Вера Радостная – Найди выход, найди вход (страница 29)

Оливер смотрит на тихую гладь волн, перебирает руками круг.

— Какой-то он игрушечный, — бормочет он. — Хорошо, что спасательный жилет есть.

— Жалко, что я болею, иначе бы бросилась в море с тобой.

Слава хмыкает и разводит руками. Грейс смотрит на Хиро.

— Ладно, — говорит Оливер, — я пошел.

Крепко держась за круг, он спускает спасательную шлюпку на воду, прыгает вниз. Оказавшись в воде, Оливер быстро начинает грести и медленно удаляется от судна.

— Ложись, Марианна, — говорит Хиро. — Тебе нельзя вставать.

Она посильнее натягивает на плечи одеяло и молча идет в каюту.

— В твоем состоянии опасно подниматься, — повторяет Хиро вслед девушке.

— Ведь только пара царапин! — передразнивает она его.

— Только пара царапин, но психика неплохо доводит тебя до опасных симптомов, — спокойно отвечает он.

Марианна медленно добирается до каюты. Она садится на кровать и сверлит стену взглядом. Она переводит глаза со стены на пол. Потом снова возвращается к стене.

— Почему мы на корабле?! — произносит она. — Невозможно попасть из комнаты на корабль в открытом море.

Марианна ложится и разглядывает лампочку на потолке.

— Я помню, как полезла в ящик, — говорит она вслух. — И помню, как очнулась здесь. Что могло случиться между этими событиями? Она разговаривает с воздухом, но вскоре устает и проваливается в сон. Через некоторое время просыпается от головокружения. Ей кажется, что каюта ходит из стороны в сторону. Её начинает тошнить. Она хватается за голову и сжимает её, пытаясь прекратить движение. Кровать наклоняется то вправо, то влево. Стены будто меняются друг с другом местами.

Марианна рывками встает. Одеяло падает на пол, и она остается в одной, заляпанной кровью, ночной рубашке. Шатаясь и путаясь в ногах, она подходит к ящикам, комодам и шкафам, открывает их и прощупывает стенки внутри.

Она делает то, что делала уже много раз подряд. То понятное и знакомое, что уже несколько раз ей помогло. Она ищет выход в шкафу.

Ничего не добившись от очередной открытой дверцы, она падает на пол. Зажав рот рукой, Марианна лежит и смотрит на входную дверь. Она с трудом поднимается на колени и на четвереньках движется к ней.

Не в силах подняться на палубу, она сворачивает в сторону и видит другую каюту. Она ползет по грязному ковру и вскоре утыкается носом в новую дверь, стены и потолок. Марианна глядит по сторонам и решительно, цепляясь острыми коленками за ночную рубашку, пробирается внутрь.

Голова живет отдельной жизнью. Каюта движется сама по себе. Марианна сильно сдавливает виски, но ничего не меняется. Пространство не перестает передвигаться, а по-прежнему скачет с места на место. Она протягивает руку, чтобы открыть прыгающий перед глазами ящик, и в её голове, точно гром, раздается отчетливый голос.

— Что ты здесь делаешь? — говорит он.

Марианна поворачивает голову и видит Славу.

— Что ты здесь делаешь? — повторяет он.

Она испуганно смотрит на него и молчит.

— Почему ты не отвечаешь мне? — говорит голос в голове Марианны.

Её рука медленно падает на пол.

— Почему ты не отвечаешь мне? — говорит Слава.

Марианна устало смотрит на пол, поднимает голову и со злостью глядит ему в глаза.

— Море неспокойно, сильный ветер, — Слава прячется от её взгляда. — Мы видели одинокий круг Оливера. Он побился о наш борт, а потом море унесло его прочь.

Пространство плывет у Марианны перед глазами. Она в беспамятстве качает головой.

— Что ты молчишь, будто рыба! — Марианна слышит крик в голове.

— Что ты молчишь, будто рыба! — кричит Слава. — Или тебе всё равно?! Тебе наплевать?!

Марианна глубоко дышит. Неторопливыми движениями она вытягивает ноги и ложится на пол, сложив руки по швам.

— Мне надоело молчать! — говорит она ломаным голосом.

— Что? — орет Слава, делая гримасу, будто ему вместо рыбы предложили отведать змею.

— Мне надоело молчать! — кричит Марианна во все горло, стараясь остановить хаос.

— Вы всё знаете наперед, все уже давно решили, — говорит она, роняя горячие слезы на пол. — Я не имею право ни на слова, ни на собственное мнение. Я должна слушать и выполнять. Я не могу говорить, я обязана молчать.

— Мне надоело молчать, — слышится голос девушки. — Надоело, что когда говорю я, меня никто не слышит. Надоело, что я не могу ничего изменить. Надоело слушать то, что я должна делать. Вы создали и поддерживаете на плаву унылый мирок, но я не хочу больше в нем оставаться!

— Я молчу не просто так, — звучит сопение Марианны. — Молчание — это мой немой протест. Мой бунт.

— Но мне надоело молчать, — заявляет она. — И я буду кричать, потому что если хочешь быть услышанным, нужно кричать изо всех сил. Нужно кричать, тогда быть может вы, наконец, услышите!

Она поворачивает голову и смотрит на ящик. Потом поднимает руку и открывает его дверцу. Она через силу переваливается на бок, опирается на ладони и лезет внутрь.

Корабль мечется по волнам. Марианну отбрасывает прочь, и она ударяется головой о пол. Девушка тяжело дышит, с трудом приподнимается и снова пытается забраться в ящик. Дверцы за ней закрываются, и ящик теряет контакт с полом, он быстро взлетает вверх и столь же стремительно возвращается обратно на место.

Марианна медленно дышит. Липкими от пота пальцами она открывает заднюю стенку ящика и нащупывает дыру. Девушка делает очередное усилие и тянется к ней. Она протягивает руку и ощупывает мокрые стенки.

В этот момент дверцы ящика разом отворяются, и Марианна замирает, испугавшись яркого света. Хиро берет её за ноги и вытягивает наружу. Она обреченно смотрит по сторонам. Со стороны на нее глядят Слава, Грейс и Хиро.

Хиро замечает дыру, залезает внутрь и вскоре исчезает из вида.

— Давай, теперь ты лезь, иначе по-другому мы все застрянем, — говорит Грейс Марианне и, пытаясь поторопить её, хватает за руку, но, тут же вскрикивая, отпускает её, точно обжегшись о пламя. Девушка будто горит, у нее сильный жар.

Грейс с жалостью смотрит на Марианну, забирается в ящик и, словно змея, заползает в дыру.

— Лезь, — повторяет Слава Марианне. Девушка лежит на полу. Она слабо поднимает голову и смотрит на него. Она пристально глядит ему в глаза, изучает каждую морщину на лице. Она смотрит так, как смотрят в последний раз.

Девушка перекатывается на бок, протягивает руки к ящику и тянет его на себя. Он стоит на месте. Марианна упрямо хочет сдвинуть его, и, осознав, что ничего не добьется, напрягается и медленно проникает внутрь. Руками она снова нащупывает дыру, подается вперед и слышит, как дверцы за ней захлопываются. Дневник (День 22-23-24)

☼

Матвей, что я должна тебе сказать?

Пустота. Что есть пустота?

Тишина звенит в ушах. Глаза не могут различить длину волн света. Руки связаны. Ноги сплетены гордиевым узлом.

Бездействие. Нельзя шептать, говорить, кричать, ибо безмолвие — судьба. Невозможно пытаться думать, потому что нет способа, чтобы совершить это действие, чтобы понять для чего оно, чтобы осознать его пользу или никчемность, потому что пустота.

Ничего нет. Нет ни около. Как нет и внутри. Пустота поглотила все.

Что есть пустота? Пустота — это я.

Я ничего не вижу, не слышу и не знаю. Я пуста, как пустынно огненное солнце и безлюдна одинокая луна.

Что я тогда?

☼

Поздравь меня, дорогой, любимый и единственный Матюша. Сегодня (нет, не день рождения) температура снизилась до тридцати семи и четырех! Я никогда не была так счастлива. Честное слово! Правда! Я на седьмом (нет, даже на тысяча седьмом) небе от радости! Я выздоравливаю! (между прочим, ставить восклицательные знаки в конце каждого предложения — очень дурная и глупая привычка).

Но сегодня мне все равно, потому что я выздоравливаю!!! На меня напало, налетело, свалилось состояние постоянной влюбленности во всех и всё. Так забавно! Я смеюсь, прыгаю и танцую (хотя, сейчас естественно пишу), и все такое светлое, яркое, такое счастливое и доброе. Все сказочно-волшебное и невыносимо-веселое. Все вокруг.

Я сейчас веду себя глупо: разговариваю с кактусами, делаю безумные прически и макияж, жую чипсы и пробую написать песню о нелегком существовании морских свинок в пресных водоемах (шутка!).

Хочется что-нибудь совершить! Нечто великое и необъяснимое!

Словно сейчас у меня выросли крылья, и я лечу сквозь пространство. Хочется совершать глупые, лишенные смысла поступки, хочется верить в чудеса и плавать под водой. Хочется размышлять, а не думать.

В общем, у меня необыкновенное состояние излишней радости и счастья (говоря научным языком).