Вера Платонова – Гадина Петровна (страница 21)

— Что нужно делать?

— Ничего. Все внутри тебя. Четыре рудника, четыре душевных потрясения. Пожертвуй собой ради другого, поступись личными интересами во благо тех, кто тебе дорог, прояви милосердие и сострадание. Узнай, что такое любить и быть любимой, в конце концов! Но только не ради золота, а по внутреннему своему желанию и пониманию, что для тебя это единственное верное решение.

— Уверен ли ты, что дерево работает? По последнему пункту мне есть что предъявить.

— Ну если это истинно так, то все получится. Удачи!

Ровена подошла к широкому черному стволу с растрескавшейся корой и провела по его шершавой поверхности пальцем: такая себе у нее душа, неприятная, унылая, мертвая.

— Послушайте, Голос, ну если все так со мной плохо, тогда почему второй шанс? За какие заслуги?

Но ответного шелеста не послышалось. Она оглянулась и поняла, что все это время капитан стоял неподалеку и все видел и слышал.

— Софи Мартен? — протянула Диана задумчиво, имя было ей незнакомо. — Все разы он выезжал с ней? Уверен?

— Совершенно точно. В книге выездов теперь все записывается как подобает, порядок строгий!

— Держи, твоя девчонка с ума сойдет от такого подарка, — она протянула молодому стражнику мешочек, в котором лежало изящное зеркальце в золотой оправе.

Диана была в бешенстве. Две недели вечерних выездов в город. Всегда с одной и той же. Он разгуливал с какой-то девицей по их местам, наверняка, водил ее на ужины к Умберу и другим, дарил розы, мурлыкал на ушко комплименты. Какое унижение!

Вот почему ее письма не находили ответа, вот почему он не искал встречи с ней, рискнувшей ради их связи своей репутацией. И не только репутацией. Когда муж узнал о Палмере, он рассвирипел настолько, что Диана и сама была рада скрыться в родовом гнезде, чтобы не демонстрировать свету синяки на шее и лице.

В аппартаментах ее ожидала горничная с письмом:

— Вот, мадам Диана, оно сначала прислано было в поместье, а оттуда пришло сюда, с запозданием.

Диана ухватила письмо, пахнущее знакомым парфюмом, надорвала конверт и прочла:

'Дорогая Ди! Не пиши мне более, все равно ответа не последует. Мы прекрасно провели время и только. Я очарован другой женщиной, связь с тобой меня тяготит и я жалею о ней. Надеюсь, ты сможешь обрести свое тихое счастье в браке. Прошу простить и понять мою увлекающуюся душу.

С уважением к нашим прошлым моментам, П.'

Из конверта выпала черная бархатная роза.

— Софи Мартен, — прошептала Диана, наступая на розу и вдавливая ее туфлей в ковер.

— Ну что ж, — вздохнула королева, — теперь ты все знаешь, капитан. И что ты думаешь по этому поводу?

Дефорт и обычно не блистал красноречием, а тут и вовсе словно язык проглотил, мучительно подбирая слова.

— Я думаю, что это какая-то странная магия. Хотя, честно сказать, мне всегда казалось, что есть в вас какое-то несоответствие, противоречие что ли. А этот дар предвидения? У вас там все такие?

— Нет, что ты. Я просто пару раз умирала. Но потом возвращалась в разное время, а хотя неважно. В общем, на самом деле, я не молода, не прекрасна, не принцесса, и значит, королева тоже поддельная. Поэтому, если ты кому-то расскажешь об этом, то меня точно казнят как страшную ведьму.

Дефорт с удивлением смотрел на девушку, понимая, что теперь волей-неволей видит, как образ Ровены для него стал чуть просвечивать, и за ним проглядывает фигура маленькой женщины со светлыми волосами в странной одежде и забавной шапке.

— А почему та дама плакала?

— А, это Наташа, я ее лишила премии, у нее дети маленькие, часто болеют. Так себе работница… И выговор сделала официальный за ошибку в отчете. Невнимательная она. Может, я и впрямь, злодейка? Вот тебе капитан сколько лет?

— Сорок шесть.

— Так ты моложе меня, семья есть?

— Никого.

— Никто не придет тебя оплакать в случае гибели?

— Выходит, что так.

— Товарищ по несчастью, — констатировала она.

Дефорт лишь грустно улыбнулся.

— Так, а почему нас никто не спасает? — вскочила королева на ноги, почувствовав подозрительную тишину по ту сторону завала, и стала суетливо мерить шагами пещеру. — Нужно что-то делать! Эй, вы там! Палмер, Тольф!

Тишина была ей ответом.

Глава 24. Тот, кто всегда рядом

Дефорт тщательно исследовал пещеру по периметру: другого выхода не было. Ровена извлекла из груды камней свой фонарь, который то ли чудом, то ли в силу каких-то волшебных местных технологий, даже не треснул. Она еще раз осмотрела с фонарем свой иггдрасиль, затем прошла вдоль кромки озерца, заглянула за каждый валун и сталагмит, но не обнаружила ни выхода, ни источника голоса, говорившего с ней.

— Эй, ваше величество! Капитан! — послышался негромкий зов Хундвика.

— Хундвик, вы собираетесь нас откапывать или нет? — спросила королева и напрягла слух.

— У нас возникли проблемы, — Хундвик замешкался. — Порода продолжает сыпаться, я вывел остальных. Завал очень крупный. В общем, работать нужно аккуратно и при этом не более, чем одному рудокопу. Я тут как землеройка, кое-как помещаюсь и рискую в любой момент быть заживо погребенным.

— Сколько времени вам нужно?

— Пару-тройку недель при удачном стечении обстоятельств. Понесло же вас в эту заброшку!.

— Что⁈ Это невозможно! Что там с лордом? Он в порядке?

— Он в порядке и очень мешает нам думать, — ответил Хундвик. — Бегает из угла в угол и угрожает всех убить, если мы немедленно вас не спасем. Скоро терпение у парней лопнет и они засунут красавчика в погреб.

— Тольф, — подал капитан голос. — Нам нужен другой выход.

— Из заброшки его нет. А если бы даже и был, вам, наземным, заблудиться проще простого. Один неверный поворот и все, прощай оружие, капитан! В неосвоенных пещерах полчища летучих мышей, паучьи гнезда, обрывы, которые впотьмах не углядишь. Верная смерть. Сейчас мы придумаем, как пробурить вам лазейку для подачи еды и воды и будем работать. Мы сделаем все возможное. Все, конец связи.

Капитан пригляделся к воде в озере и зачерпнул ладонью немного, понюхал, затем лизнул воду.

— Солёная!

Королева села на землю и обхватила руками голову.

Дефорт задумчиво продолжал смотреть на темную водную гладь.

— Нам нужно осмотреть озеро.

— Ты его только что даже на вкус попробовал, — с горечью в голосе сказала королева.

— Нет, не в этом смысле. Нужно посмотреть что там, под водой. Подземные водоемы могут соединяться между собой на глубине, нужно хотя бы проверить.

— Ты что, хочешь залезть туда, в эту темную воду? Не смей! Я запрещаю!

— Если у нас и есть выход отсюда, только такой.

— Подожди, капитан. Ты слышал Хундвика. Если мы и найдем проход в соседнюю пещеру, то заплутаем и сгинем наверняка.

— Да, без карты подземелий шансов на успех мало, — снова задумался он. — Но хотя бы проверить, есть ход или нет?

— Вообще-то кое-какая карта имеется, — Ровена достала из складок платья сложенный листок, — сама не знаю, зачем ее сунула в карман. Вот фонарь.

Она передала Дефорту фонарь, а сама развернула карту, чтобы ему удобно было смотреть.

— Все понятно, — сказал капитан, — поизучав карту некоторое время.

— Что понятно? Ну-ка, я посмотрю. — Королева взяла карту и стала сосредоточенно в нее смотреть.

— Вы ее вверх тормашками держите.

Капитан перевернул карту и вложил ей в руки правильно.

— А! То-то я ничего не поняла. Филькина грамота какая-то. И давай уже без этого «вы». Во-первых, ты слишком много обо мне знаешь теперь. Во-вторых, не та у нас ситуация, чтобы «выкать» друг другу. Наедине, разумеется. В-третьих, я всего-то на два года старше.

— Договорились.