Вернор Виндж – Сквозь время (страница 134)

– К несчастью, вы совершенно правы. И если бы это оказалось единственным сообщением, оставленным для нас Мартой, мы вряд ли смогли бы хоть в чем-нибудь вас обвинить. Но несмотря на все ее невезение, Марте иногда улыбалась удача. Одна из обезьян-рыболовов была довольно странной – умнее и крупнее своих сородичей. Рыболов всюду ходил за Мартой и даже пытался подражать ей, когда она строила пирамиды. У Марты появился союзник в реальном времени. – Вил грустно улыбнулся. – Марта назвала эту обезьяну В. В. Бриерсон. Зверек научился строить пирамиды, которые всегда находились на одинаковом расстоянии от озера Мирников. В конце концов Марта взяла «Бриерсона» с собой в одну из экспедиций на север и оставила его в обычном лесу вне зоны остекленения. Я не знаю, с какого расстояния вы следили за действиями Марты, Хуан, но вы не заметили, что, уходя, обезьяна унесла кое-что с собой и что она построила пирамиду в том месте, куда Марта никогда не заходила.

Глаза Хуана метнулись к Елене, затем он взглянул на Вила, но все-таки промолчал.

– Вы узнали о существовании этой пирамиды четыре дня назад, когда я рассказал о ней Елене. Вы захотели продемонстрировать всем, какой силой обладаете, – и убить всех людей только для того, чтобы помешать мне добраться до пятой пирамиды. – Вил спустился с платформы и медленно направился к маленькому человечку. – Ничего не вышло. Я видел записи Марты, в них она написала все четко и ясно, без загадок. Эти записи может увидеть любой, кто пожелает. И не важно, в каких заговорах вы обвиняете Деллу Лу; доказательство вашей вины достаточно весомо, для того чтобы мне поверила Елена и ее автоны-анализаторы.

Елена отшатнулась от Шансона. Тюнк плотно сжал губы.

«Даже не получив твоего признания, я еще могу одержать победу», – подумал Вил.

Хуан огляделся по сторонам, посмотрел на Вила:

– Пожалуйста, ты все неправильно понял! Я не убивал Марту. Я хочу, чтобы наше поселение процветало. Я пожертвовал гораздо большим, чем все вы, чтобы его сохранить; если бы не я, никто из нас не смог бы продержаться пятьдесят мегалет. А теперь, когда вы увидели во мне преступника, я должен переубедить вас…

Послушай, Вил, ты прав насчет меня и Маджа; мне не следовало ничего скрывать, но я стыдился того, что когда-то верил в эту чепуху. Но я был молод, и меня постоянно преследовали кошмары, связанные с моей работой. Мне нужно было во что-то верить. Я бросил все ради его обещаний.

Мы вышли из стасиса в две тысячи двести девяносто пятом году, как раз перед тем, как, по утверждению Маджа, Христос собирался устроить грандиозное представление. На Земле не осталось ничего, кроме руин, цивилизация была уничтожена. Мадж внес изменения в свою болтовню и сделал вывод, что мы опоздали, что Христос уже побывал на Земле. Тупица! Он никак не мог смириться с тем, что мы увидели. Кто-то посетил Солнечную систему в середине двадцать третьего века – но гость был далеко не святым. Свидетельства инопланетного вторжения попадались на каждом шагу. Мадж прибыл в будущее, имея при себе несколько тряпок и еще какую-то ерунду. Я же взял массу оборудования, мог проанализировать ситуацию и найти доказательства своим утверждениям. Я имел возможность спасти тех людей, что находились в стасисе.

Елена, с того самого момента мои цели полностью совпадали с вашими. Даже тогда, когда все выстехи находились в стасисе, я планировал спасательные операции. Я отличался от вас только тем, что знал про инопланетян. Однако мне никак не удавалось убедить Маджа в том, что они существуют на самом деле. По правде говоря, они оставили незаметные простому и невнимательному глазу улики, и я начал сомневаться, что мне вообще кто-нибудь поверит. – Шансон вскочил на ноги, заговорил еще быстрее: – Мы были обязаны выставить заслоны против врагов, иначе ничто не спасло бы человеческую расу. Я должен был действовать. Я… я сделал некоторые улики более заметными. Сбросил несколько ядерных бомб на кое-какие развалины. Даже слепец не смог бы пройти мимо таких явных свидетельств! – Шансон обвиняюще посмотрел на Елену и Тэмми. – Однако, когда вы вернулись в реальное время… Я пытался, изо всех сил пытался. В течение следующих двух тысяч лет я путешествовал по Солнечной системе, находил признаки вторжения, усиливал их, делал заметными, чтобы даже самый тупой кретин обратил на них внимание.

В конце концов мне немного повезло. В. В. Санчесу хватило терпения, чтобы рассмотреть все факты, и ума, чтобы поверить в мою теорию. Мы уговорили остальных вести себя осторожнее. Я добровольно возложил на себя обязанность наблюдения за нашими границами, я с радостью нес этот тяжкий крест. Никто больше не захотел выставить стражу в околосолнечном пространстве. За многие годы наблюдения мне удалось предотвратить две вражеские попытки проникновения на Землю и уничтожить корабли противника – но все равно верил мне только Санчес. – Хуан смотрел сквозь Вила, скорее он говорил все это для себя, чем для окружающих. – Мне нравился Билл Санчес. Жаль, что он остался в реальном времени, его поселение было слишком маленьким, чтобы выжить. Я несколько раз навещал его. Долгое, идиллическое скольжение по наклонной. Билл хотел заниматься исследованиями, но у него не было ничего, кроме той перфорированной ленты, что он нашел на Хароне. Он совершенно на ней помешался; в последний раз, когда я с ним встречался, он даже стал утверждать, что лента не настоящая. – Легкое сожаление промелькнуло на лице Хуана. – В общем, их поселение все равно было слишком маленьким, чтобы выжить.

Елена смотрела на выстеха широко открытыми глазами, все ее тело напряглось. Шансон не замечал этого, но в воздухе повеяло смертью.

Вил встал так, чтобы Елена его видела.

– А как насчет Марты?

– Марты? – Хуан повернулся к нему, однако в глаза не посмотрел. – Марта всегда была готова слушать. Она говорила, что возможность инопланетного вмешательства не исключена. Мне кажется, появление Лу напугало Марту; Лу совсем не походила на человеческое существо. Марта поговорила с ней, получила доступ к ее базам данных. И тогда… и тогда… – На глазах у Шансона выступили слезы. – Она стала искать там сведения о Мадже.

Какие подозрения возникли у Марты? В то время, возможно, никаких – почти все перепутанные данные не имели никакого отношения к Шансону. По несчастному стечению обстоятельств Марта подошла слишком близко к секрету Шансона.

– Мне не следовало лгать о своем прошлом, но было уже слишком поздно. Марта могла уничтожить все, ради чего я столько времени трудился. Колония стала бы беззащитной. Я должен был, должен…

– Убить ее? – выкрикнула Елена.

– Нет! – Хуан, будто придя в себя, резко вскинул голову. – Я не мог этого сделать. Марта мне нравилась. Но я должен был… изолировать ее. Я наблюдал за ней, чтобы узнать, сообщит ли она обо мне. Марта не сообщила – но она могла сделать это потом, в любой момент. Я не мог допустить, чтобы она вернулась.

Пожалуйста, выслушайте меня! Я совершил много ошибок; я слишком старался, заставляя вас увидеть правду. Но поверьте!.. Захватчики готовят новое наступление. Елена, они уничтожат все, о чем вы с Мартой мечтали, если вы не…

Хуан вдруг взвыл, потом упал, руки и ноги у него начали конвульсивно дергаться.

Сделав два быстрых шага, Вил опустился на колени рядом с ним. Посмотрел на искаженное болью лицо; у него было время, чтобы подготовиться к этому моменту, чтобы подавить в своей душе желание разделаться с Шансоном в тот самый миг, как он попадал в поле его зрения. У Елены на это времени не было: Вил почти физически ощущал, как она сверлит его яростным взглядом.

– Что вы с ним сделали, Елена?

– Заставила его замолчать, отключила связь. – Королева обошла Вила, чтобы видеть Шансона. – Он придет в себя. – На ее губах играла холодная улыбка, которая была в сто крат страшнее вспышки ярости. – Мне нужно подумать о справедливом наказании. Я хочу, чтобы он почувствовал, когда оно наступит.

Она окинула взглядом тех, кто стоял рядом:

– Уберите его отсюда.

Ее слова, словно удар током, встряхнули слушателей. Тюнк и три низтеха подняли Шансона и понесли к флайеру, который парил у входа в амфитеатр. Вил направился за ними.

– Бриерсон! Нам надо поговорить, – резко произнесла Елена, но в голосе ее прозвучали какие-то странные нотки.

Вил подошел к ней. Она отвела его подальше от толпы, постепенно приходящей в себя от потрясения.

– Вил, – тихо сказала Елена, – я хочу… я бы хотела прочитать то, что написала Марта.

Что она написала для них, надеясь, что Шансон не увидит этого сообщения.

Вил смутился – побеждать тоже бывает совсем не просто. Он коснулся плеча Елены.

– Марта оставила пятую пирамиду, как я и сказал Шансону. Если бы мы нашли ее в первые несколько тысяч лет… Но через пятьдесят тысяч… Мы поняли только, что там была стопка тростниковой бумаги. Осталась лишь пыль. Мы никогда не узнаем наверняка, что Марта хотела нам сказать… Мне очень жаль, Елена.

Глава 26

Падал снег. С вершины холма до Вила долетали крики, иногда смех. Там шло снежное сражение.

В. В. Бриерсон спустился по склону и оказался на опушке сосновой рощи. Странно, в таком пустом мире ему все равно хотелось побыть в одиночестве. Странно… А может, и не очень. Общежитие было местом многолюдным. Вне всякого сомнения, не он один ушел от снежков, чтобы погулять среди сосен, представляя себе совсем другие времена.