Вера Петрук – Грозы над Маргутом (страница 10)

– Доедай, – буркнул он. – Иначе тараканы съедят, жалко будет.

Аргумент был весомый. И так, жуя белый хлеб с маслом и острой колбаской и запивая горячим кофе с таким количеством сахара, что аж губы слипались, я выслушал свое первое задание.

– Помнишь ту магичку-утопленницу, о которой в газетах писали?

Я кивнул, вспомнив, как допрашивал Алистера на правом берегу Мары.

– Стихийница, – кивнул я ему. Старик мне о ней рассказывал еще до того, как историю прознали журналисты. Почему-то версию про вампиров он отверг сразу, хотя мне она казалась очень вероятной. Потому я к Алистеру и прицепился.

– Официальная версия – самоубийство, – Старик закурил, захрипел, сплюнул на пол, потом снова затянулся и задышал ровнее. – Но родственники не верят. Родители у девицы богатые, хотят, чтобы я провел независимое тайное расследование, поэтому готовься. Придется побегать. Ключевое слово – тайное. Полиция не знает, чем мы будем заниматься. И не должна знать.

Слушая его, я задумался о том, что, если родня убитой была богатой, почему они обратились именно к Старику. Трудно было представить богачей, заходящих в такую убогую контору. Поэтому я дал самому себе первое задание – выяснить о Старике то, что знают другие, но не знаю я.

Честно говоря, я ожидал, что Старик велит мне прибираться в комнате – ведь именно подобные грязные дела поручают помощникам без опыта, но вместо этого я услышал:

– Так как вопрос о похоронах еще не решен, и родители тянут с подписанием документов и дают нам время, то вот, что ты должен будешь сделать. Знаешь, где находится городской морг? Я дам тебе адрес. Надо выкрасть тело и привезти его вашему Доку в Подполье на повторное вскрытие. Я с ним уже договорился и все оплатил. Займись этим, тело надо доставить к вечеру.

Старик покосился на меня, но так как я не проронил ни звука, обратясь во внимание и честно доедая хлеб с колбасой, продолжил:

– Если честно, у меня по этому делу ни одной зацепки. Ледянский дал весьма скудные показания, а допросить его под галиуфом я не могу из-за его неприкосновенного статуса. Нашу жертву зовут Орнанна Дульсеева, магичка-стихийница, двадцать пять лет. Поступила на работу к Ледянскому на должность стажера сразу после Академии. Через неделю она пропала, еще через две нашли тело. В Академии дали справку, что девушка страдала депрессиями, а Ледянский заявил, что видел у нее в сумочке кералитовые наручники, которые подавляют магические способности. Сказал, что постеснялся уточнять у нее напрямую, хотя по нему не скажешь, что он может чего-то стесняться. По версии полиции Орнанна надела наручники себе на запястья и лодыжки и спрыгнула в воду, покончив жизнь самоубийством. Не выдержала стресса на работе или что-то в этом роде. Никто не может обвинить Ледянского в том, что он обижает подчиненных, потому что сам император заявил, чтобы мага не трогали. Родители уверены, что это убийство. По словам матери, Орнанна очень чтила женскую богиню Сангу, а это божество не терпит самоубийств. Тело пролежало в воде не так уж и долго, но вода в нашей Маре сам знаешь какая, началось разложение, помогли рыбы, в результате, лодыжки и запястья, придавленные тяжестью кералитовых наручников, остались на дне, а тело прибило течением к Северной набережной, где его и выловили. Существование наручников, кстати, не доказано. Их видел только Ледянский, но это не значит, что они были на Орнанне в момент смерти. Все, что мы имеем – тело с оторванными конечностями, и немного слухов. Мне нужно исследование Дока. Городские судмедэксперты, мягко говоря, боятся Ледянского и в справках напишут все, что он им скажет. Такое вот дело. Сегодня можешь в контору уже не возвращаться. Встретимся, как Док сделает документы. Он обещал к завтрашнему утру, надеюсь, не подведет, а то у нас не так много времени. Папаша там очень нервный.

Какое-то время я еще сидел со слегка отвисшей челюстью, потом осознал, что все серьезно. Мой первый рабочий день начнется с кражи трупа, что карается по закону повешением. Так вот почему Старик меня взял на работу. Хм, может, стоило потребовать с него больше денег? Наверняка раньше он кого-то нанимал для грязной физической работенки, но иметь под рукой крепкого парня для таких дел куда удобнее.

Окинув взглядом убогую контору Старика, я велел своему недовольству заткнуться. Да, предстояло на время вернуться в Подполье, которое меня однозначно встретит неласково, а еще каким-то образом нужно было умыкнуть труп из охраняемого морга, но все это казалось куда лучшим занятием, чем наведение чистоты и порядка в конторе сыщика, где никто никогда не убирался. А еще у меня намечалось свободное время – для себя, своего дела и… Ады. О ней в Верхнем Маргуте напоминало буквально все.

Что там сказал Старик? Никаких зацепок? Как говорила моя матушка, белые пустые листы существуют для того, чтобы их заполнить. В отличие от дела, над которым теперь предстояло работать и мне, в моей личной истории зацепки имелись. Правда, от понимания этого легче не становилось. Потому что, если меня заказали драконы, никакое переселение в Верхний Маргут мне не поможет. Лапы у клана Яхсари были длинными.

Глава шестая

– Молодец, что выбрался из своей канализации, – сказал Старик, протягивая мне заветный паспорт. – Начинать всегда трудно, но оно того стоит. Это сейчас ты молод и силен, но пройдут годы и вечные драки с гонками на крысалах уже не покажутся таким отличным времяпровождением. Ты думаешь, что все знаешь о Подполье, но послушай Старика. Как только перевалишь за тридцать, все, что тебе останется – жарить шашлыки из крысиных ляжек и бегать на побегушках у Барона. Потом же подсядешь на дурь или выпивку – все в Подполье так заканчивают. Да ты и сам знаешь. Остаться внизу или переехать к нам – это выбор между смертью до тридцати и возможностью дожить до старости. У нас тут тоже несладко, однако шансов узнать кое-что о жизни больше.

Я скептически посмотрел на его разваливающееся тело, но промолчал. К мысли дожить до старости я не привыкал, да и вид начальника не очень-то воодушевлял, но ради разнообразия можно было пофантазировать и даже попробовать. Например, ради Клары.

В любом случае, выбор у меня сейчас был невелик, и чтобы отвлечься от внезапно навалившейся тоски по жизни в Подполье, я решил погрузиться в порученное дело с головой.

Старик также показал мне черно-белый портрет Орнанны, который принесла ему мать девушки, и я удивился ее схожести с Адой. С чертовкой из рода ДеБурков я не виделся всего сутки, но уже чувствовал себя не на месте. Я ведь привык, что каждый вечер она неизменно заглядывала в нашу Яму, а, если предстояли гонки, то и вовсе проводила с нами целые дни, тренируя своего Ворона. Хорошо, что Старик отправил меня к Доку – значит, будет шанс повидаться и с Адой. Мне очень хотелось проверить правдивость ее слов. Точно ли она больше не покажется в катакомбах, раз я оттуда ушел, или солгала, как обычно?

Мне пришлось заплатить солидные откупные Барону, потому что так просто исчезнуть из Подполья никто не мог. Большой начальник знал о моей проблеме, притворно посочувствовал, но выкупом, вроде как, остался доволен и даже выдал мне три пропуска на посещение Подполья, если я вдруг захочу спуститься вниз по делам или в гости. Пообещал также вмешаться, если вдруг кто из Гильдии убийц захочет взяться за мое дело в ближайшие шесть месяцев.

– Полгода у тебя есть, дружище, – Барон снизошел до того, что похлопал меня по плечу жирной ручищей. – Однако потом не обессудь. На твоем месте я бы из Деянкура уехал. Лучше всего на Лантайские острова, у меня там братан живет, могу порекомендовать.

Я вежливо отказался, сказав, что шести месяцев мне хватит, чтобы убедить заказчика передумать на мой счет. Барон вежливо покивал, но заявлять о том, что будет ждать меня в Подполье, как только я решу свой вопрос, не стал. Оно и понятно. Таких, как я, внизу были сотни, и Юрген в качестве моей замены Барону подходил идеально. Поэтому все, на что я мог пока рассчитывать, это три раза спуститься в катакомбы, при этом не злоупотребляя ничьим временем. На четвертый раз мне сломают палец в качестве предупреждения (у Барона был какой-то фетиш на сломанных пальцах), а на пятый, наверное, отрежут голову и передадут через Гильдию моему заказчику.

Несмотря на столь очевидные неприятности, я с нетерпением ждал, когда снова спущусь в Подполье. Пуповину, связывающую со взрастившей меня колыбелью, разорвать было непросто. Но сначала нужно было ограбить городской морг.

Когда я покинул контору Старика, то ожидал, что на голову, прикрытую шляпой, которую полагалось носить всем гайранам Маргута, снова прольется дождь, однако меня едва не сбил с ног порыв ветра, шибанувший также идущую впереди бабульку. Я вежливо придержал старушку, потом мы с ней вместе поругали погоду и магов-стихийников, после чего меня озарила мысль.

«Театральный» чемоданчик достался мне от прежнего главаря Свистунов, а так как мы использовали его редко, Юрген о нем не вспомнил, я же решил, что он пригодится мне наверху, так как знал, к кому устраиваюсь на работу. Парики, усы, восковые накладки, линзы, баночки с декоративной косметикой и еще много чего интересного достались бывшему вирго Свистунов от одного императорского шпиона, который попал в опалу, сбежал в Подполье, там подсел на дурь и быстро закончился. Сейчас его наследство должно было мне помочь.