Вера Радостная – Найди выход, найди вход (страница 20)

— После «дефекта пленки» понеслось: сопротивление властям, незаконное вторжение, взломы, кражи… Защищаясь, я пырнул одного охранника ножом, — Слава, как заведенный, бил по клавиатуре. — Что ты заволновалась? Знай, чего можно ожидать от меня! Ты сама хотела этого. Хотела не спать по ночам.

— Вас давно ищут?

— Около года. Если ты хотела найти истину, то пришла не по адресу.

— И вас не мучает совесть?

— Нет. Как люди поступают с вами, так и вы поступайте с ними.

— Это не правильно. Совсем не так.

— Мне плевать, что ты считаешь правильным!

Марианна дернулась к двери, чтобы уйти.

— Дешифратор выдал пароль! — Слава снова уставился в монитор. — Стандартный набор Windows. Даже интернета нет.

— Это не удивительно.

— Хочешь узнать пароль? Матвей. Какой же кайф ломать системы! — еще раз стукнул он по клавиатуре.

— Что?

— Матвей. Никогда бы не додумался? С паролями вообще тяжело. Для того чтобы отгадать пароль, нужно быть хорошо знакомым с тем, кто его придумывал. Пароли — это обычно то, что человек никогда не забудет, что-то такое, о чем он думает и всегда помнит. Ты слушаешь, Марианна? Ушла, дурёха. Ни до чего им нет дела. Зациклены на себе и своих проблемах!

Марианна шаркала по ковру босыми ногами, качаясь между двух стен. Она видела впереди темноту, но та не удивляла её, хотя раньше коридор все время был освещен. Она без цели шла вперед, понимая, что может потеряться в лабиринте, исчезнуть в одной из мрачных незнакомых комнат.

Сильные руки схватили её за талию и потянули к себе. Она обмякла и, готовая лишиться жизни, закрыла глаза.

— Почему тебя тянет во тьму? Почему ты не кричишь, Марианна? Или это обычное дело, когда в темноте тебя хватают мужчины?!

— Отстань, Оливер, — цыкнула она на него. — Что ты делаешь здесь? Караулишь кого-нибудь?

— Ты ведь не думаешь, что я могу быть убийцей? — отпустил он её.

— Нет. Конечно, нет. А разве следовало бы так думать? — запнулась Марианна, и её рука стала ползти по стене в поисках выключателя. — Зачем ты потушил свет?

— Я ничего специально не делал.

— Отойди от стены, ты мне мешаешь. Ты что, опять пил вино, Оливер?

— Не волнуйся, я разбавил его компотом.

— Ты навалился на стену и спиной задел выключатель, — она нащупала рукой рычажок, и в глаза им тотчас же ударил яркий свет.

— Марианна, гордись, ты возродила солнце, — улыбнулся Оливер, и она увидела его красные глаза.

— Ты чего? — она подошла и обняла его. — Мы выберемся отсюда, все будет хорошо. Иди спать, Оливер. Завтра будет интересный день!

— Откуда ты знаешь?

— Славе удалось включить компьютер. Будем целыми днями теперь раскладывать пасьянсы!

— Конечно, но как это поможет нам выбраться? — усмехнулся он. — Значит, интернета нет. Но можно проверить все файлы на компьютере. Вдруг там подсказки.

— Не думаю, что это поможет…

— Ты одна тут нормальная, Марианна! С Хиро сразу все было понятно. Его психологические заморочки… Грейс лучше остерегаться. Да, держись от нее подальше! А тут ещё Слава хочет, чтобы все его боялись. Хотя я сам, как видишь, не образец для подражания.

— Оливер, Слава сказал, что паролем в компьютере было слово «Матвей». Тебе знакомо это имя?

— Нет. Оно похоже на русское. А в чем проблема? — зевнул он.

— Ни в чем. Странное совпадение. Ладно, надо ложиться спать.

— Да, смотри не заблудись.

— Постараюсь, — сказала она из-за угла, но вдруг развернулась и крикнула ему вдогонку. — У тебя же нет ещё какого-нибудь оружия, Оливер? Только честно!

— Ничего, кроме собственного обаяния.

— Это хорошо, правда. Иди спать!

Дневник (День 9-10-11)

☼

Я решила написать что-нибудь интересное. Нет, не про весело проведенные каникулы, где всем было хорошо и радостно, а что-нибудь загадочное, интригующее, совсем не понятное для тебя, Матвей.

Это будет маленький рассказ.

Не знаю, что со мной. Просто пришла в голову такая мысль, мысль странная и необычная. И я хочу записать её. Не знаю, что из этого получится.

Просто не хочется писать о том, о чем я обычно пишу. Не хочется смешить и забавлять тебя интересными случаями и потешными фразами. Не хочется говорить правду и нести дурацкую чушь про эпизоды моего нелепого существования. Вот так.

Я и мой Монстр

Вскоре я начала писать. Мысли, словно по движению волшебной палочки, стали складываться в искусные предложения, которым бы позавидовал любой поэт. Идеи, посещавшие меня, были настолько оригинальны, что иногда казалось, что такое не могло прийти в голову человеку. И я очень быстро решила, что буду писать.

Сначала я писала без остановки, писала день и ночь, забыв про голод, жажду и желание спать. Ничто не могло меня остановить. Но постепенно силы уходили, и я начинала думать над следующей фразой, словно внезапно открывшийся дар иссякал и испарялся.

Тогда меня посетил Он.

Не знаю, было ли посещение Его инициативой или мы оба хотели этого. Тем не менее Он как-то нашел меня. Впрочем, таким, как Он, ничего не стоит отыскать нужного человека.

Когда Он появился, казалось, что я оглохну от шума своего сердца. Он ничего не говорил: это было что-то вроде телепатии. Я понимала, о чем Он думает и что Ему нужно.

Он заставлял меня писать.

Где бы я ни пряталась, Он находил и заставлял писать.

Он прижимал меня к стене и начинал мучить, запустив длинные когти в голову, и я, обессилевшая от нестерпимой боли, принималась писать. Я кричала и падала в обморок. А Он все мучил меня, что я не могла ни о чем думать. Я могла только писать. Потому что Он приказывал писать.

Я не хочу, чтобы Он уходил.

Кажется, что это я вызвала Его.

Сейчас я пишу, а Он продолжает меня мучить. Ему не важна я, как человек и писатель, просто Он сам не может писать.

Он пишет через меня, пишет сквозь меня.

Вот, это я. А это мой Монстр.

Я и Моя одержимость.

☼

Я одна.

Родители уехали за покупками в огромный супермаркет. В таких случаях следует не тратить времени зря и делать что-нибудь совсем необыкновенное и уморительное, например, вызывать дух умершего человека или, в крайнем случае, любимого актера.

Или безудержно гадать. Но я сижу в одиночестве и вместо того, чтобы слушать на полной громкости песни, пишу в дневнике. Дело в том, что я слишком давно не писала.

Прости, Матвей. Но у меня были контрольные, зачеты и тесты, поэтому я была нервная, злая, и вообще всё связанное с бумагой и ручкой вызывало полное неисчерпаемое отвращение (тошноту).

Надеюсь, ты решил, куда мне поступать? Потому что, если не решил ты, то вряд ли вообще кто-то решит.

Вот так, значит!