Вера Петрук – Королева Костей (страница 28)

Похоже, Шиге надоело с ними возиться, потому что из кокона вдруг выросло сразу два десятка лап с когтями-лезвиями. Бешено вращая ими, пыяр напомнил воина, который закрутил «мельницу» мечами, не давая шанса к себе подобраться.

Но и Лэйн не собирался сдаваться. Забрав у корчащегося от боли Марвана санкристий, Лэйн принялся кружить возле Шиги, выбирая подходящий момент для атаки.

– Мы должна что-то сделать, – прошептала Кара, с трудом приходя в себя. Она вдруг поняла, что все это время будто пребывала под гипнозом, сонно наблюдая за убийством рыцарей Сантаны.

– Тут только ждать надо, – также шепотом ответил ей старик. – Лысая сопка нас не отпустит, пока Шига не успокоится. Немертвия скоро заснет. Она старая и слабая, на нас у нее сил не хватит. Сейчас покромсает последнего гада и отправится нору рыть. Они только в норах спят.

Кару поразило не то, что дед назвал Шигу «слабой», а то, что в его голосе звучала плохо скрытая радость. Ягар с нетерпением ждал, когда «покромсают» Лэйна. Разумеется, он узнал того человека, которого когда-то лечил и пустил в свой дом, но к Каре по этому поводу с расспросами не приставал. На потом оставил.

Между тем, Шига преследовала рыцаря, успешно отбивая удары его кинжалов. Она замедлилась, но Каре показалось, что вовсе не от усталости. Шига Нечистоплотная растягивала удовольствие от убийства последнего врага.

Окончательно пробудилась Кара тогда, когда нежить повернула к ней голову и подмигнула накрашенным глазом на кукольном личике. Девушка знала, что настоящая голова твари скрывалась в коконе, а на мир смотрела лишь маска, но именно этот жест пыяра вывел ее из оцепенения. В голове что-то щелкнуло, загудело, хлестнуло огненной болью, которая в тот же миг прошла, оставив воспоминание. Кара поняла, что нужно делать, и это знание было простым и ошеломляющим.

– Лэйн, убей мортовскую девку! – захрипел раненый Марван, показывая окровавленным пальцем на замершую Кару. – Она создательница. Эта девица управляет пыяром. Заруби ее, и нежить тоже умрет.

Кара послышала странный звук за спиной – то ли рык, то ли треск, но не обратила на него внимание. Ее поглотил обвиняющий взгляд Лэйна, в котором сквозила ненависть к ней и преданность своему Ордену. Он верил каждому слову старшего рыцаря. А потом Кара увидела костяные руки-лезвия Шиги, поднятые в атаке, и поняла, что времени на размышления не осталось. Нужно было либо бежать в лес, либо принимать Тьму, что неожиданно проснулась в ее голове.

Она открыла рот и произнесла негромкие слова, которые тем не менее рокотом прокатились по Тихому лесу.

– Успокойся, ляг на землю и лежи там тихо.

Лэйн замер в удивлении, решив, что Кара обращалась к нему, но тут раздался треск, сопровождающийся чавканьем, сопением и стонами. Запахло кровью и нечистотами, и это зловоние могло источать только одно существо. Шига Нечистоплотная расплылась, со стремительной скоростью впитываясь в землю. И только фарфоровое личико торчало из бесформенной массы, застывшей на земле. Казалось, будто кучу с дерьмом опутали серебряной паутиной.

– Сзади! – закричал вдруг Лэйн. Кара обернулась, но так и не поняла, кого именно хотел предупредить рыцарь. Ее или своего наставника Марвана, который подкрадывался к Каре, готовый пронзить ее со спины мечом. Но наперерез рыцарю в алом плаще метнулась другая фигура, и то был не немощный старик, который воспитал Кару, а огромный разъяренный медведь на задних лапах.

Ягар всегда защищал свою Кару, не изменил себе он и в этот раз. Его жизнерушительная магия была сильна и всемогуща, а медведь больше походил еще на одно чудовище, чем на привычного хищника леса. Зверюга уже собиралась снести голову Марвану, но тут Лэйн Гильяхор сделал свой выбор. И выбрал он Орден Сантаны, убедив себя, что сражался со злом. А может, так оно и было на самом деле.

Санкристий послушно вылетел из пальцев рыцаря и вонзился медведю-старику под лопатку. Наверное, если бы то был обычный кинжал, оборотень его даже и не почувствовал, но санкристий был создан специально, чтобы убивать мортов, и старый колдун взревел от боли.

– Деда! – Кара бросилась к зверю, Лэйн и Марван метнулись следом.

Рыцарь алого плаща, несмотря на все свои ранения, оказался удивительно быстрым. Поспев раньше Кары, он проткнул раненого медведя мечом.

Лэйн же Лэйн снова выбрал Орден и свою веру. Хватая воздух ртом и не в силах справиться с бешено грохочущим сердцем, Кара вдруг поняла, что ночь давно прошла, а над ее головой мерцало бледное зимнее солнце. На его фоне кулак Лэйна показался страшно огромным. Рыцарь вырубил ее одним ударом, и Кара рухнула в небытие, получив тяжелый урок: никогда не думать о рыцарях Сантаны хорошо. Даже о том, кто казался другом.

Глава 12

Кара проснулась, обливаясь потом и чувствуя, как от жары плавится тело. Ее мечта сбылась. Она впервые покинула лес, но оказалась не в заветном городе, а в тюремной камере замка Ордена Сантаны.

Измученная наручниками с иглами санкристия, которые втыкались в запястье при каждом неловком движении, Кара умудрилась задремать, впрочем, сразу же пробудившись от кошмара. Ей снился Растерзатель. И хотя ни его лица, ни голоса, ни фигуры она не запомнила, девушка была уверена, что во сне приходил он. Император и главный колдун мортов, чернобог и дьявол во плоти, Растерзатель ругал и поносил ее, но обещал простить за некоторые услуги, которые от нее ждал. Звучал он при этом так хитро, что Кара не сомневалась: прощения за то, что сделано раньше, не вымолить никакими подвигами.

А ведь в какой-то момент Кара решила, что им с дедом удастся сбежать. Сейчас будущего не осталось – только прошлое. Там, на холме Лысой сопки Кара поступила, не думая, доверившись интуиции и искренне желая спасти Лэйна. Но все-таки никудышная из нее была провидица. Если бы Кара хоть немного догадывалась о том, что Лэйн поднимет руку на своего спасителя – на Ягара, который буквально вытащил его с того света, она бы и пальцем не шевельнула. Если бы ее попросили выбрать из двух сценариев, в одном из которых Шига, как и ее дед, остаются в живых, но люди в деревнях и рыцари Сантаны оказываются под угрозой, а в другом все наоборот – мертвы Ягар и нежить, зато в безопасности ближайшее население, Кара, не раздумывая, выбрала бы первый вариант. За последние часы сердце ее ожесточилось так, что она сама себя не узнавала.

Усни, успокойся, ляг на землю – так всегда успокаивали пыяров. Отрицать очевидное было бесполезно. По какой-то причине Кара знала темные заклинания мортов-некромантов – не только в теории, но и мельчайшие детали практики. Использовав жизнерушительную силу и сократив свою жизнь, Кара успокоила Шигу Нечистоплотную, но удовлетворения от ее гибели не получила. Только горе – будто потеряла друга.

Возможно, Асхар и мог объяснить, почему Каре удалось то, что не смог сделать опытный колдун Ягар, но она знала, что не поверит ни одному слову Ландэра. Ложь – второе имя мортов, а уж мортов-повстанцев и подавно. Она встретится с Асхаром только по одной причине – чтобы убить его. Впрочем, лист тех, кого она собралась отправить на тот свет, пополнился еще одним именем.

Все происходило, как во сне, и в какой-то момент Кара решила представлять, что продолжает спать. Час назад в соседнюю камеру бросили связанного Лэйна Гильяхора, который в лесу едва не снес ей челюсть. Теперь у Кары ныли все зубы, распух левый глаз, показывая мир через щелочку, а половина лица вместе с ухом потеряли чувствительность.

Лэйна втащили уже избитым, тюремщики добавили, после чего в сознание он не приходил. Кара слышала, как рыцари, которые его привели, говорили что-то о предательстве и о сговоре с мортами, но ей было плевать, в чем там его обвиняли. Она лишь надеялась, что еще успеет увидеть его страдания до того, как ее жизненный путь закончится на пыточной башне Сантаны.

Долгое время Кара думала, что старший рыцарь в алом плаще заколол ее старика мечом, однако судья, зачитавший приговор, внес ясность, хоть и не обнадежил. Деда Ягара лишь ранили. Он остался в живых и должен был понести наказание вместе со всеми причастными к вызову Шиги Нечистоплотной. Помимо создания пыяра Кару и Ягара обвинили во всех убийствах, совершенных Асхаром и старейшинами деревни. В том числе и Карпа.

Обидно было за то, что к их маленькой компании присоединили еще и Лэйна. Его обвиняли в измене ордену, в сговоре с мортами, в убийстве тех рыцарей, которых погубила Шига, а также в участии в ритуале вызова нежити. Лэйн Гильяхор лишался всех званий и права носить фамилию своего рода, а также земель и угодий, которые переходят во владение Ордена Сантаны. Приговор – смертная казнь.

Кара подозревала, что главной причиной неприятностей Лэйна были его богатства, которые, вероятно, всегда не давали покоя руководству Ордена. А тут – такой хороший предлог. Но на рыцаря и его проблемы ей было плевать. Он уйдет на тот свет непрощенным, потому что она не собиралась забывать ничего. В том лесу Лэйн сделал свой выбор, и он был не на ее стороне.

Исполнение приговора назначили на час рассвета, рыцари Ордена Сантаны были не лишены эстетики. Кару собирались посадить на кол, деда сжечь, а рыцаря-предателя повесить. Сначала его хотели четвертовать, но за какие-то там былые заслуги перед Орденом заменили мучительную казнь на быструю. Кара не понимала, откуда у нее такие познания, но была уверена, что повесить человека можно сотней разных способов, в том числе, и мучительными. Все зависело от умения палача.