Вернор Виндж – Сквозь время (страница 133)

Теперь все ликовали. Правда, некоторые возгласы были достаточно сдержанными: будущее человечества в последние несколько минут сильно напоминало волейбольный мяч. Однако теперь…

– Теперь у нас все получится! – радовалась Елена.

Мирники, неприсоединившиеся и республиканцы обнимались. Дилип и несколько низтехов подошли к подиуму, чтобы пожать Вилу руку. Даже выстехи забыли о сдержанности. Хуан и Тюнк стояли в самом центре толпы. Тэмми и Елена, улыбаясь, смотрели друг на друга. Только Моника Рейнс не покинула своего места и, как всегда, цинично усмехалась. Однако Вил подозревал, что она не огорчена по поводу спасения колонии, а просто завидует всеобщей радости.

Неожиданно Вил подумал, что все можно оставить как есть. Колония на самом деле спасена. Если же он и дальше последует своему плану, то подвергнется самой большой опасности… Это была просто мысль, но не реальный выбор. Слишком многим людям он был должен, чтобы сейчас отступить.

Вил выбрался из толпы и вернулся на сцену. Включил микрофон:

– Елена. Люди.

Смех и крики стихли. Гейл Паркер вскочила на скамейку и выкрикнула:

– Эй, Вил! Речь! Речь! Вила в президенты!

Все весело рассмеялись; у Гейл всегда было замечательное чувство юмора. Вил поднял руки, и шум снова стих.

– Остались еще кое-какие проблемы, которые предстоит решить.

Елена с удивлением посмотрела на него.

– Конечно, Вил. Я думаю, теперь мы многое сможем исправить. Но…

– Дело не в этом. Я все еще не закончил работу, для которой меня наняли… Я до сих пор не представил вам убийцу Марты.

Разговоры и смех мгновенно смолкли. Стали слышны даже крики птиц, охотящихся на пауков в лесу за амфитеатром. На тех лицах, что не выражали полнейшего удивления, снова появился страх.

– Но, Вил, – заговорил Хуан, – мы поймали Жерро…

– Да. Его мы поймали. Так же как и его оборудование. Тут все чисто. Только Кристиан Жерро не убивал Марту, и не он захватил компьютерные системы выстехов. Вспомните, он не признался ни в том ни в другом. Он пострадал точно так же, как и все остальные. Поиски того, кто перехватил управление сетями, как раз и были одним из тех «оборванных концов», которыми он собирался заняться.

Хуан замахал руками и заговорил еще быстрее, чем обычно:

– Чистой воды семантика. Жерро ясно признался, что захватил боевые системы низтехов.

Вил покачал головой:

– Нет, Хуан. Он говорил только о Мирниках. Мы считали, что один из выстехов натравливал обе стороны друг на друга, но на самом деле Жерро занимался только Мирниками… А вы манипулировали республиканцами.

Слова были произнесены, а Вил остался жив.

Маленький человечек с трудом сглотнул.

– Пожалуйста, мой мальчик, после всего, что я сделал, как ты можешь такое говорить? Понял! Ты считаешь, что только тот, кто проник в систему, мог узнать про медицинское оборудование Жерро. – Он умоляюще посмотрел на Елену и Тэмми. – Скажите ему. Такое случается во время сражения…

– Конечно, – сказала Елена. – Вам это объяснение может показаться притянутым за уши, Вил, но утечки действительно происходят.

Тюнк и Тэмми согласно кивали.

– Не имеет значения. – В голосе Вила звучала уверенность. – Я знал, что Хуан убил Марту еще до того, как он пришел ко мне с сообщением про Жерро.

«Только вот как мне убедить в этом вас?»

Шансон сжал кулаки, отошел к скамейке и сел.

– Я что, должен все терпеть? – крикнул он, обращаясь к Елене. Она положила руку ему на плечо:

– Дайте инспектору высказаться.

Королева посмотрела на Вила, и он увидел на ее лице хорошо знакомое выражение яростной борьбы противоположных чувств. Только что Вил и Хуан – вместе – спасли колонию. Она знала Шансона многие десятилетия; Вил был всего лишь низтехом, которого ее Марта и хвалила, и проклинала. Насколько Елене хватит терпения?

Бриерсон обошел подиум.

– Сначала мне казалось, что практически любой выстех мог оставить Марту в реальном времени: в компьютерную систему Королевых внесли такие изменения, что саботировать одно запузырение было совсем не трудно. Приведя в порядок свои системы, Елена и остальные выстехи решили, что все снова хорошо. Наша война показала, как ужасно они ошибались. В течение двенадцати часов враг полностью контролировал компьютерные сети – кроме тех, что принадлежали Делле.

Это дало мне сразу несколько подсказок. В мое время захватить целую систему было совсем не просто. Если только она не контролировалась с самого начала, это мог сделать лишь эксперт высочайшего класса, заранее расставивший ловушки, которые впоследствии давали ему возможность осуществить захват. Кто бы это ни сделал, он должен был иметь доступ к оборудованию выстехов – всех, кроме Деллы, которая со времен Сингулярности отсутствовала в Солнечной системе.

Вил оглядел присутствующих. Низтехи, не шевелясь, ловили каждое его слово. Остальные… Тэмми даже не смотрела на него. Вил представил себе, какие разговоры ведутся одновременно с его речью.

– Итак, за всем этим стоял эксперт, пользующийся специальными инструментами. Однако «Грин-Инк» Елены не сообщает таких данных ни про одного из выстехов.

– А это значит, что убийца переписал историю, чтобы защитить себя, – вставил Тюнк.

– Конечно. Совсем немного – несколько фактов тут, парочка там… У убийцы было для этого достаточно времени. Только в компьютерной сети Деллы содержится правда. После того как нас спасли, я провел много времени, изучая базу данных Деллы Лу. К несчастью, все, что относится к концу двадцать второго века, повреждено настолько, что сама Делла этой базой данных не пользовалась. Но после сражения я уже знал, что нужно искать. И в конце концов нашел вот что: Джейсон Мадж известен нам всего лишь как религиозный фанатик, однако в конце двадцать второго века у него даже были последователи. Один из них настолько поверил в доктрину, проповедуемую Маджем, что отправился за наставником в стасис. Хуан Шансон. Богатый и умный человек; пожалуй, самая удачная добыча Маджа. – Вил посмотрел на Шансона. – Вы отказались от многого, следуя религиозной идее, Хуан. Я узнал, что вы возглавляли отдел защиты и проникновения в компьютерные сети в корпорации «ВВС».

Во времена Вила это был крупнейший производитель оружия в Северной Америке. А затем фирма разрослась еще больше.

– Нисколько не сомневаюсь, что, покидая свое время, Хуан прихватил с собой все новейшие изобретения отдела. Мы имели дело со шпионажем промышленного масштаба.

Хуан вздрогнул. Он посмотрел на Елену. Та целую секунду не сводила с него взгляда, а потом повернулась к Вилу. Она все еще не верила.

– Елена, – произнес Вил, стараясь держать себя в руках, – разве вы не помните? В день своего убийства Мадж уверял, что Шансон крайне религиозен.

Елена покачала головой. Эти слова забылись еще три дня назад.

Наконец Шансон собрался с силами и громко сказал:

– Пойми, Вил, ты стал жертвой собственных ошибок. Оцени непредвзято факты. Как ты думаешь, почему записи Лу перепутаны? Да потому, что ее не было в том периоде! В лучшем случае эти данные получены из вторых рук и могут быть использованы против любого, кто стал бы ей угрожать. Вил, пожалуйста. Я могу ошибаться в деталях, но, кем бы ни была эта Лу, она уже доказала, что способна принести в жертву всех нас ради своих собственных целей. Ты должен это понимать, даже если она тебе чем-то помогла.

Моника резко рассмеялась:

– В хорошенькую ситуацию вы попали, Бриерсон. Факты прекрасно укладываются и в ту и в другую теорию. А Делла Лу улетела в глубокий космос.

Вил сделал вид, что обдумывает ее слова; ему нужно было время, чтобы собраться с мыслями. Наконец он покачал головой и заговорил так же спокойно, как и раньше:

– Даже если вы мне и не верите, есть данные, которые Хуану не могло прийти в голову изменить. Например, дневник Марты… Мне известно, Елена, что вы изучали его в течение ста лет, причем вы знали Марту гораздо лучше, чем я. Однако Марта понимала, что ее оставили в реальном времени не просто так. Она понимала, что враг видел спрятанные в пирамидах записи и в состоянии уничтожить их в любой момент. Кроме того, даже если бы ей удалось передать вам зашифрованное сообщение и вы бы поняли его, она боялась, что тогда враг нападет на вас.

Но я низтех, у меня нет никакого оборудования. Марта привлекла мое внимание, описав одно событие, о котором знали только мы с ней. Елена, после вечеринки у Робинсонов я не… я даже не пытался приставать к Марте.

Вил посмотрел в глаза Елене, надеясь увидеть там понимание.

Не получив ответа, он продолжил:

– Последние годы жизни Марта вела страшную двойную игру. Она рассказала о выживании, храбрости, победах и поражениях и постоянно оставляла нам намеки, которые, как она надеялась, укажут на Хуана Шансона. Эти намеки были очень тонкими. Марта называла своих приятелей обезьян-рыболовов в честь людей, живших в нашей колонии. Среди многих поколений обезьян, окружавших Марту, всегда был Хуан Шансон – эта обезьяна непременно стремилась к одиночеству и просто обожала наблюдать за Мартой. В своей последней записи Марта пишет, что «Хуан» по-прежнему сидит на своем месте и не сводит с нее глаз. Она знала, что за ней следит настоящий Хуан Шансон.

Хуан с силой ударил ладонью по скамейке:

– Черт побери! Так можно придумать что угодно! Расшифровать какую угодно запись!