Вспоминаю, как заботился о ней Якуб. Неужели у них отношения? Монро часто бывает у нас дома, и они вполне могли начать встречаться… Мне не нравится это предположение.

Поднимаю с пола упавшую книгу и с удивлением замечаю, что она на русском языке. Удивляюсь, и кладу ее на тумбочку рядом с кроватью. Из-под подушки Дины выглядывает краешек чьей-то фотографии. Подцепляю ее ногтем и вытягиваю наружу. На снимке запечатлён Арсен. Кадр сделан три года назад, в Нью-Йорке. Неужели с ним, а не с Якубом Дина играет в любовь? Или же она успевает делать это с обоими? Недаром говорят — в тихом омуте черти водятся.

Убираю фото на место — попросту запихиваю его под подушку и трогаю девушку за плечо. Она реагирует не сразу, но потом, когда открывает глаза, сильно пугается, увидев меня.

— Ой… — смущенно произносит Дина, спешно натягивая на себя одеяло.

— Мне нужно немного крови. Сейчас, — говорю я.

— Что с твоим лицом? — испуганно спрашивает Дина.

— Не сошлись во мнениях с одним типом.

— А Арсен? С ним все в порядке? — тревожится она. Сажусь на край ее постели, и Дина протягивает мне свою руку.

— Драка обошлась без его участия, а вот Якуба слегка задело.

— У него тоже теперь такое красивое лицо? — Дина морщится, когда мои клыки пронзают ей запястье, и закусывает нижнюю губу. Делаю несколько глотков и отпускаю ее. Я бы выпил больше, но боюсь, что тогда не смогу остановится и выпью ее всю. Лучше остаться немного голодным.

— Нет, ему повезло больше, — отвечаю я, наблюдая за ней. Она выглядит спокойной и даже равнодушной. Запечатываю укусы своей кровью и указываю пальцем на книгу.

— Ты знаешь русский? — спрашиваю я.

Дина кивает и прячет руки под одеялом.

— Откуда, если не секрет?

— Моя мама была русской. Ее убили, когда нам с сестрой было пять… Тетка отвезла нас в штаты, собиралась начать там новую жизнь. Но злой рок настиг нашу семью и тут. Она разбилась на машине. После этого мы попали в приют. Там я пообещала себе, что никогда не забуду русский, ведь это связь с моей мамой, с моими предками… Мы с сестрой, когда вдвоем, говорим только на нем.