Вера Платонова – Без вины свиноватая! (страница 3)
В общем, не успела надеть штаны, как позади раздался громкий кашель и хриплое:
– Доброго денёчку, мадам! С облегченьицем!
О, и с этой стороны тоже есть соседи. Об этом я и не подумала!
– С-пасибо, пойду я, там дел много, – отчиталась я древнему деду, что сверлил меня глазками из-под мохнатых бровей по ту сторону туалета, одновременно натягивая джинсы чуть ли не до подбородка,
– Ну если чего, обращайся, Тимофей Николаич, а для своих – Тимати, всегда на связи, – постучал он по жестяному бидону, водруженному на штакетину. – Будет нужда какая – при этом он хитро подмигнул, – звони.
– Дарья, – кивнула я и стрельнула назад к дому. Надо бы хоть занавеску какую для туалета приспособить.
В кармане взвыл смартфон.
– Ну что, Даш, как Мужичкино? Обжилась? – прощебетала Ксюха так мило и заботливо, что мне захотелось послать в ответ какое-то невыносимо отвратительное проклятье.
– Чтоб на тебе волосы наращённые не держались дольше секунды! – рявкнула я от души. – Чтоб загар ровно не ложился! Чтоб зуб один всегда криво рос!
– Что? – не поняла она.
– Да чтобы запись на маникюр всегда была на полторы недели позже нужного! А на депиляцию – только во время мес…
– Даш, ты что? Ты в порядке?
– Ксюх, я не в порядке. Я совсем не в порядке. Я есть хочу. Я спала на чемодане, у меня отвалилась калитка, у туалета нет стены, ноги до колена отъели комары, а руки обстрекала крапива, за мной подглядывал дед-извращуга, а в дом я вообще боюсь заходить! Я там сдохну! Когда ты приедешь?
– О, Дашутик, у меня тоже проблемы, ужасные, просто ужасные! Мне вместо нормальных волос нашили какую-то паклю. Представляешь, треш? А какая русская красавица без длинной русой косы? В этом же весь смысл. В общем, я перезаписалась на завтра всё исправлять, надеюсь всё решится, но из-за этого пришлось перенести маникюр на послезавтра…
– Всё, – упадочным голосом оборвала я этот поток сознания. – Ни слова больше. Я сваливаю. Это был ошибка. Прошу понять и простить.
– Дашутик, я пока в салоне сидела, смотрела «фиты» с маленьким пробегом по Японии. Выглядят миленько. Сколько ты будешь вкалывать, если возьмешь кредит? Правильно, много. И жить при этом грустно. У нас всё получится, главное, верить в нашу дружбу. Ты там порешай этот весь быт. Всё будет ок, давай, покусики! Целунькаю, мимими! Не дрейфь! Прояви стойкость. Раздобудь коромысло. Пока.
Раздалось прихлёбывание и почавкиванье.
– Ты что, кофе пьёшь? С конфеткой? – забеспокоилась я.
Но Ксюха уже спешно положила трубку. Вот дрянь! Знает, на что давить.
Но мне же не послышалось? Коромысло? Зачем?!
Ладно, Дашка, соберись!
И все-таки. Коромысло – это то самое, как с иллюстраций русских сказок, или что-то на модном сленге?
Набрала вдогонку сообщение: «Что за коромысло?»
«Что, коромысла не знаешь?» – пришло в ответ.
Ну вот бесит, бесит невозможно!
Ладно. Это все потом. Нужно оценить, что есть, а для этого зайти в дом. Благо, связь и интернет были. Осталось проверить электричество, отыскать воду, раздобыть питание, разведать магазин и привести дом в состояние, минимально пригодное к жизни.
Я сунулась в дверной проем и тут же влепилась лицом в жирную паутину.
Подперла обломком кирпича входную дверь, обшитую с внутренней стороны дерматином, чтобы в эту нору хоббита, именуемую по неведомой причине домом, продолжал поступать свежий воздух. Нашарила выключатель. Щелкнула. Тьма не рассеялась.
Маленький коридорчик был завален разным барахлом, какими-то колченогими табуретками, ветошью, советскими книгами в скучных обложках, по левой стороне – темная кухонька с печью, дальше по коридору комната побольше, справа какая-то кладовка без окон, и… всё. Всё это под толстенным слоем пыли, в паутине и баррикадах из вещей.
Уж не знаю, сколько Ксюха заплатила хозяевам за аренду, но как по мне, то за такое жилье еще нам доплачивать и нужно.
Я наступила босоножкой на мелкие черные кругляшки, старательно уверяя себя, что это не мышиный помёт.
Прошлась по всем комнатам, не без труда распахивая расслоившиеся от времени створки деревянных окон с остатками белой краски.
Ворвавшийся тёплый летний воздух вдруг примирил меня с действительностью и я подумала: «Ну а что, не вершина комфорта, но жить можно. Если добыть веник, тряпку и ведро, сгрузить все лишнее барахло в ту же кладовку, освободив пространство, отмыть по возможности все поверхности, будет вполне сносно.
Но в этом деле мне нужны были связи с общественностью. Вышла на крыльцо и огляделась, ни молодого соседа, ни старого на горизонте не маячило. К «янычару» мне почему-то было неловко идти, поэтому я опять кордебалетно проскакала через крапиву, несколько раз постучала палкой по висевшему на штакетине бидону и стала ждать.
Вскоре хозяин небольшого, но аккуратного домика выглянул в огород:
– Чего, Дашка, пять минут как расстались, а уже скучно стало?
– Помощь мне нужна. Где тут у вас можно веник купить и чего-нибудь перекусить?
– А… Так продукты у нас там, по нашей улице прямо за угол налево. Хозтовары там же. Два в одном! Магазин «Юбилейный», всё есть. Дальше ларёк. Топай, не заблудисся.
– А вода, а электричество?
– У меня всё есть, – сказал он, почесав подбородок.
– А у меня?
– А у тебя колонка напротив двора общая. И ведро. А по электричеству лучше Сашку попроси помочь, он молодой, шарит.
Он указал в сторону «янычара», значит, Сашкой того зовут!
– Окей! Спасибочки!
Поблагодарила я и отправилась на разведку.
Глава 4. Шкурный интерес
Знаете, я хоть и не бывала раньше в деревнях, и даже дачи у нас с бабушкой не было никогда, но едва зашла в местный магазин «а-ля супермаркет», поняла, что не так с Мужичкино.
А именно. Очередь на кассу из местных сельских простецких лиц неслабо так разбавлялась неким чужеродном колоритом в лице девушек определенного типа внешности. Все как одна высокие, с подтянутыми телами, идеальными лицами, упругими попами и длинными ногами. Брюнетки, блондинки, рыжие, дорого крашеные «под натюрель», загорелые, губастые, в обтягивающих леггинсах и брендовых бейсболках и очках, с когтями всевозможных форм, цветов и длины.
Эдак Ксюхе придется несладко! Не исключено, что коромысло для того и надобно – отмахиваться в жаркой битве за Вержепольского. Фантазия живо нарисовала мне картинку в духе зомбиапокалипсиса, как все эти красотки будут штурмовать несчастного олигарха. Моя вера в Ксюхин успех и свою обещанную награду резко пошатнулась.
По мне тоже заскользили оценивающие взгляды, которые быстро сменялись равнодушными. Видимо, моя скромная персона ни у кого тревоги не вызвала.
Я исподтишка сделала фото этой фееричной колонны и отправила подруге. Та прислала блюющий смайлик в ответ.
Я же разжилась едой, питьевой водой, моющими средствами и даже шторкой для душа и отправилась на обустройство жилища.
Дойдя до своего домишки, я слегка опешила. Возле моей многострадальной калитки натуральным образом развалился розовый поросёнок. Настоящая маленькая свинья! В этот момент я поняла, что чувствовал мой сосед, когда обнаружил меня на чемодане у своего дома.
– Эй, Фунтик! – робко сказала я. – Мне бы пройти. Вооон туда.
Поросёнку на мои желания было глубоко фиолетово. Он чуть подхрюкнул и продолжил лежать.
– Слышь ты, чудище, пусти!
– Хххр! – сказал поросёнок.
– Ну, пожалуйста! – взмолилась я. – Подвинься чуть-чуть.
Я сложила руки в умоляющем жесте. Но милосердие было чуждо этому розовопузому монстру. Тогда я взяла длинную палочку и решила чуть пощекотать его.
– Трунь-трунь, – пошоркала я хворостиной по жирному животику. – Уиии! – свинье почему-то этот выпад не понравился, и она резко вскочила на короткие ножки и помчалась на меня.
– Ооой, мамочки! – взвизгнула я и припустила от неё, куда глаза глядят. – Ой! Ой! Ой! Спасите-помогите!
Бам! Мой злополучный сосед спокойненько выходил из своей калитки, неся в руках два черных пакета с мусором. Столкновение был неизбежным. Мне кажется, я увидела ужас в его глазах, но этот локомотив было уже не остановить.
– Дэйнэрис! – послышалось с соседней улицы визгливое Люсино. – Дэйнэрис, ты где шляешься, мать твою драконью за ногу?!
Под мой оглушительный визг поросенок-таки настиг меня и ткнулся пятачком под коленки, прогарцевав мимо, я в первобытном ужасе повалилась на «янычара», тот, взмахнув руками, как в лебедином озере, упал на траву. Пакеты взметнулись вверх, феерично лопаясь по швам прямо в воздухе. На нас сверхе полетели сплющенные банки из-под газировки и пива, пластиковые бутылки, посыпались фантики и другие непищевые отходы.
Апофеозом стал стаканчик от йогурта, шмякнувшийся соседу прямо посреди лба чуть выше уровня глаз, делая его похожим на единорога.