Вера Репина – Непредвиденная съёмка (страница 5)
– Хорошо, что на шифер не попало…
Обернувшись, я увидела тётю Катю. Вчетвером мы наблюдали за величием огненной стихии. Кажется, мы устроили файер-шоу для дачного товарищества. По завершении зрелища, когда все листья прогорели, оставив после себя гору пепла, я вспомнила о приличиях:
– Тётя Катя, это Олег, наш новый сосед. Олег, это тётя Катя, наша добрая советчица по вопросам садоводства.
Олег тепло обнял соседку, та опешила от неожиданности:
– Добро пожаловать, Олежик!
Ну улице просигналил автомобиль и спустя минуту на наш участок зашли Ольга и Ярик.
– Савенков, что ты тут устроил? Прощание с Масленицей? – вопросил Ярик.
– Нет, Яр. – серьёзно ответил Костик. – Я решил не возиться и покончить с хламом на даче одним махом. Радикальным способом. Вот, Олега с тётей Катей пригласил, пусть порадуются вместе с нами окончанию уборочных работ.
– Умеете вы веселиться! – заметил Ярик.– Жаль, веселье прошло без нас!
– Жаль. – согласился Костя. – Вам бы понравилось!
Олег шагнул навстречу гостям, галантно поцеловал руку Оли, затем протянул ладонь её спутнику:
– Ярослав Андреевич, очень рад! Мы встречались на юбилее Пал Палыча.
– Да, Олег, здравствуйте. Я прекрасно Вас помню. Рад познакомиться лично. – официальным тоном ответил Ярик, и мы поняли, что рад он не очень сильно.
Оля подошла ко мне поближе и спросила шёпотом:
– Лен, у вас правда всё в порядке?
– Уже всё в порядке. А так мы с Костей пытались устроить пожар. Спасибо Олегу, он помог разбросать ветки.
Ярик услышал наш разговор и поискал что-то в телефоне.
– Вот! – он зачитал текст с экрана мобильника. – 21 мая в Греции празднуют день равноапостольных Константина и Елены. Хождение по раскалённым углям – одна из праздничных традиций, которая до сих пор жива на севере Греции. Так что вы немного поспешили.
– Не то время и не то место. – согласился Костя. – Однако, к делу.
Дружной компанией мы двинулись на участок Олега. Любопытная тётя Катя не отставала. Во дворе она осмотрела посадки. Молодые деревца были живыми. Соседка уверенно определила их принадлежность: две вишни и три яблони.
– А чем их поливать? – спохватился Олег.
– Спроси бригадира, когда ребята приедут работать. Миша покажет тебе систему полива. Он до осени приезжал поливать. – успокоила его я.
Экскурсанты похвалили настенную роспись в парижском стиле, вроде бы башня никого не возмутила. Спустились в подвал. Ольга поёжилась. Ей тоже было не по себе. Но тягостное ощущение быстро прошло. Ярик с энтузиазмом присоединился к обсуждению творческого клуба и внёс ряд ценных предложений. В своих смелых фантазиях парни решили было строить причал для лодки на берегу дачной речушки. На землю их вернула тётя Катя:
– А рябинка на коньяке у вас будет в этой шарашке, моряки фиговы?
– Только для Вас, тётя Катя! – опомнился Олег. – Оля, а ты что предпочитаешь?
– «Верментино». Белое, сухое. Тосканское. Можно корсиканское.
– Понятно. Для наших милых дам придётся выделить эксклюзивную полку – призадумался Олег.
– Фу-ты, ну-ты! – воскликнула тётя Катя. – Цацы! Ишь! Сейчас приду, погодьте!
Минут через пятнадцать тётя Катя вернулась с двумя бутылками домашнего вина и пакетом пирожков. Мы расселись на начавшем зеленеть газоне рядом с пустующим пока прудом, и начали отмечать новые удивительные знакомства и удачное завершение дня.
Глава 7
Не прошло и двух недель, как грузовичок Миши, бригадира из фирмы «Феникс», начал регулярно появляться у ворот соседнего дома. Ребята-рабочие ловко вытаскивали из фургона стройматериалы и быстро заносили их внутрь дома. Олег работал с ними на равных, с лёгкостью перенося на своих могучих плечах объёмные коробки. Костя самоустранился от погрузочно-разгрузочных работ и наблюдал за процессом со стороны. Затем и он исчез в недрах соседского дома. Я решила воспользоваться моментом и погулять по дачному посёлку. Тётя Катя сообщила, что на его территории можно встретить другие заброшенные дачи, на которых остались интересные растения. Вооружившись маленькой лопаткой, я отправилась исследовать округу. Путешествие казалось познавательным: я разглядывала тротуарную плитку, из которой были выложены дорожки на соседних дачах, летние беседки, красиво оформленные цветники. На многих участках мне встречались люди, знакомые по электричке. Тётя Катя оказалась права: ближе к окраине стали попадаться пустующие дачи, одинокие и печальные. Я обходила их одну за другой и проверяла, какие из растений можно спасти. Так моя коллекция пополнилась ростками сирени, декоративного шиповника, фиалками и ландышами. Мне оставалось пройти ещё три участка, когда из-за сетчатого забора очередной дачи на меня устремилась рыжая тень. Тень превратилась в здоровенного бульдога, который лаял и бросался на сетку передними лапами.
– Цезарь! – послышался оклик из глубины сада.
Но огромный пёс не унимался. Я торопливо прошла мимо и решила обойти дачное товарищество кругом, чтобы успокоить бешеное сердцебиение. За посёлком начиналась степь. Она простиралась до самого горизонта, поражая буйством весенних красок и запахов. Я не могла ими надышаться и налюбоваться, стараясь запомнить их подольше – летний зной высушит эту красоту дотла. Со стороны дачное товарищество выглядело не менее интересно: аккуратные ухоженные домики с чистыми окошками с любопытством смотрели на мир, и тут же сгорбленные, серые избушки стыдливо прятали взгляд за пыльными ставнями. Возле одной из таких я заметила яркое пятно. Подошла поближе. Фазан! Какой красавец! Я замерла от восторга. И в этой восторженной тишине услышала некий звук, доносящийся сбоку. Обернувшись, я обнаружила бегущего на степном просторе бульдога. Он нёсся прямо на меня.
– Цезарь. Домой! – громко и чётко произнесла я, в отчаянии оглядывая высокий забор.
Бульдог даже не замедлил ход.
– Цезарь! Домой! Домой! На место! – продолжала упорствовать я, и, о, чудо! Рыжий диктатор остановился и призадумался.
– На место!– как можно более властно скомандовала я, и, приободрённая, продвинулась немного дальше. Увидев дыру в заборе, я быстро юркнула в неё и понеслась через заросли травы, не разбирая дороги. Кажется, был ещё забор, калитка и какой-то плетень…Опомнилась я на нашей улице, тяжело дыша и с трясущимися руками, которые всё ещё сжимали лопатку и ведёрко с растениями.
– Лена? – удивился Миша, бригадир. – Ты откуда?
– Со спасательной операции. – срывающимся голосом ответила я и сунула ведёрко в Мишины руки. – Пойдём, посадим их к Толику за компанию.
– Как скажешь. – если Миша и удивился, то ничем этого не выдал – Как водопровод? Работает?
– Да, Миш, спасибо большое.
Вдвоём мы выкопали небольшие ямы возле куста роз и воткнули в них зелёные прутики. Надеюсь, они приживутся и будут радовать нас своей красотой. Вон, Толик набрал много бутонов, и вскоре обещал поразить небывалым цветением.
При некотором размышлении я поняла, что надо бы отвлечься. Решила проведать парней и посмотреть самой, как там двигается стройка века. Пересекла знакомый двор, который не вызывал больше неприятных воспоминаний, так же без ужаса спустилась в цокольный этаж. Лестница изменилась. Ступеньки стали медово-жёлтыми и были покрыты лаком, а в пространствах между ними по фрагментам разместилась большущая чёрная этикетка от знаменитого виски «Джек Дэниэлс», нарисованная Костей с удивительной точностью. Перила тоже почернели. Стены возле входа ласкали взор тем же тёплым медово-жёлтым оттенком, нижняя их часть была обита панелями шоколадного цвета. Олег, балансируя на табуретке, подвешивал на стену чёрную электрогитару. Внизу, прислонённые к стене, стояли шеренгой другие гитары: разных цветов, электрические и акустические, классической формы и причудливых конфигураций…
– Откуда такое богатство? У филармонии была благотворительная акция? – удивилась я.
– Леночка, всё гораздо проще! Мы кинули клич среди друзей-музыкантов, и они пожертвовали инструмент ради общего дела. – улыбнулся Олег.
Дальняя стена была обшарпана до кирпичной кладки, и на ней световой лентой был выведен силуэт красной гитары. Видимо, здесь предполагалось разместить музыкальную аппаратуру и проводить репетиции.
Костю я нашла в середине подвала. Он разложил на бильярдном столе кипу иллюстраций и размещал их в рамочки для фотографий. Я подошла ближе, вытянула из стопки картинку с фирменным логотипом группы «Роллинг Стоунз» и запихнула её в подходящую рамку. Картинка показала мне язык. Вдвоём с Костей мы обрамляли фотографии известных музыкантов, изображения золотых дисков, мотоциклов, бутылок и ретро-автомобилей, а ребята вешали их между гитарами. Покончив с картинами, я продолжила экскурсию по творческому клубу, вертя головой. Наконец мой взгляд наткнулся на деревянные полки, аккуратно сложенные у стены. Возле них примостилось подвесное кресло и бутылка вина, с этикетки которой на меня призывно смотрел юноша в серой кепке. Я не смогла устоять против его чёрных глаз. Спустя несколько минут я мерно покачивалась в кресле, пригубляя из варварского пластикового стаканчика чудесное красное вино, которое Костя открыл не менее варварски при помощи шурупа и плоскогубцев. После сегодняшней пробежки с перепрыгиваниями заборов компания молодого разбойника показалась мне наиболее подходящей.