Вероника Батхен – Настоящая фантастика 2016 (страница 94)
– Что вы имеете в виду?
– Мало кто из людей способен перенести такое. Его сны – сплошные кошмары, его жизнь – ничем не лучше кошмара. Думаю, скоро нам предстоит прочесть в газете очередной некролог. У рыбаков так бывает – вышел в море и не вернулся…
– Вы правы, наверное, но что-то же нужно делать! Хотя бы попытаться. Дать ему попробовать опий, пусть обретает покой хотя бы в мире видений.
– Но ведь его видения…
– Ах, да! Господи, сохрани душу этого человека…
Рэй не вышел в море, как опасался доктор Халенс. Не было надобности. Едва узнав, что произошло в его отсутствие, он достал из пыльного комода в уцелевшем сарае старый револьвер – ведь оружие не редкость среди жителей побережья. Торопящейся рукой вставил в барабан желтый патрон и взвел курок.
Не было страха. Исчезли сомнения. Не стало ни ожидания очередной ночи, наполненной кошмарами, ни ожидания дня, наполненного пустотой.
Обрывки голосов. Свет со всех сторон. Этот свет будто перетекает из одного стеклянного сосуда клепсидры в другой. Он меняется. Становится узким лучом, а после вновь ширится и делается ярким.
– Медицинская секция работу окончила! С возвращением, пилот! – таковы были последние слова, что Рэй услышал, прежде чем покинуть другой свой печальный мир.
Дальше пространство будто бы подернулось рябью, словно озеро при напористом ветре. Он спустил курок, успев почувствовать, как холод сменяется нестерпимым жаром.
И таяли очертания Хелмсдейла за окном. Само окно обернулось началом длинного переливающегося огнями коридора. Рэй вспомнил! Где-то там, в конце коридора, его ждет корабль. Вовсе не парусник. Иной. Тот, что умеет проскальзывать сквозь кольца планет. И нужно будет уходить ввысь и проваливаться за край, наводить на цель и дергать гашетку, чтобы его не опередил тот, другой, пилот – минотавр, удачное достижение генной инженерии. Эскадра против эскадры. Но вначале им нужно пройти особую зону. Не всем это под силу. Но Рэй знал, там, в зоне действия чужих генераторов страха, он не сойдет с траектории атаки. Потому что для него больше нет страха. Что может быть страшнее всего, что он оставил там, в другом месте, в иных временах?
Фантомная боль у виска быстро исчезает, уступая место сосредоточенности. Та боль случилась не здесь и не сейчас. Он еще не привык к облегающей одежде, сменившей просторную рыбацкую робу. Но время привыкнуть имелось – дойти до конца коридора, разделяющего медицинскую секцию и стартовые площадки. Его душа обратилась пустым прилавком. Ни боли, ни страха, ни радости. И почему-то казалось, что по этому коридору он идет не впервые…
Арти Д. Александер, Алекс Громов
Шпион
1
– Он категорически отказывается есть салат… – доложил главному наблюдатель. – Не проявил никакого почтения к стараниям повара и дизайну блюд.
– Так ничего и не ел?
– Нет. Но попил простой воды, игнорируя алкоголь, сок и прочие напитки. Нетипично для мужского пола… Может, он не совсем здоров.
– Вероятно, опасается химических добавок. Глупец, мы не так наивны, чтобы действовать настолько заметно. Мы давно достигли высоких технологий, чтобы так, по-детски, сыпать всякие снадобья в миски с едой арестантов.
Высказав это, начальник удовлетворенно крутанулся в удобном кресле. Остановил движение, еще раз посмотрев на существо, запертое в помещении за непроницаемым и непробиваемым стеклом, задумался о чем-то своем и еще крутанулся пару раз. Ему нравилось это уверенное вращение как напоминание о космосе и тренировках, которые он прошел в своем далеком прошлом, еще на родной планете.
Существо не могло ни видеть, ни слышать происходящее в кабинете начальника. Но удивительным образом оно часто обращало свой ясный взор именно в его сторону. Иногда даже казалось, что невероятным образом оно прислушивается к голосам в своем звуконепроницаемом помещении.
– Вероятно, мы здесь надолго застрянем. Желательно выяснить в ближайшее время его предпочтения. Возможно, его вкусы связаны с религиозными, политическими или какими-то еще факторами.
– Может, пора ознакомить его с нашими законами? Как обстоят дела с переводчиком?
Сказавший это адресовал свой вопрос тому, кто тихо и скромно сидел в дальнем углу, нервно перебирая пальцами.
– Пока никак. Недостаточно данных. Собираем и обрабатываем все возможное, что уже услышано нами и что нам было передано.
– Может, предложить ему гражданство в нашей Федерации? В качестве гаранта сохранения жизни и поощрения за сотрудничество?
– Отличная идея! – Начальник оживился, ему явно понравился такой путь развития событий. – Проработайте ее в деталях и принесите сразу же, как только закончите.
– А что скажет наш штатный психолог?
Со своего места встал явно не выспавшийся тип и ответил:
– Наш гость пребывает в подавленном состоянии. Возможно, потребуется время, чтоб он успокоился и смог вступить в полноценный диалог. Мы пока еще не выяснили особенности поведения данного существа.
– Да что там непонятного? – вступил еще один собеседник, в темной военной форме. – Пленник запуган, и он в отчаянии. Иначе почему он рвет диван? Не от скуки же? Просто дайте ему десять таких диванов, и пусть, наконец, успокоится. Наше время не резиновое. От нас каждый день требуют отчет. – И он красноречиво закатил все три глаза наверх, к потолку, хотя в данном случае потолок был понятием условным. Но все отлично поняли, что он имел в виду. – Его могли подсунуть специально, или он камикадзе… В таком случае мы все рискуем нашими бесценными шкурами. А этого мне очень не хотелось бы. Я желудком чувствую, что он не так прост, как кажется.
Присутствующие поежились и обменялись сочувствующими взглядами, все давно знали, что военный был параноик и всех во всем подозревал.
– А вы не думали, что это некая демонстрация силы? – вдруг оживился переводчик. – Может, это намек всем нам… или ритуальное действие?
– Может, поступим, как на Аль-6? Предложим взятку?
– Ага. Вы посмотрите в его честные глаза, полгалактики так отдадите и не заметите, – поддразнил военный.
– Очень может быть, что мы имеем дело с настоящим профессионалом. С крепкими нервами, тренированным телом и невероятными способностями. В отличие от нас с первого же момента нашего контакта с ним он один спит спокойно и в любое время.
– А вы его точно не повредили при изъятии? – предельно вежливо, но с некоторым намеком на прошлые не столь удачные дела поинтересовался психолог.
– Советую не заниматься провокациями, – жестко ответил военный. – Все-таки мы с вами на одной стороне, если, конечно, я не ошибаюсь, а посмотреть материалы изъятия… Пострадали наши сотрудники. А такие, как вы, зря едите наш паек.
– Система, откуда я родом, не так давно вступила в Федерацию, однако это ни для кого не секрет. Вашу точку зрения я давно уже понял, но это не повод для оскорблений. Или все же хотите об этом поговорить? – Психолог оживился, почувствовав себя в своей тарелке.
Назревающий скандал, уже успевший порядком всем поднадоесть, потому что периодически повторялся, резко прервал начальник:
– Только что мне доложили, что существо выразило желание сотрудничать. Всем специалистам приказано быть готовыми явиться для переговоров.
А в закрытом от посторонних непроницаемом помещении большой белый кот ходил кругами у ног уборщика и пытался его потрогать мягкой лапой за штанину…
Белый от ужаса уборщик, согласно полученной инструкции, замер на месте, стараясь не производить никаких движений и даже задержать дыхание.
На большом расстоянии от огромного тяжелого звездолета пришельцев.
– Я же говорила, котиков все любят!
– На Земле любят, а не всякие пришельцы, тем более воинственно настроенные… Если не вернете мне моего любимого домашнего питомца, я подам в отставку и устрою грандиозный скандал.
На еще большем расстоянии…
– Агент Мур Мяк, ваша миссия успешно закончена, можете возвращаться домой.
Янтарные глаза белого кота радостно блеснули, и тысячи мыслей о доме и котятах промелькнули в его умной голове.
– Мяк-мяк, – сказал он склонившимся над ним пришельцам и добавил в скрытый передатчик дружеский мысленный «мяк» в знак прощания далеким людям.
2
Он еще равнодушно оглядел оставленные этими слегка наивными и поэтому смешными существами кучки бумаг (с миллионом, не меньше, вопросов, на которые они хотели получить ответ) и предался воспоминаниям о родном доме и утомительной дороге, которая привела Его сюда.
Пришлось пролезать через три черные дыры, пройтись по краю захваченной негуманоидными злодеями-восьмигранниками галактики, ускользнуть от двух космических капканов, поставленных когда-то исчезнувшими в глубинах Космоса зарубежными Предтечами.
Были на звездных дорогах и мерцающие яркой рекламой заправочные станции, и роскошные отели – которые, как Его заранее предупредили, на самом дела служили лишь приманками для наивных разумных существ, устроенными бессовестными пиратами и акулами галактического капитала. Конечно, не все эти капиталисты имели основную форму акул, но слишком многие из них были маньяками-коллекционерами иноземных артефактов, чудных туземных безделушек и даже живых существ, которые могли скрасить своим общением их долгую – поэтому скучноватую, хотя и полную надоедливого сервиса и изысков жизнь.