Вера Вольф – Запретное чувство (страница 2)
Она отвела взгляд от объектива — и тут же плазменная панель над стойкой, казавшаяся интерьерной декорацией, ожила и выдала картинку.
На мониторе возник мужчина. Он находился в другом крыле — судя по кожаным диванам и бутафорским книжным полкам, в общей гостиной. Он стоял, опираясь руками на спинку дивана, и неподвижно смотрел прямо в объектив.
Он просто смотрел.
Марина узнала его мгновенно. Максим — фаворит букмекеров и главный претендент на победу. Человек с внешностью, которую хочется рассматривать детально: скульптурная челюсть, небрежные темные пряди на лбу и стальной, почти прозрачный взгляд. На промо-снимках он выглядел глянцевым картинным красавчиком. Сейчас же перед ней стоял совсем другой человек — уставший, жесткий, повзрослевший. И его взгляд был нацелен не в пространство. Он смотрел точно на нее.
Он смотрел сквозь стены и километры проводов. Словно знал о ее растерянности перед скрытой камерой секунду назад. Он являлся частью этой цифровой тюрьмы, но смотрел не как надзиратель, а как соучастник.
В его взгляде не было привычного для игроков азарта: ни оценки соперника, ни желания подавить, ни вызова. Только странная, почти тревожная тишина в его глазах.
Внутренняя броня рухнула, обнажая незащищенное нутро. Экран транслировал его в реальном времени, и этот прямой визуальный контакт был единственной живой вещью в стерильном павильоне. Они смотрели друг на друга не в камеру — они смотрели сквозь систему.
Ольга рядом что-то чеканила про наряды для вечернего эфира и расписание. Марина ее не слышала.
Этот мужчина был единственным, кто видит в ней не персонажа шоу, а живого человека. И этот искренний взгляд пугал куда сильнее скрытых микрофонов и жестких пунктов контракта. Потому что когда тебя видят настоящую, ты теряешь контроль. Ты становишься уязвимой.
Она отступила к своей двери, не разрывая контакта. В последнюю секунду перед тем, как створка заблокировалась, Максим едва уловимо приподнял бровь. Этот жест читался без слов:
Дверь защелкнулась. В углу продолжал ровно гореть красный диод. Марина сползла по холодной стене и закрыла глаза.
Вход в игру завершен. Начинается сама игра. И первый раунд контроля над собой она уже проиграла.
Глава 2.Правила
Общая гостиная встретила Марину стеной света. Софиты на подвижных потолочных фермах били под таким углом, чтобы выжечь любую тень. Она вошла, мгновенно ощутив себя экспонатом в стерильной витрине: ни затемненных зон, ни единого угла, где можно укрыть взгляд. Только кожаные светлые диваны полукругом, стеклянный столик с планшетами и пятеро участников, застывших в разных позах — от показной вальяжности до предельного напряжения.
Марина заставила себя не считать камеры. Бесполезно. Их здесь набралось бы больше двадцати: вмонтированные в стены, свисающие с потолка, спрятанные за зеркалами и вазами. Марина высчитывала их по черным точкам зрачков, бликам на линзах и едва уловимому повороту объективов вслед за движениями. Оператор в углу — парень с серьгой в ухе — поправил наушник и едва заметно кивнул Марине. Она ответила короткой улыбкой, но внутри все сжалось: ее писали с первой же секунды на площадке.
— Марина! — голос Антона Руденко раздался из-за стойки. Идеально сидящий темно-синий пиджак, расстегнутый ворот рубашки, отсутствие галстука — безупречный образ расслабленного профессионала. — Проходи, знакомься. Ты замыкающая. Остальные уже в сборе.
Шаг в центр полукруга. Пять пар глаз скрестились на ней: две женщины и трое мужчин. Марина пробежала по ним взглядом, автоматически раскладывая по типажам. Блондинка с кукольным лицом улыбалась слишком широко — явно знала свои рабочие ракурсы. «Активистка». Рядом — коренастый брюнет с короткой стрижкой. Сканирующий, оценивающий взгляд. Никита. Марина помнила его по предсезонным анкетам: отличная физуха, но харизмы в обрез. Чуть отдалясь — брюнетка с тугим пучком. Скрестив ноги, она гипнотизировала взгляд в пол, пытаясь слиться с интерьером. Софья. И мужчина старше остальных — бледный, в тонкой металлической оправе, выглядевший так, словно случайно перепутал двери и попал на чужую вечеринку. Денис.
И Максим.
Он сидел на крайнем диване слева. Когда он поднял голову, его серые глаза на секунду зафиксировали ее. Без улыбки, без кивка. Просто отметили объект в пространстве — и снова опустились к планшету в руках.
Факт отпечатался в уме:
Руденко звонко хлопнул в ладоши:
— Отлично, команда в сборе! Я — Антон Руденко, ваш проводник в этом эксперименте. Но давайте сразу зафиксируем базовые вещи. — Он очертил рукой дугу, и стрела операторского крана послушно двинулась вслед за движением. — Это не курорт. Это — съёмочная площадка. Каждый ваш шаг, каждое слово, каждый взгляд — записывается. Здесь нет приватных разговоров. Нет мест, где можно побыть собой. Если вы думаете, что шепнуть соседу на ухо — это безопасно, — он усмехнулся, — ошибаетесь. Петлички ловят даже шёпот, а камеры снимают в 4K.
Он выдержал театральную паузу. Марина машинально коснулась воротника — прикрепленный по дороге микрофон-петличка неожиданно налился свинцовой тяжестью.
— Правила простые, — продолжил Руденко, беря со стола планшет. — Режим дня: подъём в семь, отбой в двадцать три. Запрещено покидать территорию виллы. Запрещено пользоваться личными телефонами, интернетом и любыми средствами связи с внешним миром. Запрещено вступать в романтические отношения с другими участниками.
Последнюю фразу он отчеканил по слогам. Позы участников мгновенно изменились: Никита усмехнулся, поймав взгляд Ани, а Софья нервно сцепила пальцы.
— За нарушение этого пункта, — Руденко поднял указательный палец, — дисквалификация и гражданский иск. Мы не шутим. У нас был прецедент, и он закончился для участников плачевно. Не повторяйте чужих ошибок.
Марина кивнула. Данный пункт она въедливо разбирала с адвокатом. Нарушать она не собиралась: она пришла делать карьеру, а не искать любовь.
Но тогда почему её взгляд снова скользнул в сторону Максима?
Он не поднимал глаз, скролля расписание на экранчике. И это равнодушие задевало сильнее, чем липкий интерес Никиты. Марина привыкла быть центром внимания. Демонстративное игнорирование отдавало фальшью.
— Теперь о приятном, — Руденко включил привычную белозубую улыбку. — Впереди недели испытаний. Каждое приносит баллы. Лидер рейтинга заберет кубок и главный приз. Но главное — любовь миллионной аудитории, которая открывает любые двери. — Он сделал шаг в сторону, освобождая пространство. — А пока — знакомьтесь. Вас всего шестеро. У вас есть час, чтобы узнать друг друга. Без подсказок, без сценария. Просто разговор. Но помните: мы смотрим.
За Руденко с мягким щелчком закрылась дверь. Повисла гулкая, натянутая тишина — пауза людей, знающих, что каждая их реплика уже пишется для эфира.
Опустившись на диван напротив Софьи, Марина включила стандартный рабочий оскал:
— Что ж, давайте знакомиться. Марина. Маркетолог. Бывший — пока не решила променять офисный опенспейс на публичность.
Аня первой подалась вперёд:
— Аня. Я — фитнес-тренер. Пришла, чтобы проверить себя. И, — она рассмеялась, — показать маме, что я не просто умею делать планку.
Фраза прозвучала слишком отрепетировано. Аня явно готовила свою легенду заранее.
Никита вальяжно откинулся на подушки. В его ленивом взгляде прослеживался расчет: парень прикидывал, с кем выгоднее выстроить экранный роман.
— Никита. Спортсмен. Я здесь, чтобы побеждать. И чтобы доказать, что в этом шоу всё зависит от реальной силы, а не от капризов сценаристов.
Марина чуть не хмыкнула. Бунт против «сценаристов» выглядел слишком дешевой постановочной перчаткой.
Софья заговорила тихо, почти неуверенно:
— Софья. Я — художница. Иллюстрирую книги. Пришла... ну, просто интересно. Хочу понять, как устроены люди, когда за ними наблюдают.
В голосе Софьи не было фальши — редкое качество для кастинга.
Парень в очках, Денис, оказался IT-шником, пришедшим «прокачать софт-скиллы». Честно, но сухо.
Очередь дошла до Максима. Он медленно отложил планшет:
— Максим. Стратегический консультант. — Голос прозвучал густо и низко. — Я здесь за победой. Как и все.
Ни единого лишнего слова. Марина поймала себя на сканировании его черт: резкие скулы, темная щетина, синяки от бессонницы. Он выглядел так, словно его пытали камерами не первый месяц.
— И ты правда рассчитываешь победить, просто играя по правилам? — Вопрос вырвался вопреки контролю — чисто инстинктивная проверка на прочность.
Максим смерил ее долгим, тяжелым взглядом. Аня невольно заерзала, Никита издал неопределенный хмык.
— Я считаю, что пришедший сюда без стратегии проигрывает на старте, — в его ровном голосе прорезались стальные ноты. — А правила... правила нужны для того, чтобы демонстрировать их выполнение. На виду у камер.
Он едва заметно повел подбородком в сторону купольной камеры под потолком. Марина мгновенно считала подтекст: это была не реплика, а предупреждение о съемке.
Марина подавила подступивший к горлу ком:
— Дельный совет. Учту.
Дальше диалог потек по рельсам: тренировки Ани, спортивные рекорды Никиты, алгоритмы Дениса. Марина привычно отрабатывала роль «включенной слушательницы» — кивала, задавала уточняющие вопросы, держала лицом кадр.