Вера Волховец – Большая уборка (страница 21)
Платье было служаночье, простое, хотя по фигурке ведьмочке пришлось как раз. Подчеркнуло все, что можно было подчеркнуть. Хотя… Нет, не все. Длинный подол скрывал ноги. Те самые, от ушей, что ведьмочка успела продемонстрировать Джулиану вчера в ресторане.
Интересно, как она в этом платье перемахнула через забор? Хотелось бы посмотреть, но Джулиан явление ведьмы не застал. Жаль. Было любопытно посмотреть. Не просить же маленькую дрянь продемонстрировать это и сигануть обратно. Марьяна ди Бухе не должна покинуть границы его дома, раз уж она столь вызывающе их нарушила.
Марьяна повернулась к Джулиану лицом — растрепанная, раскрасневшаяся после бега и злая, как гарпия. Да ещё и с магическим блокиратором на запястье. Заклятый враг мог оказаться слаще для глаз только в одном случае — если бы Джулиан встретил погребальную процессию последней ведьмы ди Бухе и насладился бы видом этой новой своей мигрени, мирно лежащей в гробу.
— Повторить для вас, господин упырь? — Ведьма презрительно скривила губы. — Помимо ушибленности на всю свою красивую башку, вы еще и намертво глухой?
В первый раз Джулиан слышал незавуалированный комплимент в свой адрес, произнесенный с такой презрительной оскорбительностью.
Джулиан шагнул поближе к девчонке, заглядывая в серые сердитые глаза, лишний раз испытывая собственное терпение. Оторвать голову кровному врагу — это всегда приятно, но этот момент все-таки лучше оттянуть, тогда и удовлетворение будет сильнее.
— Ты снова вторглась на мою землю, ведьма, — вкрадчиво хмыкнул Джулиан, в уме примеряясь к тощей девчоночьей шее, которую будет так просто свернуть, — ты притащила сюда свое человеческое отродье. Ты угрожаешь моей племяннице. Ты меня оскорбляешь. Скажи, тебе настолько хочется умереть быстро? Так сказала бы сразу, зашла бы в гости, мы бы решили этот вопрос полюбовно.
— А, так это твоя племянница не возвращает мне моего дракона? — у ведьмы ярко вспыхнули глаза, и будь Джулиан повпечатлительнее, он бы отшатнулся на пару шагов от неё. — О, ну тогда я не удивлена. От гнилой яблоньки хороших яблочек ждать не стоит. Спасибо, что племянница. Боюсь представить, что бы она украла, если бы была вам, скажем, дочкой, господин упырь. Наверное, не только моего дракона, но и мою руку до плеча с мясом бы вырвала!
— Что ты несешь, ведьма? — Джулиан уже и сам удивлялся своему терпению. Любой вампир за одного только оброненного в свой адрес “упыря” уже давно вызвал бы оскорбившего на поединок чести. А Джулиан пережил аж два. Ну, одно утешало — девчонка-то в любом случае этого не переживет. Нарушение магических границ земель вампира давало многие права на расправу. Особенно вампиру с дворянским титулом.
Как жаль, что Орден Упорядоченных запретил использовать убивающие чары в охранных плетениях дома. Глядишь, и не пришлось бы тратить время на эту языкастую дрянь.
Вот только стоило глянуть на ведьму магическим зрением, и настроение слегка испортилось. Аура девчонки Джулиану не понравилась. Магия в ней кипела и бурлила, яркая и насыщенная, беснующаяся и будто имеющая причины для такого праведного негодования. Если бы ведьма вломилась на его землю просто так — аура бы выглядела несколько иначе...
— Я несу? То есть это не вашей драгоценной племяннице маленький клептоман отдал моего дракона? И в руках у неё, наверное, веер, что вы ей подарили на день рожденья, да, сударь? — осклабилась Марьяна и шагнула в сторону, все так же не выпуская из хватки уха несчастного хнычущего уличного оборванца. Мордашка у пацана показалась Джулиану знакомой, но сейчас ему было не до него. А вот до Мирены, все это время стоявшей за спиной ведьмы без движения — дело нашлось.
Девочка не двигалась с места до этого, и Джулиан думал, что это от того, что она испугалась внезапно вломившейся ведьмы, но…
Она не хотела привлекать внимания. Она стояла совсем близко к кусту, и на её счастье, до этого момента ведьма перекрывала Джулиану вид и на куст, и на племянницу, гостящую в его доме. Именно поэтому, пока взрослые переругивались, Мирена смогла опустить на землю копошащуюся сумку и аккуратно, не шевелясь по максимуму всем остальным телом, носком атласной туфельки попыталась затолкать сумку под куст.
И почти преуспела в этом. Почти!
Длинный ремень было сложнее спрятать, и он тканой змеей вился по траве у куста. А в минуту, когда ведьма наконец двинулась в сторону, содержимое сумки окончательно потеряло терпение и сказало звонкое и писклявое: “Апчхи”, — и тонкая рогожка простенькой служаночьей сумки вспыхнула ярким огнем и быстро осыпалась золой.
Из-под куста с агрессивным шипением, ощерив три беззубые пасти, но с клокочущим внутри бледным огнем выползло маленькое трехголовое нечто, выползло, агрессивно пыхнуло огнем в сторону Мирены и задом попятилось к ногам ведьмы — драконы никогда не поворачивали к врагам свой тыл, предпочитая оставаться огненной пастью в сторону опасности.
Паленым пахло не только из пасти дракона.
— Поймана с поличным, — жестко улыбнулась Марьяна, встряхивая пацана за ухо, — так как этот криминальный элемент прямым ходом дернул именно в ваш чудный сад, сударь, и отдал вашей драгоценной племяннице моего дракона — рискну предположить, она у него заказчица. Скажите-ка мне, господин упырь, вы сегодня племянницу по рынку не выгуливали?
— Мы там гуляли, — процедил Джулиан сквозь зубы, потому что ситуация слишком резко поменялась, — ушли сразу же, как я тебя заметил. Я не собираюсь находиться с тобой даже на одной площади, ведьма. Если помнишь, ты — кровный враг моей семьи.
— Да-да, и на одно картофельное поле ты со мной колорадского жука собирать не выйдешь, — бесцеремонность Марьяны ди Бухе была величайшим из её пороков, — знаешь, судя по всему, заметил меня не только ты. Интересно, а воровать у кровных врагов не считается зазорным?
Считается. И сейчас, если рассматривать эту ситуацию с точки зрения магического закона — права была ведьма. Потому её аура и светилась так безапелляционно. И тут уж, разумеется, ни о какой каре за вторжение речи не шло. Фамилиар — плод магии своего хозяина. Кража магии была только самую чуточку лучше кражи детей.
Самое паршивое — племянница Джулиана и вправду выглядела виноватой. Она прекрасно понимала, что сделала что-то не то. И пацан этот… Пару раз Джулиан видел этого оборванца, который то бродячего котенка притаскивал Мирене, то воробья с переломанным крылом…
Мири вообще любила всякую живность. И карликового дракона уже давно выпрашивала поочередно то у матери — сестры Джулиана, то у Макса — “доброго дядюшки”, то у Джулиана, когда на всех прочих, более сердобольных родственников совсем не оставалось надежды. С драконом не торопились, вампиры и драконы друг друга не очень любили. Никто даже не предполагал, что Мири настолько отчается, что докатится до банальной кражи приглянувшейся зверушки.
— Вот какого болотного хмыра, Мири? — это Джулиан прошипел по телепатической нити, обращаясь к племяннице. После того как отец сложил с себя полномочия, когда сил на поддержание энергии фальшивого аракшаса у него хватать перестало, Джулиан возглавил клан, и это давало ему многие преференции. Устроить беззвучную взбучку члену семьи — это было простейшее.
— Она же враг, дядя! — Мири отчаянно сжала кулачки, в бессильном отчаяньи кривя губы. — Мама говорила, ди Бухе должны платить виру за нанесенный нам ущерб.
И безмозглая девчонка решила взять фамилиаром!
Мири была, конечно, умницей, но её не хватило бы на такую сложную мысль. И, ох, как неправильно Мирена ди Венцер трактовала термин “кровная вражда”. По-детски наивно. Кровная вражда не признавала таких мелких гадостей, потому и повод для объявления кровной вражды должен быть весомым.
— Виру не платят дважды! — от телепатического рыка Джулиана девчонка втянула голову в плечи. — Наша вира — это её проклятие. Понятно? А ты своей выходкой подставила весь клан!
И Зоряне, любезной сестрице, надо будет задать трепку, сегодня же вечером. Из-за её бабьего трепа и возникла эта паршивая ситуация. Нельзя подставлять врагу горло. Разумеется, он его порвет.
— Интересно, — тем временем медоточиво протянула чертова ведьма, до которой тоже начала доходить выгода её ситуации, — если за один жалкий перстенечек ваш папенька-упырь проклял воровку и всех её потомков и наследников, то что могу сделать я за кражу моего фамилиара с вашей племянницей, господин ди Венцер?
— Госпожа, отпустите! — взвизгнул мальчишка, которому явно захотелось сохранить полную комплектацию ушей. — Клянусь, я больше не буду. У вас — никогда в жизни.
— У меня! — с чувством повторила ведьма, не только не ослабляя хватку, но и чуть выкручивая ухо маленького грабителя. — Огромная честь, малыш, спасибо.
Она еще раз поддернула мальчишку вверх, заставляя его заскулить и встать на цыпочки, а после — развернула к себе лицом.
— Еще раз увижу тебя на рынке, солнышко, сварю из твоих ушей супчик, — нежно пообещала Марьяна, и почему-то сейчас, когда в глазах ведьмы бесновалось темное кровожадное пламя, в её словах не получилось усомниться даже Джулиану, не то что сопляку, торопливо сиганувшему обратно за забор. Хорошо сиганул, высоко. Можно подумать — нечаянно левитировать научился.