Вера Тёмная – Петля (страница 4)

— Мне пора. Я не должен был приходить. Но Роман просил передать вам это, если с ним что-то случится. Он вам доверял. Говорил, что вы единственная, кто не врёт.

Он повернулся, чтобы уйти, но Майя остановила его.

— Подождите. Что значит «он знает про брата»? У Романа действительно был брат?

Алексей остановился, но не обернулся.

— Да. И он тоже мёртв. Утонул десять лет назад. Но Роман никогда не верил, что это был несчастный случай. Он говорил, что кто-то помог ему утонуть. Кто-то, кто знал, что он не умеет плавать.

— Кто?

Алексей обернулся.

— Тот, кто знал, чего он боится. Страх воды. Аквафобия. У брата Романа была аквафобия.

Он ушёл.

Майя осталась сидеть за столиком. В голове звенело. Аквафобия. Брат. Утонул. Десять лет назад.

Десять лет — это когда погиб Лев.

Она развернула лист бумаги ещё раз и перечитала последнюю строчку.

«И ещё...»

Что — «ещё»?

Она перевернула лист. На обратной стороне ничего не было. Поднесла к лампе. Никаких скрытых знаков. Просто распечатка.

Телефон завибрировал.

«Петля». Новое сообщение от «Зеркала».

«Вы уже встретились с Алексеем? Не верьте ему. Он не тот, кем кажется. Спросите, где он был в среду вечером».

Майя набрала ответ, которого не должна была набирать, — профессиональный психотерапевт никогда не вступает в диалог с неизвестным. Но она была не просто психотерапевтом. Она была женщиной, у которой убили пациента.

«Кто вы?»

Ответ пришёл мгновенно.

«Я — тот, кто знает, чего вы боитесь. Ваш страх — не удушье. Ваш страх глубже. Хотите, скажу?»

Она не ответила.

«Вы боитесь, что это вы убили брата».

Майя выронила телефон.

Он упал экраном вверх, и она видела, как сообщение медленно исчезает — буква за буквой, слово за словом, как будто кто-то стирал его в реальном времени.

Через пять секунд экран был чист.

Часы показывали 16:48.

В кафе зашёл новый посетитель. Высокий, в тёмном пальто. Сел за стойку. Заказал эспрессо. И посмотрел на Майю.

Это был Виктор.

Дверь открылась снова. Алексей. Он вернулся. Лицо белее, чем минуту назад.

— За мной следят, — сказал он. — Прямо сейчас. Я не могу выйти. Там машина. Стояла, когда я пришёл, и стоит до сих пор.

Майя посмотрела на Виктора. Виктор смотрел на неё и улыбался. Левая половина лица улыбалась, правая — нет.

— Садитесь, — сказала она Алексею. — Рассказывайте, где вы были в среду вечером.

Он сел, не сводя глаз с человека в тёмном пальто. Человек в тёмном пальто поднял чашку, как будто салютуя им.

— В среду вечером, — сказал Алексей, — я был у Романа.

Конец второй главы.

Глава 3. В среду вечером

— Вы были у него, — повторила Майя. — В среду вечером. В день смерти.

— Да.

— И вы молчали об этом.

— Я не молчал. Я просто не сказал сразу. Это разные вещи.

— Для психотерапевта — одинаковые.

Алексей снова оглянулся на Виктора. Тот сидел у стойки и медленно пил эспрессо, не глядя в их сторону. Слишком медленно. Слишком не глядя. Человек, который не смотрит на тебя, иногда смотрит внимательнее того, кто смотрит в упор.

— Кто это? — спросил Алексей.

— Мой новый клиент.

— Почему он здесь?

— Пока не знаю. Не отвлекайтесь. Вы были у Романа. Во сколько?

Алексей вздохнул и опустил плечи. Защита, которую он держал последние десять минут, дала трещину. Майя видела, как из трещины сочится страх — не тот, который он показывал раньше, а другой. Густой, старый, слежавшийся за годы терапии и поверх неё.

— Я пришёл к нему около семи вечера. Он позвонил мне за час до этого. Сказал, что случилось что-то важное и что он должен показать мне кое-что. Я приехал. Мы говорили примерно полчаса. Потом он попросил меня уйти.

— Что он вам показал?

Алексей полез в карман пальто — на этот раз в другой — и достал маленький предмет. Положил на стол.

Флешка. Обычная, чёрная, без опознавательных знаков.

— Он дал мне это. Сказал: «Если со мной что-то случится, передай Майе». Я спросил, что на ней. Он ответил: «То, за что меня убьют».

Майя взяла флешку. Холодный пластик. Никаких царапин, никаких маркировок. Новая.

— Вы смотрели, что на ней?

— Нет. Он просил не смотреть. Сказал, что это опасно.

— И вы не посмотрели?

— Я параноик, а не идиот. Если человек говорит мне, что информация на флешке может меня убить, я предпочитаю ей не интересоваться.

— Но вы оставили её себе.

— Потому что параноики ещё и не доверяют полиции. Я решил, что вы — лучший вариант.

Майя сжала флешку в кулаке. Холодный пластик нагрелся мгновенно — или это её ладонь стала горячей.

— Что ещё он сказал?

— Он сказал... — Алексей замялся. — Он сказал, что кто-то из чата — не тот, кем кажется. Что один из ваших пациентов знает о других то, что знать не должен. Вещи, о которых они рассказывали только вам.

— Он назвал имя?