Вера Тумасова – Сфинкс. Книга 1 (страница 4)
Замечания Лагарпа относительно слабых успехов Константина могут быть объяснимы ещё и разницей в возрасте братьев
В конце отчёта Лагарп привёл несколько рекомендаций и рассуждений, относящихся в основном, к великому князю Константину с его горячим и беспорядочным характером:
«1) Строго-настрого обязать Его Высочество содержать бумаги и книги учебные в порядке.
2) Учебную комнату раз и навсегда от любых игрушек освободить, и пригрозить отобрать навечно те, какие там все-таки окажутся.
3) Внушить Его Высочеству, что никто никогда и ни под каким предлогом его от исполнения того, что задано, не освободит, в особенности если задание это дано для исправления того, что прежде не было выучено, и до того, как будет оно выполнено, ни о каких отлагательствах и играх речи быть не может. Если Его Высочество увидит, что наказывает сам себя, не выполняя заданий в назначенное время, возьмет за правило их выполнять. Как бы горяч он ни был, покорится закону необходимости, и если будет знать наверное, что ничто и никто его от обязанностей не освободит, мера эта, я в том Вашему Сиятельству ручаюсь, успехом увенчается; если же ее не применить, очень боюсь, что никогда не обретет Его Высочество ни внимательности, ни усидчивости, ни прочных познаний». [16]
Отметил Лагарп и негативные черты Александра: «такие как лень, упрямство, нежелание делать над собой усилия, „актерская“ привычка нравиться всем и стремление постоянно получать похвалу и проч.» [16] Несмотря на все старания Лагарпа он так и не смог изменить отрицательные черты своих воспитанников.
Судя по письму Александра Лагарпу, можно полагать, что в возрасте тринадцати лет он был ещё требователен к себе, серьёзен, совестлив и способен на глубокий самоанализ. «Вместо того чтобы поощрять и удваивать старания воспользоваться остающимися мне годами учения, я день ото дня становлюсь всё более нерадив, более неприлежен, более неспособен и с каждым днём всё более приближаюсь ко мне подобным, которые безумно считают себя совершенствами потому только, что они принцы. Полный самолюбия и лишённый соревнования, я чрезвычайно нечувствителен ко всему, что не задевает прямо самолюбия. Эгоист, лишь бы мне ни в чём не было недостатка, мне мало дела до других. Тщеславен, мне бы хотелось выказываться и блестеть за счёт ближнего, потому что я не чувствую в себе нужных сил для приобретения истинного достоинства. Тринадцати лет я такой же ребёнок, как в восемь, и, чем более я расту, тем более приближаюсь к нулю. Что из меня будет? Ничего, судя по наружности. Благоразумные люди, которые будут мне кланяться, станут из сострадания пожимать плечами, а может быть, будут приписывать своему отличному достоинству те внешние знаки уважения, которые будут оказывать моей особе. Так кадят идолу, смеясь над подобной комедией».
В детстве на Александра в основном влияли Екатерина II и швейцарец-воспитатель Лагарп. Бабушка была живым примером царствования и управления народом, а Лагарп давал наиболее подходящие для роли монарха рецепты.
Со временем Александр узнал, что его дедушка был убит друзьями бабушки, с помощью которых она узурпировала его императорский трон, лишив отца престола в семь лет, а через два года после убийства дедушки, бабушка приказала убить и несчастного, слабоумного Ивана VI30 в Шлиссельбургской крепости. Иоанна Антоновича в полтора года заключила в тюрьму его прабабка Елизавета Петровна, поддерживаемая верными лейб-гвардейцами. Его прапрабабка — Екатерина I31, мать Елизаветы Петровны, и при жизни, и особенно после смерти, немногими почиталась законной императрицей, потому что была не царского рода и, прежде чем сделаться любовницей царя Петра I32, была не то скотницей, не то солдатской портомоей. Екатерина I была первой немкой в их роду, дедушка Пётр Фёдорович33 был русским лишь наполовину по матери, отец же его Павел Петрович, был русским на одну четверть из-за чистокровной немки, своей матери Екатерины II. В самом Александре русской крови осталась всего одна восьмая часть. Эти знания, возможно, способствовали постепенному развитию в нём внутреннего нигилизма (сомнение, либо абсолютное отрицание общепринятых ценностей, норм нравственности, культуры) и лицемерия.
Александр был чрезвычайно привлекательным ребенком и юношей, но условия, в которых шло его развитие, с самого начала неблагоприятно воздействовали на формирование его личности. Почти с самого рождения Александр был свидетелем очень сложных взаимоотношений между бабушкой, родителями и окружением. Сознание и его чувства рано раздвоились. Он был вынужден быть одним для отца и другим — для бабушки. В результате получения чисто либерального западноевропейского образования вместо православного и русского, он не смог осознать и понять исторического предназначения своего царства, что совершенно не годилось для наследника русского престола. В конечном итоге Александр вырастал мистиком, стремящимся к решению отвлеченных мировых проблем с явно предвзятым отношением к русскому народу и своей стране. Его жизнь при Екатерине II и отце не могла не сказаться на его характере в силу их взаимоотношений. Императрица, не считаясь с мнением родителей забрала его, что и надломило его восторженную и благородную натуру. Дети нечасто общались с родителями. Отношения Екатерины с сыном были довольно враждебными, особенно, если принять во внимание желание Екатерины устранить Павла от престола в пользу Александра. С одной стороны, он постоянно стремился угодить бабушке, угадывая её любые желания, а с другой — боялся своего вспыльчивого отца. В результате ни с кем из них он не мог быть искренним, и в конце концов вообще не мог ни с кем делиться своими впечатлениями и размышлениями, что очень рано сделало его скрытным, что не характерно для ребенка.
«Александру пришлось вращаться между двумя противоположными течениями, — говорил Ключевский на своей лекции, — стоять между двумя противоречиями и попасть в разлад с самим собой: в детстве — между бабушкой и родителями, в ранней молодости — между отцом и матерью, в учебной комнате — между атеистом Лагарпом и ортодоксальным Самборским, между несогласными наставниками, которые на нём, на его сознании и совести разыгрывали вражду своих вкусов и убеждений, наконец, на престоле, между конституционными идеалами и абсолютистскими привычками. … Его обвиняли в двоедушии, притворстве
Образовательный и воспитательный процессы Александра Павловича практически закончились с его ранним браком в сентябре 1793 г., когда юному мужу шёл только 17-й год. Однако даже после увольнения со службы Лагарп, не имея возможности уехать из Петербурга до весны 1794 года, с разрешения Екатерины продолжил уроки с великим князем и даже с княгиней, его супругой35. Адам Чарторыйский отмечал не только «парадоманию», благородство в сочетании с женственностью, но и мечтательность, приводящую к неосуществимым планам.
Детей не знакомили с действительностью, учили чувствовать, но не учили думать и действовать. Александр ничего не решал сам, получая готовые ответы на свои вопросы, он даже не смог толком выучить родной язык и писал с ошибками. Действительность его не интересовала, и ему ничего не оставалось, кроме как мечтать о сельской тиши и приятной жизни. Он не умел использовать полученные знания, проецируя их на действительную жизнь. Его «превратили в преждевременного политика и философа, едва начавшего развиваться студента преобразили в незрелого семьянина, а тихое течение семейной жизни и недоконченные учебные занятия прерывали развлечениями легкого эрмитажного общества, а потом казарменными тревогами, гатчинской дисциплиной. Это все было или не вовремя, или не то, что было нужно. … Он вращался между двумя противоположными течениями, стоял между двумя противоречиями и попал в разлад с самим собой. … Еще в царствование Екатерины он признавался князю Адаму34, что принимает сердечное участие во французской революции, ненавидит деспотизм во всяком его проявлении, любит свободу, которая должна принадлежать всякому, что наследственность власти он признает [как] несправедливое и нелепое установление, что верховная власть должна быть вверяема не по случайности рождения, а по голосу нации, которая сумеет выбрать наиболее достойного управлять ею». [9]