Вернер Гроссманн – На передней линии обороны. Начальник внешней разведки ГДР вспоминает (страница 44)
Как и прежде, мы отказываемся выдать наши источники без их об этом ведения и одобрения. Мы предлагаем, чтоб федеральное правительство создало такие условия, при которых все разведчики могли бы раскрыть себя. В конце июля доктор Вертебах прерывает контакт и разговоры с нами. Позже он обосновывает это «упрямой позицией Главного управления разведки».
В конце разговоров по инициативе доктора Дистеля мы разрабатываем концепцию, которую он передает вместе с клятвенным объяснением Маркуса Вольфа, Вернера Гроссманна и Бернда Фишера доктору Вертебаху.
Концепция звучит следующим образом: «Размышления и предложения по проблематике службы разведки в процессе объединения Германии.
1. В деятельности разведслужбы ГДР, Главного управления разведки бывшего Министерства безопасности/ Ведомства национальной безопасности исходили из статьи № 51 Устава ООН и статей 7,23,33 Конституции ГДР.
Бесспорно при этом: ГДР действовала как самостоятельное государство и субъект международного права. Исходя из сложившегося положения, которое согласно статье № 23 основного закона приведет к объединению обоих немецких государств. Необходимо так провести общий анализ этой стороны немецко-немецкой проблематики, чтобы не последовало никакого нового осложнения для процесса объединения, вызванного бывшей деятельностью службы государственной безопасности.
В этом смысле не должно было состояться сенсационного открытия познания одной из сторон о деятельности разведслужб другой стороны. В особенности это не должно было привести к открытию ранее работающих на разведку ГДР личностей.
Бывшие сотрудники разведки ГДР дисциплинированно работали до настоящего момента над ликвидацией бывшего Главного управления. Раскрытие источников не приняли бы и абсолютно обвинили перевешивающее большинство. Такого рода меры привели бы к непониманию с непредсказуемым риском не только в ГДР, а также во всем мире.
Необходимое решение должно соответствовать интересам как затронутых людей, так и интересам безопасности ФРГ.
Открытие личностей неизбежно влечет за со бой преследование. Моральное обвинение в совокупности с материальными последствиями сравнимо с уголовно-правовым обвинением.
При этом нужно принимать во внимание:
— Знания стороны ГДР о деятельности службы разведки, которые основываются на архивных материалах и обширной и детальной информации от бывших сотрудников всех слоев разведки и частично контрразведки, не могут больше вести к государственным реакциям против интересов ФРГ.
Эти познания касаются и интересов ряда европейских государств, прежде всего вопросов внутренней безопасности ФРГ.
Мирное решение этой всеобщей проблематики было бы «всеобщим прощением» (закон о всеобщей амнистии) для всех внештатных сотрудников касаемо их деятельности против интересов ФРГ.
2. Разведывательная деятельность Главного управления полностью прекращается 24 февраля 1990 года.
По многим позициям, среди других в ФРГ, это происходит заметно раньше (частично в конце 1989 года).
Отдельные акции по ходу и защите окончания деятельности разведслужбы, а также по урегулированию гуманитарных вопросов происходили в исключительных случаях еще до конца июня 1990 г. При этом не было дано никаких заданий.
Необходимые для этого сильно уменьшенные радиопередачи для агентуры были закончены 31 05.1990.
Прекращение работы произошло в соответствии с основными политическими линиями и положениями Правительства ГДР и для защиты источников и посвященных людей, а также принимая во внимание внешнеполитические интересы ГДР и ее союзников.
Совместная работа с органами безопасности других государств была прекращена. Ни структуры, ни агентура не были и не будут переданы. Группа советников, соответственно офицеры связи которые действовали в шести государствах (Южный Йемен, Мозамбик, Ангола, Танзания, Эфиопия, Никарагуа), закончили свою деятельность в феврале 1990. Все служащие вернулись до конца марта 1990 в ГДР и были распущены 31.03.1990. Работа со всеми резидентами и агентствами была закончена с 24.02.1990. Но большей частью это произошло в декабре 1989 г. Им запретили передавать документы, технику и материальные ценности другим секретным службам и органам госбезопасности страны. Открытие оперативной информации в отношении секретных служб и органов государственной безопасности страны было тоже запрещено. Все сотрудники, включая офицеров особого назначения, были уволены с 31.03.1990 года. Все внештатные сотрудники освобождены от своих служебных обязанностей.
Вместе с ликвидацией районных управлений/окружных управлений ведомства национальной безопасности свою разведывательную работу прекратили также и отделы «15». Это происходило с небольшими территориальными различиями до марта 1990 г Состав сотрудников бывших отделов «15» также был полностью распущен.
Архив Главного управления разведки, состоящий из 45 непрерывных метров актов, а также картотек был заложен на хранение 22.06.1990 г. Здесь речь идет о важном прежде всего для безопасности ГДР, ее союзников, а также ФРГ и других государств материале. Принимая во внимание значение материалов, потребовалось особенно надежное архивирование.
Процесс ликвидации в своей сущности был направлен на завершение 540 (с конца марта 1990) больше не происходящих процессов в области проведения операции, по большей части вне ФРГ, включая относящиеся к этому соединительные позиции. При этом речь идет в большей степени о курьерах, кураторах, резидентах, помощниках и технических силах, которые были необходимы для обеспечения безопасности процесса. Прекращение событий было закончено до конца июня 1990 (до начала арестов).
Кадровая и материальная ликвидация Главного управления разведки была закончена к 30 июня 1990 года.
Со стороны бывшего руководителя разведки ГДР и ответственных за ликвидацию объявлена полная лояльность по отношению к действующему Правительству ГДР и будущему Правительству Германии, которая содержит:
— признание вольного, демократического и социального строя общества в смысле Конституции ФРГ (согласно Государственному Договору и Договору об объединении),
— категорическое признание будущего соотношения сил и признание недейственным их разведслужб против интересов Германии,
— усиленное, соответствующее обстоятельствам влияние на бывших сотрудников для сохранения конспирации, особенно во избежание разглашения тайны о разведывательных связях, прежде всего сенсаций для общественности также в других странах,
— соблюдение обязательства бывших сотрудников прекратить любую разведывательную деятельность и угроза уголовно-правовых последствий при нарушении,
— прекращение всякой деятельности против интересов ФРГ,
— никакой передачи от внештатных сотрудников другим секретным службам, как через бывших руководителей, так и через ответственных за ликвидацию,
— последующее уничтожение всех документов, которые могут послужить восстановлению агентств или структур.
Со стороны бывших руководителей Главного управления Маркуса Вольфа, Вернера Гроссманна и выполняющего обязанности руководителя по ликвидации разведки Бернда Фишера возникает неограниченная готовность к передаче клятвенного объяснения, что к моменту полного прекращения разведывательной деятельности среди бывших разведчиков Главка в ФРГ не было министров, госсекретарей, соответственно чиновников или офицеров с похожими функциями или рангами (нет второго Гийома).
В соответствии с интересами безопасности Федеративной Республики могло бы последовать требование явки с повинной от ответственных за это органов ФРГ относительно граждан ФРГ, которые работали на Министерство безопасности, что было бы связано с одновременной гарантией различной оценки и безнаказанности.
Такое объяснение могло бы быть поддержано представителями ГДР (правительством, бывшими ответственными за разведку) в том смысле, что, ссылаясь на гарантированную безопасность, будет объявлено, что может последовать явка с повинной, если это свободное решение каждого затронутого.
Явка с повинной могла бы произойти у выбранных адвокатов ФРГ и ГДР (так называемая амнистия по поверке). При условии, что совещательный орган или временная рабочая группа (представители юстиции или прокуратуры и эксперты) была бы действенной с обеих сторон, могли последовать индивидуальные проверки на основании:
— накопленного опыта органов контрразведки ФРГ по отдельным личностям;
— по внесенным со стороны ГДР предложениям;
— явка с повинной бывших внештатных сотрудников.
Благодаря этому могло быть достигнуто, что отдельные позиции политической актуальности (например, носители служебной тайны) будут устранены голосованием отвечая интересам безопасности ФРГ.
Правительственная комиссия под руководством МВД — госсекретаря Эберхарда Штифа, члена национально-демократической партии Германии, разрабатывает, кроме прочего, основные положения по обращению с письменными документами, затрагивающими личности бывшего Министерства госбезопасности (МГБ) — Ведомства национальной безопасности (ВНБ) в рамках договора об объединении;
«1. Ответственность за хранение письменных документов бывшего МГБ — ВНБ на специальном складе, их надежное хранение и использование вменяется в обязанность Правительства ГДР, а после объединения Федеральному правительству объединенной Германии. Содержащиеся в законе Народной Палаты правила касательно задач и ответственности чрезвычайно уполномоченного вместе с комиссией продолжают действовать.