Вера Васильева – Искатель (страница 6)

– Где.., – начал Семен

– Я отдала их в химчистку, – спокойно ответила она, не дослушав.

Семен медленно осел по косяку, схватив рукой свой чуб, и замер. Все, что он так берег, уже выкинуто в отходы.

– Они в верхнем ящике стола, – услышал он вдруг голос тетки.

Не веря своим ушам, Семен поднял голову.

– И не забудь одеться, – добавила она насмешливо.

Семен ошалело улыбнулся и кинулся в свою комнату. Все находки были целы, только кусочки смолы почему-то стали чуть рельефнее.

– Какие красивые камушки! Дай посмотреть?

Лиза стояла, выглядывая у него из-за руки, с восторгом глядя на кусочки.

«Какая она смешная», – подумал Семен и улыбнулся в ответ.

– Вот, можешь выбрать себе любой из них.

– Правда?

Лиза неторопливо осмотрела каждый.

– Этот самый красивый! – заявила она. – А почему он похож на блин, а не на камень?

Ответить было нечего.

– Они все такие, видишь, – уклончиво объяснил Семен.

– А что ты еще принес?

Лиза лукаво заглянула в полуоткрытый ящик стола.

– Остальное секрет! Ну иди пока, мне нужно немного подумать.

Глава 19

Оставшись один, Семен снова разложил найденные предметы на столе, рядом поставил палку.

Внезапно взгляд его упал на серую рубашку, которая все еще висела на стуле.

«Интересно, почему тетка не отнесла ее в химчистку вместе со штанами?»

Но сейчас ему хотелось подумать одному.

Все эти предметы по факту были совершенно не связаны друг с другом, и тем не менее Семен в этом сомневался.

Самое простое объяснение можно было дать ножу: один из искателей, бывший в тех местах задолго до Семена, выронил его, а во время ливня тот вместе с другими камнями скатился вниз.

Кусочки смолы, скорее всего, были всего лишь новой формой странности. Он оставил о них запись в отчете, правда, результата обработки он все равно не узнает, но это не так и важно. Кусочки эти заинтересовали Семена лишь потому, что в этой же пещере он нашел палку.

Кстати, врач тоже подумал, что ей пользовались, как опорой. Но кто и когда? И почему оставил в пещере?

Получается, кто-то там жил, а следов человека Семен не заметил, хотя осмотрел все внимательно. Однако, стоит учесть: он был без фонаря.

Теперь патрон. То, что Семен изначально принял за иглу, теперь казалось ему сомнительным: слишком толстая, чтоб легко ввести под кожу. Хотя опять же, он не знал, как менялась технология изготовления патронов. Возможно, когда-то иглы были именно такими толстыми и неудобными.

Сложнее всего было найти объяснение рубашке. Точнее, в голове Семена его попросту не было. Опять-таки, галлюцинация у родника. Она совсем не была похожа на миражи, какие он видел в пустыне. Странным было еще и то, что, когда все вокруг, включая руки самого Семена, плыло волнами, галлюцинация была очень четкой, словно, шагни Семен вперед, он смог бы коснуться того мужчины.

Конечно, мало ли серых рубашек на свете, но именно то, что найденная рубашка была серая, как на том человеке, тоже не давало покоя.

К тому же, в этом Семен был не очень уверен, ему показалось, что правой рукой тот человек прижимал к себе палку.

Может ли быть столько совпадений?

Проговорить все это психотерапевту, который назначит лечение, временно приостановит новые дороги, и махнуть на все рукой? Но этого почему-то не хотелось.

Возможно, он и впрямь насочинял в голове больше, чем есть, но чтоб это понять, нужно чуть больше узнать или с кем-нибудь посоветоваться.

Делать запрос в Хранилище нельзя, его сразу заставят давать объяснения, и, чего доброго, отстранят от дорог.

Оставалось расспросить кого-нибудь. Но тут тоже было свое «но». Разговоры не по делу были редкостью. Все слишком ценили свое время и свои интересы, поэтому большей частью проводили свободные часы внутри виртуала, моделируя ту реальность, которая им больше нравилась.

С теми, с кем вместе учились, говорить было бессмысленно: они знали не больше Семена.

Спросить прежних искателей было невозможно, потому что Семен никого из них не знал даже по именам. Это была частная жизнь людей. К тому же, все они были отжившей историей искательства, которая не изучалась в школе, а, следовательно, и сами искатели прошлых лет были уже неактуальны и неинтересны современности.

«Через каких-то пару десятков лет меня тоже спишут из штата и навсегда забудут», – почему-то подумал Семен.

На ум приходил только тот тьютор, рассказавший им историю про рысь. Но где его искать? Город огромен, а, может, он давно переехал в пригород, ближе к лесу, который он так любил?

Надо попробовать поискать в вирте, возможно, остались какие-то миры, где он еще бывает.

Семен тут же надел очки, наушники и отключился от реальности.

Глава 20

Прошло не меньше часа, прежде чем Семен нашел то, что искал. «Марк Половцев» – звучало в профиле. Сейчас мало кто пользовался в вирте личными именами, но среди старших поколений такое встречалось. Собственно, это и был тот единственный шанс для Семена найти нужного человека, потому что по никам это было сделать нереально.

Сложность оказалась лишь в том, что Марк, судя по дате посещения, крайне редко заглядывал сюда. Оставалось записать видео-вызов и ждать.

Семен не стал вдаваться в подробности, лишь указал, что он учился у тьютора Марка в школе искателей и хотел бы встретиться с ним лично.

Понятно, что данное сообщение удивит Марка, но шанс на встречу все же был.

Семен снял очки и наушники. Теперь можно было заглянуть к тетке. Интересно, что она думает об этом.

Он тихо постучал и вошел.

Тетка сидела в том же кресле, но теперь на ней были наушники. Глаза ее были закрыты, губы неслышно шевелились.

Семен коснулся ее руки.

– Что ты делаешь? – спросил он.

– Слушаю истории, чтобы проверить их точность.

Семен удивленно вскинул брови.

– Сядь, – тетка кивнула на стул. – Последнее время я часто думаю, почему все вокруг считают эти истории чушью? Моя мать, твои родители, те, с кем я училась в школе.

– Я не считаю их чушью, – перебил ее Семен.

– А чем считаешь?

– Нуу…

Семен запнулся.

– Слишком прямой вопрос, – нашелся он. – Просто мне они нравятся. Они необычные, непонятные.

Тетка усмехнулась.

– Бабка рассказывала, что, когда она была маленькой, она слушала эти истории в наушниках. Что-то понимала, многое нет, но так она пряталась от страха и паники, которые тогда были повсюду. Где она слушала, я не запомнила, но теперь думаю: бабка научила этим историям меня, однако, когда я умру, эти истории исчезнут.

– Но ведь их немного знаю я, да и Лиза что-то запоминает, – попробовал возразить Семен.