Vera – Во тьме (страница 94)

Наступившая тишина казалась оглушительной. Сверр спокойно сносил оскорбления, которые Кахини мысленно метала в него, продолжая мягко улыбаться тетушке своей жены.

– Вы – мерзкий интриган, – запыхтела вдовствующая королева.

– Да, – кивнул Сверр. – И прошу никогда этого не забывать и оставаться максимально лояльной Даркрасту.

– Я вас презираю, – поморщившись, бросила родственница, резко отвернувшись в сторону.

– Весьма печально, – иронично парировал мужчина, холодно улыбнувшись ей. – Советую вам дружить со мной, и узнаете много чего интересного и полезного для Хингасула.

– О чем вы? – подозрительно сощурилась Кахини.

– У меня настоящий дар разведывать чужие тайны и секреты, – лукаво хмыкнув, намекнул Сверр. – Которыми я могу поделиться с близкими друзьями и союзниками.

– Например? – настороженно поинтересовалась любопытная интриганка.

– А вы друг или союзник? – насмешливо уточнил император. – Кажется, этот статус Хингасулу стоит еще доказать.

– У вас ничего нет, – разочарованно высказалась Кахини.

– А вы рискните мне противостоять, – серьезно посоветовал Сверр и тут же предрек. – Утонете в скандалах. Ваши собственные тайны погребут вашу репутацию и светлое будущее короля Хингасула под своими руинами. Как действовать дальше, решайте сами, но в одном хочу вас предостеречь: не стоит волновать мою супругу, Альде сейчас нужна только поддержка. Все свои претензии можете свободно высказывать мне.

Скорчив саркастичное выражение лица, вдовствующая королева Хингасула метнула в него острый взгляд. «Какой заботливый» – мрачно подумала она, поднимаясь на ноги и стремительно покидая зал для совещаний боевого крейсера «Исполин». Несмотря на резкий разговор на орбите, тетушка вела себя образцово на поверхности Гелиоса, выказав Альде свою лояльность, включая заседание Парламента.

– Ну, конечно же, Хингасул на вашей стороне, дорогая, – сердечно держа за руку императрицу, заявила моложавая старушенция. – Можешь во всем рассчитывать на меня. Я постараюсь привлечь всех, кого смогу. Это ведь мой долг, как ближайшей родни.

Сверр молча старался делать вид, что верит этим словам, усердно жуя на ужин жесткое мясо.

– Супруг убеждал меня не вмешиваться, – печально произнесла Альда, рассказывая, как они оказались на другой стороне галактики.

– Надо было слушаться мужа, – высокомерно вставила Кахини, не удержавшись от язвительной шпильки, чем заслужила пристальный взгляд императора.

– Я не смогла, – горько призналась его супруга, не заметив многозначительных переглядов мужа и тетки. – Сэрна была в таком состоянии, что я вообще недоумеваю, как она выдержала не один цикл.

– Сейчас она в лучшем из миров, – мягко успокоила вдовствующая королева племянницу. – Не стоит так переживать. Для Сэрны все уже закончилось.

– Да, – вздохнула Альда, закивав.

После ужина тетушка все же настояла лично увидеть запись передачи власти над Гелиосом Даркрасту и молча просмотрела голограмму, сделанную в роковой день. Может изможденный вид королевы повлиял на Кахини, а возможно и слова императрицы на этой записи, которая уговаривала сестру не спешить и подумать спокойно, но улетала вдовствующая родственница, спустя всего лишь сутки, в ином состоянии, нежели явилась на Гелиос.

– Сэрна была вылитой Нилаимой, но ты впитала её характер, – произнесла Кахини, перед тем как взойти на трап шаттла. – Моя покойная сестра имела мятежную натуру и не самый легкий характер, на том и погорела. Будь умнее матери и сильнее Сэрны.

– Постараюсь, – хмыкнула Альда, провожая тетушку.

– Всё будет хорошо, – мягко улыбнулась любящая родственница, обнимая племянницу.

При этом взгляд Кахини метнул в Сверра холодный кинжал, а в голове императора раздался её голосок: «Посмотрим, чего стоит союз с Даркрастом».

Следующим гостем на Гелиос прибыл король Вако. Телиуса также ждал приватный разговор с зятем, но уже в самом дворце. Пригласив тестя в гостиную, правитель Даркраста решил прямо обсудить его позицию. Как оказалось, ситуация в корне не устраивала отца императрицы, ибо он считал, что королевство должно отойти ему, как приоритетному родственнику почившей дочери. Вдобавок узнав, что планету ждет уничтожение, распалился в своих претензиях.

– Я требую пересмотра завещания, – высказался король Вако. – У Сэрны не было живых сыновей, так что по закону наследовать Гелиос должен отец.

– Королева распорядилась иначе, – спокойно ответил Сверр, стоящий у окна и наблюдавший за суетой на городской площади, где сегодня вновь собрался народ, чтобы воспользоваться медитеками.

– Она была при смерти, – с досадой отозвался Телиус. – И не понимала, что говорит. Закон гласит…

– Что наследником является тот, кого назовет королева, – раздался резкий голос Альды.

Взглянув на супругу, император заметил темные круги под глазами и уставший вид. Сборы дворца и имущества шли ударными темпами и отнимали много сил.

– Ты специально явилась сюда, чтобы прикинуться любящей сестрой и заграбастать то, что принадлежит Вако, – без особых экивоков объявил гость.

– И тебе «здравствуй», папа, – высокомерно произнесла правительница Даркраста.

В этот момент что-то неуловимо взбесило короля Вако, что заставило Сверра пристальнее взглянуть на тестя и нырнуть в его сознание. Это слово «папа» всколыхнуло в нем дурные воспоминания, о которых Телиус предпочел давно позабыть. А правда оказалась такой интересной – прекрасная Нилаима Шангрийская, королева Вако, была неверна своему супругу и даже более: любила другого мужчину, от которого и родила старшую дочь. Скрывать любовника женщина не додумалась, и вскоре ревнивый король застал их, расправившись с соперником на глазах жены. Объявить дочь незаконнорождённой, не вызвав скандала, Телиус не смог бы, так что мужчине пришлось затолкнуть свою гордость подальше и потребовать от жены наследника. Долгие циклы они ругались по любому поводу, но в итоге сошлись на искусственном зачатии в лаборатории, что и дало королевству двух детей разом. Сэрну и Ноториуса Вакийских.

– Ты вообще не имеешь право на наследство…

– Телиус! – вдруг рявкнул Сверр, поняв, что тесть хотел произнести «моей дочери». Посмотрев на жену, император строго добавил. – Альда, оставь нас. Очевидно, что твоё присутствие сейчас не поможет делу.

– Как скажешь, – сдалась его супруга и, поджав губы, разглядывая мужчину, которого считала отцом, покинула гостиную.

– Вы поняли суть моих претензий? – скорчив неприязненную гримасу, уточнил родитель королевы Сэрны.

– Я их отвергаю, – равнодушно ответил Сверр.

– Парламент поддержит меня в случае спора, – настаивал Телиус, заложив руки за спину.

– Не проблема, – парировал император.

– А что скажет Корпус Эфиров? – прибег к последнему аргументу родственник. – Вы же планируете уничтожить планету!

– Я с ними это уже согласовал, – веско отозвался правитель Даркраста. – Как вы думаете, кто именно будет уничтожать Гелиос?

Против такого король Вако уже ничего не мог противопоставить. Признание эфирами прав на планету никто не сможет оспорить.

– Признайтесь, вы заранее все продумали? – зашипел тесть.

– Отнюдь, – вздохнул Сверр. – Если бы я заранее просчитывал «всё это», то постарался бы избежать того, что едва не отдал жизнь, защищая свою семью. Как вы думаете, на что я пойду ради империи?

Король Вако покинул Гелиос так спешно, что его судно едва не столкнулось с кораблем Фарогоса, стыковавшимся в этот момент с «Исполином». Дон Эрнесто прибыл последним, но оказался самым сочувствующим и доброжелательным. Альда встретила своего бывшего свекра, крепко обняв и сообщив о беременности, за что тут же была вынуждена выслушать лекцию о вопиющей легкомысленности и необходимой безопасности. Оставшись наедине с королем Фарогоса, Сверр тяжко вздохнул, прямо рассказав о планах и трудностях в решении проблем Гелиоса.

– Вы поступаете правильно, – кивнул дон Эрнесто. – Тут будет хаос без защиты и правителя. К тому же, по сути, остаются одни женщины, старики и дети, а они всегда легкая добыча для мародеров. Планету ждет запустение или того хуже: превратится в прибежище всякого сброда.

– Да, – согласился император. – Я велел специалистам обследовать Гелиос, так как тут есть залежи гравитационных камней, хотя, сколько их, пока неясно.

– За каким проклятьем ты ввязался в это дело с беременной женой? – вдруг недовольно спросил король Фарогоса.

– Альда настояла, – признался Сверр.

– Что такого она сказала, раз ты послал в бездну здравый смысл? – поморщившись, уточнил гость.

– Ничего, – кисло ответил мужчина. – Она просто молчала и вздыхала по углам.

– Нда, – иронично хмыкнул дон Эрнесто, хлопнув его по плечу. – Быстро же Альда прибрала тебя к рукам.

Спустя три дня король Фарогоса покинул Гелиос, заверив в своей поддержке, а на планету прибыли даркрастиане, которых вызвал император. Оставив подробные инструкции и план действий, правящая чета покинула планету, улетев домой.

Обнимая ночами свою измученную переживаниями супругу, Сверр раздумывал над словами дона Эрнесто. Альда стала для него слишком дорога, чтобы просто так отказаться. Значит, пора подумать над тем, чтобы сохранить их союз без всяких условий. Мужчина как-то незаметно привык к её постоянному присутствию и деятельной натуре. Поглаживая едва увеличившийся животик, он честно признался себе, что брак оказался не таким, как представлялся раньше.