Вера Волховец – Большая уборка (страница 5)

— Пришли, — с готовностью откликнулся Триш и посторонился, уступая мне дорогу.

4. Глава о знакомстве с соседями, которые могли бы быть и подружелюбнее...

Что-то плотное, упругое толкнуло меня в грудь, обдало теплым воздухом, и я увидела ее!

Великую и могучую Свалку.

Ладно, не такую уж и великую.

По всей видимости, местные маги скрыли помойку от глаз и носов горожан каким-то магическим куполом. Ну, а что, практичненько. Пока не подошла вплотную — даже не подозревала, что рядом. Только знак с человечком, кидающим мусор в ведро, на столбе и свидетельствовал о том, что скрывалось под чарами.

Свалка как свалка, на нашу один в один похожа. Те же тяжелые баки, тот же запах, от которого хочется побыстрее сбежать, и последователь секты леди Улии, роющийся в крайнем правом контейнере — один в один наш бич, ищущий, чем ему поживиться среди чужого мусора.

Разницу я вижу только одну — над нашими контейнерами не поднимается странный переливающийся дымок, чем-то напоминающий северное сияние.

— Это контейнеры для магического мусора, — ответственно сообщил мне крыс, — а обычные — это вот те, что слева.

Ну и хорошо. Приближаться к местному бездомному у меня никакого желания не имелось. Я вытряхнула посуду из мешка, деловито встряхнув этот самый мешок над баком. Ну, а что? Я понятия не имею, сколько имеется в моем распоряжении этих самых мешков. Вдруг этот — единственный? Надо будет постирать его на досуге. Бабуля моя стирала пакеты, а я — мусорные мешки…

Хотя ладно, хороший мешок, крепкий.

— Ну, все, Триш, теперь показывай, где тут живет тот, кто проклинает полоумных старушек, — вздохнула я, торопливо уходя из границ магического купола. Свежим воздухом дышать приятно.

— Лорда Филиуса ди Венцера сейчас в Завихграде нет, — дворецкий виновато опустил морду.

— А сразу сказать нельзя было? — я прикинула свои перспективы найти то, не знаю что, да еще и вернуть тому, кто незнамо где шляется. Нет, все-таки мне пора заказывать гробик. С обивкой в веселенькую незабудочку.

— Зато есть его сын, — Триш поспешил меня успокоить, — он держит ресторан на нашей улице, мы можем заглянуть на обратном пути.

Идти с пустым мешком в руке мне понравилось больше, чем с полным. Я даже полюбовалась красивыми разноцветными домиками и опечалилась, издалека заметив тусклый, будто бы даже слегка понурый дом ди Бухе.

Мое нечаянное «наследство».

Я в какой-то степени сочувствовала и обычным заброшенным домам из своего мира, лишенным даже шанса на то, чтобы в них происходила жизнь, а этот — был живой. С душой! И по самое горлышко оказался завален каким-то хламом. Мне почему-то просилась на ум метафора с огромной бессмертной кошкой, которую хозяева накормили не нормальным кормом с высоким содержанием мяса, а жеваной бумагой вперемешку с макаронами. И лежит несчастное животное, умереть не может — бессмертие не дает, а жить с бумагой в пузе счастливо и безмятежно не получается.

— Леди Марьяна, — окликнул меня Триш, и я, моргнув, повернулась к нему.

Триш стоял у дверей приятного здания, украшенного интересной мозаикой. Именно на веранде этого заведения я и видела давешних кролика и эльфийку. Сейчас на веранде никого не было, зато внутри самого заведения — людей было достаточно.

Или — не людей?

Шагая между столиками и скользя взглядом по лицам оглядывающихся на меня людей, мне невольно хотелось втянуть живот и куда-нибудь сплавить пыльный мешок в моей руке.

Слишком красивые, слишком чопорные. Будто я вошла в разгар бала высокой аристократии, оставляя за собой следы грязных копыт.

Это заведение спасал только запах кофе, будто пропитавший каждую молекулу воздуха в этом зале. Вот ему я была рада! А всем этим высокомерным взглядам — нет.

Навстречу нам стремительной лаской метнулся высокий молодой человек с зализанными в хвостик пепельными волосами. Я впервые видела такой цвет волос и потому восхищенно залипла.

— Господин Сар’артриш, — с дежурной улыбкой обратился он к крысу, — как и всякому представителю семьи ди Бухе вам запрещено появляться в любом заведении рода ди Венцер. Вы забыли? Или, может быть, оставили службу?

— Кориандров никогда не оставляет службу, — буркнул Триш недовольно, но судя по всему — примерно такого приветствия он и ожидал.

— Тогда я провожу вас на выход, господин Сар’артриш, — с медовой улыбкой сообщил юноша, и в этой улыбке сверкнули… Два длинных белых глазных клыка.

Вампиры!

Вокруг меня вампиры!

У некоторых кстати в бокалах что-то красное!

— Мы здесь по делу к вашему хозяину, между прочим, — выпалила я торопливо, пока Триша и вправду не увели, — нас интересует тот арт…

Я не успела сказать ничего больше — на мой рот молнией легла ладонь подскочившего ко мне со спины мужчины, и меня потащили куда-то в сторону. Впихнули в просторный кабинет и только после этого выпустили на свободу.

Первое слово, что я сказала после этого — детям при родителях произносить нельзя, только если уши лишние завелись.

Второе — кстати тоже.

— Какое блестящее у вас воспитание, леди ди Бухе, — холодно заметил мужчина за моей спиной.

Я развернулась к нему, попутно сочиняя третий заковыристый эпитет, но прикусила язычок, разглядев своего собеседника.

С мужчиной я, конечно, поторопилась. Этот тип больше тянул на юношу, хотя конкретного возраста по его физиономии я определить не смогла. Глаза все-таки скрадывали его моложавость, накидывая ему лишний пяток лет. Темноволосый, синеглазый, широкоплечий, высоченный — при виде такого парня девушки от пятнадцати и до пятидесяти синхронно выставляют вперед грудь и торопливо поправляют волосы. Впрочем, ехидная улыбка на губах его портила, смазывая все очарование.

— Что вы себе позволяете? — возмутилась я, все-таки припомнив, что мое самолюбие не тряпочка для протирания пола.

— Что ты себе позволяешь на моей территории, ведьма? — поинтересовался вампир, как и его администратор, выпроваживавший Триша, в холодной улыбке демонстрируя клыки. — Явилась сюда без приглашения и орешь на весь зал об утрате моей семьи? Хочешь поторговаться за наш артефакт? Если жизнь тебе ничего не стоит — то давай, попробуй. Только ни монеты лишней не получишь. Я подожду исхода твоего срока и заберу кольцо с твоего еще теплого тела.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Кольцо? — отфильтровав все прочие речитативы как словесный мусор, уцепилась я за интересующую меня информацию. — У вас пропало кольцо? А как оно выглядит?

Под нос мне тут же сунули кулак. А ничего такой, жесткий. На безымянном пальце вампира красовался перстень, причем не простой, а с распахнувшим крылья вороном на золотой печатке.

— Такой же, — емко сообщил мне вампир, — только настоящий. Ясно?

— Д-да, — выдохнула я, пытаясь привыкнуть к его хамским интонациям, а заодно — и отпечатать в памяти внешний вид кольца.

Кольца! Если прикинуть общий объем хлама в доме — я искать буду чертову вечность. Но попробовать все-таки стоит.

— А теперь выметайся из моего ресторана, ведьма, — мой собеседник сузил глаза, и в них тут же полыхнули красные точки, — и без моего кольца не возвращайся. Макс!

Как из-под земли за моим плечом возник тот самый администратор, что остановил нас в зале.

— Крыса вышвырнул?

— Конечно, Джулиан, — по-дружески и с укоризной «как ты мог во мне усомниться» отозвался блондинчик.

— Проводи к нему ведьму, — осклабился наглый хозяин ресторана, — и расскажи ей подробно, что с ней будет, если она откроет свой рот насчет нашего артефакта.

— Прошу вас, леди… — любезно произнес Макс, и на моих плечах сжались стальные тиски его пальцев.

Значит, Джулиан ли Венцер.

— Было неприятно познакомиться, — роняю я перед тем, как за мной успели закрыть дверь.

— Взаимно, ведьма, — эхом откликается мне тень из кабинета.

Бр-р! И вот с этим типом мне предлагается жить на одной улице?

— Ты мог бы быть с девушкой повежливей, — укоризненно заметил Макс, снова возвращаясь в кабинет, — сколько она в нашем мире? Часа три? В конце концов, не она аракшас у нас утащила.

— Она — кровная ди Бухе, — Джулиан страдальчески поморщился. Ему категорически не хотелось вести с братом просветительскую беседу, почему любезничать с ведьмами — всегда игра в одни ворота, — а ты помнишь, какую неустойку затребовала с нас старая  ведьма за возвращение кольца, которое она же и украла. Лет двести еще бы ходили у неё в должниках всем семейством. Эта девчонка ничем не лучше. И кровь ди Бухе в её жилах — это гарант самых паскудных ведьминских качеств.

— Девчонка-то была симпатичная, — меланхолично заметил Макс на прощанье, — ты, кстати, помнишь, что Виабель тебя ждет?

— Помню, — сухо откликнулся Джулиан, пропустив мимо ушей замечание насчет внешности ведьмы, — спроси у неё насчет десерта, пока я не пришел.

— Хорошо, братец, — спокойно кивнул Макс и закрыл за собой дверь кабинета.

Пальцы привычно скользнули по фальшивке, как и всегда не получая магического отклика от семейной реликвии, напротив — наполняя кристалл, скрытый под печаткой, должной магической силой. Столько энергии уходило на поддержание видимости — никакими деньгами их нельзя было окупить.

Но допустить сам факт оглашения информации, что из семьи ди Венцеров украден родовой аракшас — хуже не было. Они быстро скатятся в иерархии вампирьих семейств, перестанут считаться надежными слугами короны.