Вернор Виндж – Сквозь время (страница 60)

Последовало долгое молчание. Делла выиграла очко.

– А что еще делает вашу Власть «непобедимой»?

В голосе Майка прозвучал не только сарказм, но и что-то еще. В середине фразы он неожиданно прервался, словно поднимал что-то тяжелое. Как и обычно, когда связь велась по сверхсекретному каналу, в эфире не было никаких помех. Но сжатие данных позволяло различить интонацию и посторонние звуки, вроде дыхания. Странный звук больше не повторился. Если бы Делла заставила Майка продолжать разговор…

Этого можно добиться, раскрыв ему тайну. Тайну проекта «Возрождение». Кроме того, рассказать о нем – ее долг перед Майком, возможно – перед всеми врагами.

– Ты должен знать, что, если вы нас вынудите сделать это, мы не позволим вам набрать силу в наше отсутствие. Власть… – впервые за все время Делла не смогла произнести слово «Мирная», – разместила в долине ядерные заряды. На ракетах тоже установлены боеголовки. Если мы накроем себя куполами… если мы это сделаем, вся ваша культура, все достижения Мастеровых погибнут под бомбами – и вы окажетесь в каменном веке. А мы, выбравшись из куполов, отстроим мир заново.

Последовало еще более долгое молчание. Он разговаривает с кем-то еще? Или прервал связь?

– Майк?

– Делла, почему ты на их стороне?

Он уже задавал ей этот вопрос. Она прикусила губу.

– Я… не я придумала «Возрождение», Майк. Я считаю, что мы можем победить и без этого. Такого долгого мира история до сих пор не знала. Мы пришли к власти в тот момент, когда человечество находилось на краю пропасти. Ты сам это знаешь. Правящие круги погрязли в пороках; предоставленные самим себе, они уничтожили бы цивилизацию. Хуже того, оружие оказалось таким дешевым, что оно стало доступно небольшим группам людей – как разумным, так и чудовищам. Если мир с трудом выдерживал десяток стран с милитаристскими замашками, как мог он выжить, когда тысячи безумцев завладели ядерным и химическим оружием?

Ты понимаешь, о чем я говорю, – продолжала Делла. – Ведь ты именно так относишься к биологии. А ведь есть вещи ничуть не лучше.

Делла вдруг замолчала, подумав о том, что сейчас трудно определить, кто из них кем манипулирует. Майк, ее враг, – один из немногих людей, с кем она могла разговаривать. Ведь он понимал… то, что она делала. И возможно, Майк был единственным человеком, чье мнение имело для нее значение.

– Да, – донесся голос Майка. – Может быть, в учебниках истории напишут, что Мирная Власть дала человечеству время на то, чтобы выжить, чтобы создать новую цивилизацию. У вас было пятьдесят лет, и нельзя сказать, что все было сделано плохо… Однако, чего бы вы ни добивались, все уже кончено. А ваше «Возрождение» уничтожит все то добро, которое вы принесли в этот мир.

Голос Майка снова дрогнул.

– Не беспокойся. Мы победим вас в честном бою. «Возрождения» не будет.

Делла смотрела на главный экран. Один из вездеходов направлялся к самому сердцу Анклава. Делла выключила звук и жестом привлекла внимание адъютанта Мейтленда, а потом показала на вездеход на экране.

Адъютант наклонился поближе к экрану и тихо ответил:

– Они заметили Мастеровых и преследуют врага.

Значок, обозначавший вездеход, двигался неровными скачками, поскольку управлялся вручную. Неожиданно он исчез с экрана. Эвери шумно вздохнул. Один из аналитиков посмотрел на дисплеи и сказал:

– Лазерная связь прервалась. Наверное, их накрыли пузырем… или они вышли за пределы видимости.

Вполне возможно. Местность была неровной даже на территории анклава. Управлять вездеходом здесь непросто… И тут Делла поняла, почему Майк так странно разговаривал.

– Господин Директор! – Крик Деллы перекрыл все остальные голоса. – Этот вездеход вовсе не преследует врага. Это и есть враг!

Глава 39

Пока они ехали параллельно линии обороны, земля была относительно ровной. Но стоило им повернуть внутрь, как все сразу изменилось. Возле колючей проволоки шла целая система защитных рвов.

Дальше начиналась территория анклава. Эллисон изредка успевала бросать любопытные взгляды по сторонам. Вот будущее, каким она его себе представляла: высокие здания, шпили, много зелени. Пол сказал, что Мирная Власть перебрасывает сюда войска, но пока все здесь казалось спокойным и даже пустынным.

Минуточку… Три человека – двое с тяжелыми рюкзаками – выскочили из канавы, остановились возле колючей проволоки, потом быстро перебрались через нее. Мастеровые! Один из них помахал в сторону вездехода, а потом они быстро затерялись среди зданий.

– Поворачивай здесь и следуй за ними, – скомандовал Пол. – Вили передал на командный пункт Мирной Власти, что мы преследуем врага.

Эллисон нажала на рычаги управления и резко развернула вездеход, включив одну гусеницу на реверс, а другую на переднюю передачу. В перископ она заметила, что машина Майка продолжает двигаться на север: Вили, несомненно, приказал Майку ехать прямо.

Они мчались вперед на максимальной скорости под зловещий вой моторов. За спиной у Эллисон охнул Пол. Тридцать километров в час на открытой местности – это сложнее любого воздушного маневра.

А потом перед глазами Эллисон замелькали бетонные блоки. Машина перелетела через край оврага и рухнула на дно. Ремни безопасности лишь ослабили удар. Потрясенная Эллисон на мгновение застыла, отжав рычаги управления на полный ход, стараясь заставить машину двигаться вперед. Вездеход вскарабкался по крутому склону и остановился, словно не зная, что делать дальше: свалиться назад или ехать дальше.

Через секунду, сломав какую-то ограду, он перевалил через край и выбрался из нагромождения железобетонного хлама. Если там и была какая-то автоматическая защита, она на время вышла из строя.

Вездеход разметал в стороны осколки из стали и бетона, и только после этого Эллисон осмелилась оглянуться на Пола.

– О господи!

Пол наклонился вперед, кровь текла по его лицу, и ею же была забрызгана вся стена. По какой-то причине Пол не сумел как следует пристегнуться.

Эллисон сбросила скорость, потом развернулась на сиденье и увидела, что Вили еще оставался в отрешенном состоянии.

– Вили! Пол ранен!

– Чертова дура! – взвыл женский голос у нее в ухе.

Вили шевельнулся, его лицо скривилось в гримасе, словно кто-то пытался разбудить его.

Но если Вили очнется, если оборвется его сон… то вместе с ним оборвутся и все их надежды.

– Давай, Эллисон. Пожалуйста, не останавливайся, – донесся из наушников холодный синтезированный голос Вили. – Пол… Пол хочет этого больше всего на свете.

За спиной Эллисон Вили тихо простонал живым, человеческим голосом. А Пол по-прежнему не двигался.

Она заставила себя забыть обо всем, кроме своей работы: они ехали по ровному покрытию одной из улиц. Эллисон отжала рукоятку вперед и разогнала вездеход до семидесяти километров в час. Она лишь краем глаза видела здания по обеим сторонам улицы. Выглядели они как обычные жилые дома, только более роскошные, чем пятьдесят лет назад. Вокруг было пусто. Вездеход добрался до Т-образного перекрестка. Башни анклава над крышами многоэтажных домов теперь стали намного ближе.

В ухе Эллисон вновь зазвучал голос Вили:

– На перекрестке сверни направо, потом налево и опять налево. С востока приближаются солдаты – пехота. Пока нас считают своими, но я прерываю лазерную связь… Давай! – (Эллисон сделала резкий поворот.) – Теперь они очень быстро сообразят, кто мы такие.

Так продолжалось еще несколько минут. Эллисон казалось, что она выполняет команды обычной голосовой программы: поверни направо, налево, сбавь скорость, держись поближе к тротуару.

– Пятьсот метров. Сверни в переулок. За нами погоня. Вертолеты. Они не могут точно установить наше положение, чтобы накрыть пузырем. Каждый, кто нас увидит, должен открыть огонь.

Вили снова замолчал, вездеход мчался по переулку. Пол все так же не подавал признаков жизни.

– Он жив, Эллисон. Я его… слышу… но слабо совсем.

Эллисон успела рассмотреть в перископ, как какая-то темная тень пересекла небольшой кусочек неба между высокими домами.

– Заезжай под этот навес. Остановись. Прибавь обороты, чтобы зарядить батареи. Мне нужно тридцать секунд на подготовку.

Как только машина замерла, Эллисон отстегнула ремни и склонилась над Полом.

– А теперь оставь меня. Мне надо подумать. Забери Пола. Спаси его.

Она посмотрела на Вили. Тот по-прежнему не открывал глаза. Сейчас он казался таким отстраненным, как никогда прежде.

– Но, Вили…

Тело Вили конвульсивно дернулось, и его ненастоящий голос в ухе Эллисон с неожиданной злостью проговорил:

– Мне нужно время, чтобы подумать, а у меня его нет. Сюда летят самолеты. Уходи. Уходи!

Эллисон отстегнула ремни Пола и сняла с его головы контактное устройство. Пол дышал, но лицо его было совсем безжизненным. Эллисон пролезла к задней двери, моля всех святых о том, чтобы там ничего не сломалось при падении в овраг. Дверь легко открылась; в лицо девушке ударил прохладный утренний воздух, наполненный воем моторов.

Эллисон вытащила из ушей наушники и поудобнее пристроила тело старика у себя на плече. Пробираясь мимо Вили, она заметила, что он беззвучно шевелит губами. Эллисон наклонилась, чтобы разобрать, что он говорит. Вили пробормотал:

– Беги, беги, беги, беги…

Эллисон так и сделала.

Глава 40

Никто так не понимал всего происходящего, как Вили. Даже подсоединившись к Джилл, Пол получал информацию из вторых рук. А все остальные, кроме Пола, видели ситуацию только фрагментарно. Именно Вили руководил действиями Мастеровых; впрочем, в некотором смысле он руководил и действиями Мирной Власти. Если бы он не давал указаний – голосом Пола, – тысячи разрозненных операций в разных уголках земного шара не были бы скоординированы по времени, а у Власти не возникло бы серьезных проблем с системой контроля.