Вернор Виндж – Сквозь время (страница 47)

Кроме того, мы знали, насколько ненадежна автоматизированная система. Она работает быстро и эффективно, пока среди обслуживающего персонала не появится вражеский агент, способный поставить все с ног на голову, дать неправильное истолкование полученным сведениям или подделать информацию. Нам нужны были средства на дублирующие схемы. Очевидно, Мирная Власть просто воспользовалась нашей старой системой. Они либо не знали о ее недостатках, либо им было на все наплевать; в любом случае могу спорить, что у них нет дополнительных возможностей, которыми располагали ВВС. Если бы нам удалось внедрить своих людей в их технический персонал, мы могли бы заставить Мирную Власть видеть то, что нам хочется. Они никогда не нашли бы нас здесь. – Эллисон пожала плечами. – Впрочем, ты прав, на данном этапе это всего лишь мечты. Чтобы сделать нечто подобное, нужны месяцы. А времени у нас нет.

– Черт возьми! – воскликнул Пол. – Все эти годы я строил хитрые планы, но мне даже в голову не…

– Пол, – мягко проговорила Эллисон, – ты гений. Но ты же не можешь знать все про все. И не можешь один совершить революцию.

– Угу, – сказал Майк. – И он не смог бы убедить нас, что существует достаточно веская причина для восстания.

Вили смотрел на них с широко открытыми глазами и раскрытым ртом. Эта задача будет труднее всех предыдущих, но…

– Может быть, шпионы нам не понадобятся, Эллисон. Может быть, мы сумеем… Мне надо обдумать… У нас ведь есть еще несколько дней, правда, Майк?

– Если только на нас не свалится какая-нибудь очень серьезная неприятность. Если повезет, у нас будет даже несколько недель.

– Отлично, дайте-ка мне подумать. Я должен подумать…

Вили встал и медленно направился в дом, моментально забыв про веранду, солнце и всех остальных.

Задача была не из легких. Если бы Вили пришлось ее решать до того, как он научился пользоваться датчиками связи с Джилл, он ни за что бы не справился. Всей его жизни не хватило бы, чтобы сделать необходимые расчеты. Теперь же его творческие способности соединились с возможностями процессоров. Он точно знал, что нужно получить в результате. Через несколько часов он сможет проверить свои идеи и отделить неправильные посылки от правильных.

Проблема разведки была самой важной – и, пожалуй, самой легкой. Теперь ему не требовалось блокировать прием информации, поступавшей на командные пункты Мирной Власти; Вили хотел, чтобы они получали… ложные сообщения. На борту спутников компьютеры производили множество промежуточных операций; если изменить кое-где несколько байтов информации… Нужно проникнуть в эти программы – только не впрямую, как он делал раньше. Правдивые сведения будут поступать только к ним, а враг увидит то, что Пол посчитает нужным. Тогда они смогут защитить не только себя, но еще и многих Мастеровых!

Шли дни. Вили получал ответы сказочно быстро – и все-таки слишком медленно. Краешком сознания он понимал, что Пол помогает ему, обрабатывая задачу с точки зрения физики, а Эллисон старается вспомнить как можно больше о принципах работы старой системы слежения. Они, конечно же, старались изо всех сил, но самую тяжелую задачу – как незаметно изменить программу, не входя с ней в реальный контакт, – эту задачу мог решить только он.

Наконец решили провести испытания. Вили снял видеосигнал со спутника, находившегося над Центральной Калифорнией, быстро его проанализировал и отослал назад в слегка измененном виде. На следующем витке он имитировал сигнал Мирной Власти: небольшое искусственное облачко появилось точно в том месте картинки, где ему хотелось. Процессоры спутника продолжали удерживать фальшивые данные, пока к ним не поступали закодированные инструкции, вносившие изменения. Это была очень простая замена; когда схема заработает на полную мощь, уровень сложности заметно возрастет: определенные дома станут невидимыми, а машины исчезнут с дороги.

Самая тяжелая часть задачи была решена.

– Теперь нужно намекнуть Мирной Власти, что их разведывательные птички снова начали «чирикать», – сказала Эллисон, когда Вили показал им результаты испытаний.

Она радостно улыбалась. Поначалу Вили не мог понять, почему Эллисон так близко к сердцу приняла проблемы Мастеровых, – ведь ее собственный мир погиб пятьдесят лет назад. Когда космический корабль, на котором находилась Эллисон, попал под купол, Мастеровых вообще не существовало на свете. Однако он очень скоро все понял: Эллисон, точно так же как и Пол, обвиняла Мирную Власть в уничтожении старого мира, а воспоминания о нем у Эллисон были еще достаточно яркими. Она могла бы совсем ничего не знать о Мастеровых, но ее ненависть к Власти была бы такой же глубокой, как у Пола.

– Да, – сказал Пол. – Вили теперь может вернуть протокол связи в прежнее состояние – и Мирная Власть внезапно получит исправную систему. Но ведь они же не полные идиоты, обязательно заподозрят что-то неладное. Нужно сделать так, чтобы они думали, будто сами сумели решить проблему. Гм. Готов поспорить, что люди Эвери продолжают работать над этим даже сейчас.

– Ладно, – кивнул Вили. – Я сделаю так, чтобы связь наладилась только после того, как они проведут полную проверку наземных компьютеров.

– Отличная мысль, – согласился Пол. – Нам придется подождать несколько дней, но…

– …но я знаю программистов. – Эллисон рассмеялась. – Они будут гордиться своей сообразительностью!

Вили улыбнулся в ответ. Он уже начал обдумывать, как внести аналогичные изменения во всю систему связи Мирной Власти.

Глава 31

Война вернулась на планету.

Гамильтон Эвери прочитал сводку новостей и кивнул. Заголовки и передовая статья взяли верную ноту: благодаря усилиям Власти и помощи всех, кто любит Мир, долгие десятилетия на Земле не знали войны. Теперь же, как и в те времена, когда клика псевдоученых, занимавшихся биологическими исследованиями, пыталась изменить соотношение сил, жажда власти злобного меньшинства поставила под сомнение саму возможность выживания человечества. Остается молиться всем святым, чтобы потери были не столь велики, как во времена Войны и эпидемий.

В статье не говорилось об этом прямо. Речь шла о регионах в Америке и Китае, где особенно много Мастеровых. Приводились «объективные» свидетельства чудовищных преступлений Мастеровых и того, что они выпускают энергетическое оружие и генераторы куполов. Мирная Власть не пыталась скрывать достижения Мастеровых: четырехсотметровый пузырь, плывущий в небе Лос-Анджелеса, невозможно объяснить никаким другим образом.

Конечно, подобные истории не произведут на самих Мастеровых никакого впечатления, но ведь они составляют меньшинство населения. Необходимо было убедить всех остальных – прежде всего национальные милиции – не присоединяться к врагам.

Негромко щелкнул сигнал канала связи.

– Да?

– Сэр, Директор Жерро снова хочет переговорить с вами. Он очень взволнован.

Эвери с трудом сдержал улыбку. Видеосвязь не была включена, но и находясь наедине с самим собой, Эвери старался скрывать свои истинные чувства. «Директор» Жерро, да уж! Возможно, в организации найдется место для этого толстобрюхого Бонапарта, но вряд ли в качестве Директора. Пусть подождет еще несколько часов.

– Пожалуйста, передайте снова мсье Жерро, что у нас здесь весьма напряженная ситуация, которая не позволяет мне ответить ему немедленно. Я свяжусь с ним, как только у меня появится возможность.

– Да, сэр… Здесь агент Лу. Она тоже хочет поговорить с вами.

– Это совсем другое дело. Пусть войдет.

Эвери откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы. Сквозь окно, занимавшее почти всю стену, он видел земли вокруг Ливермора. Совсем недалеко – примерно в ста метрах под его башней – стояли черно-белые здания современного делового центра, отделенные друг от друга зелеными садами. Ближе к горизонту раскинулись золотистые лужайки и великолепные дубовые рощи. Трудно представить себе, что весь этот мир может рухнуть из-за жалких партизанских наскоков Мастеровых.

Бедный Жерро. Эвери вспомнил, как тот называл себя трудолюбивым муравьем и хвастался, что создал армию и тайную полицию, в то время как легкомысленные Американский и Китайский Директора рассчитывают на доверие и добрую волю населения. Гарнизоны Жерро контролировали территорию от Осло до Кейптауна и от Дублина до Щецина. Когда же Мастеровые наконец получили работающие игрушки Пола Хелера, народ и правительства без малейших колебаний выступили против тирана. А потом… потом Жерро неожиданно осознал, что его гарнизонов недостаточно. Большая часть из них уже уничтожена. Причем не столько при помощи жалких генераторов пузырей, сколько самыми обычными людьми, которые перестали верить Власти. Одновременно Мастеровые атаковали самое сердце владений Жерро в Париже. Там, где раньше находилась штаб-квартира европейских Директоров, теперь стоял скромный памятник – трехсотметровая серебристая сфера. Жерро успел ускользнуть в самый последний момент и теперь скрывался в Восточно-Европейской пустыне, стараясь избежать встречи с тевтонской милицией и найти способ перебраться в Калифорнию или Китай. Вполне предсказуемый конец тирании… Однако Эвери будет чертовски трудно вернуть себе Европу, после того как он покончит с остальными Мастеровыми.