Вера Огнева – Ворота во тьму. Книга 2 (страница 7)

– Присмотрись, только ничего не трогай, – велела девочка.

Анна подошла к шару почти вплотную. За лентами тумана начал проступать ландшафт. Чем больше она всматривалась, тем отчетливее и ближе становилась картинка. Анна увидела двор, по которому бродили свиньи. Хозяйка металась, шлепая опорками в жидкой грязи. Она звала Анну, грозилась ее разрубить, бросить свиньям, а еще прибить к воротам и оставить на ночь разбойникам.

Анна отшатнулась. Получается она ушла из той жизни и попала в эту. Там смерть – тут новая жизнь? Или смерть и воскрешение есть непрерывная череда превращений?

– Отец вернулся, – позвала Электра. – Только он может открыть дверь. Поторопись.

Босые ноги ступали по теплым плиткам дорожки, мягкий ветерок ласкал кожу, белая туника невесомо касалась тела. Все было реально настолько, что хотелось тут остаться, никуда больше не уходить, чувствовать мягкую прохладу и удовольствие от теплого солнечного пятнышка, попавшего на руку.

– Почему ты остановилась? – спросила Электра.

– Я хочу остаться, – ответила Анна, одновременно пугаясь своего выбора.

– Решаем не мы, – важно повторила девочка слова матери. – Идем.

Мужчина оказался могуч, рыжеволос и добродушен. Белая туника оставляла открытой половину груди, заросшей пегим волосом.

– Анна? Да, конечно, Анна, – непонятно заключил великан. – Я знаю, что тебе у нас понравилось, но решаем не мы. Подойди. Видишь дверь? Сейчас она откроется. Ты должна в нее войти. Что там ждет неизвестно. Ты готова?

Что ей оставалось? Анна кивнула. В стене сама по себе образовалась обшарпанная, вся в лушпайках краски покосившаяся дверь. Мужчина толкнул ее чем-то вроде скипетра, дверь со скрипом отворилась в темноту.

Очень хотелось остаться, но спокойный доброжелательный голос велел. Анна шагнула в неизвестность.

Там было темно и в тоже время все детали оказались различимы. Над головой нависала низкая тьма. В дальней стене имелось две закрытые двери, слева за столом сидел человек. Анна сделала шаг.

–Ты должна выбрать, – сказал мужчина.

Она его откуда-то знала. Анна рванулась к столу, но наткнулась на отвращающийся жест.

– Нельзя.

– Почему? – взмолилась она.

– Решаем не мы, – печально произнес мужчина.

Анна разглядела рваный перемазанный кровью лабораторный костюм.

– Видишь две двери?

– Вижу.

– Ты должна выбрать одну.

– А ты?

– Мне не разрешили. Я останусь здесь.

– Навсегда?

Слезы катились по щекам. Мир исчез. Ничего не осталось кроме желания сделать шаг и прикоснуться к нему. Он опять выставил ладонь, предостерегая.

– Тебе позволили выбрать. Пора.

Две совершенно одинаковые старые двери, крашенные коричневой, потрескавшейся краской. Анна толкнула правую.

И обнаружила себя в палате. С обеих сторон на небольшом расстоянии стояли койки, на которых лежали люди. У одного изо рта торчала трубка, прикрепленная к аппарату. Рядом в прозрачной колбе поднимался и опускался гофрированный поршень. Из-за столика в углу поднялась девушка в белом халатике.

– Проснулась, – констатировала она. – Сейчас позову доктора.

2

Какой-то обкурившийся урод расстрелял из травмата толпу на Героев. Троих увезла скорая, оставшиеся свидетели говорили одно и то же: к уличному кафе подкатила зеленая девятка, из нее высунулся человек в балаклаве и начал беспорядочно палить. Водитель девятки дал по газам, как только кончилась обойма.

Зеленое «ведро» довольно быстро нашли в тупичке между недоснесенными гаражами. Рядом, привалившись к облупленной стенке, сидел дедок, зажимая рану на голове.

Выгнав свой драндулет, он пошел запирать ворота гаража. Там и получил удар по голове. Кто, что не видел. Пришел в себя – машину угнали. Камеры наблюдения в их отстойном районе установили только на центральных улицах. Опрос возможных очевидцев ничего не дал. Единственная зацепочка – мелькнувший тут черный джип. Номера? Кто бы их запоминал!

На улице стояла глухая ночь, а отдел все еще лихорадило. Палыч метал и грозил. Его физиономия из просто красной сделалась свекольной. Городское управление, естественно, уже взяло расследование на контроль. Журналистов пока не били, но руки уже чесались у всех от младшего состава до самоглавного.

– Где тебя черти носили? – потребовал начальник, когда они остались в кабинете одни.

– Был в больнице. Телефон… – Алексей хотел напомнить, что оставил его на зарядке.

Палыч только рукой махнул. Не до свихнувшихся теток, когда такое творится. Алексей так не думал, но озвучивать свои сомнения поостерегся. У него вообще о другом голова болела. Начальник с расстройства уже столько принял, что точно останется ночевать в участке. Следовало будить Анну и как-то вывозить отсюда. Однако толпа с камерами и микрофонами под порогом управления никуда не делась. Палыч приказал запереть все двери. У заднего хода тоже дежурили журналисты.

– Разрешите идти?

– Сидеть!

– Мне бы в сортир! – озлился Алексей.

– Уже обосрался? Завтра все штаны стирать будем. Ладно, иди. К утру суммируешь всю информацию. В восемь ноль-ноль сюда припожалует комиссия из управления. Ты первым ляжешь под каток.

Кто б сомневался! Алексей проскочил коридор, свернул за угол, за которым, слава Богу, никого не оказалось, и отпер дверь приватной камеры. Анна, завернувшись в одеяло, с ногами сидела на кровати. Казематная лампочка в пятнадцать ватт освещала только саму себя. Алексею вдруг стало неловко за убогость обстановки и вообще всего происходящего.

– Меня опять хотят похитить? – подняла на него глаза женщина.

– Нет, но вам придется пройти со мной.

– Куда?

– На кудыкину гору! – рассердился больше на себя, чем на нее Алексей. – Извините. У нас стрельба, журналисты.

Поместить ее можно было только в хозяйственный закуток. Туда точно никто не сунется. Уборщица придет только послезавтра.

Алексей быстро раскинул по кровати запасное одеяло, стараясь придать лежбищу нетронутый вид, понял, что занимается ерундой, выключил свет и взял Анну за руку.

– Идите за мной. Если кто остановит, на вопросы не отвечайте. Сам как-нибудь разберусь. Готовы?

– Да, – прошелестело из-под козырька бейсболки.

Пэпээсников с самого начал выгнали на землю, дежурный спал, положив голову на руки, аквариум он же обезьянник пустовал. До хозяйственной коморки таким образом удалось добраться без приключений. Женщина безразлично оглядела мизерное помещение, заставленное старой мебелью и ведрами.

– Ничего другого предложить не могу, – пробубнил Алексей. – Как только представиться возможность, я вас отсюда выведу, а теперь не обессудьте, придется запереть дверь с той стороны.

– Запирайте, – безучастно согласилась Василевская, укладываясь на поставленные в ряд стулья.

Алексей шел в свой кабинет с намерением хоть немного поспать, но уже на месте решил заглянуть в ленту городских новостей. Он двигал курсор, уже практически засыпая, когда оно попалось на глаза. Автор поста успел снять зеленую развалюху и высунувшегося из нее урода с травматом. Даже если специалисты ее обработают по полной программе, они не увидят ничего кроме черной маски с прорезью для глаз. Но сам Алексей не сомневался, это были именно те, кто приезжал за Анной. Стрельбу они устроили для организации переполоха в больнице, дабы под шумок завершить похищение.

Что получается? Алексей уставился в серое пасмурное утро за окном. Через два часа приедет комиссия. Самое простое – выложить им все: вот наследница в розыске, вот похитители, вот мотив стрельбы. Первое, что спросят, почему не доложил сразу. Ну, допустим, сообразил только сейчас. Тогда почему девушку из больницы увез? На каком основании? Почему не доложил о попытке похищения? И тд и тп. Он, что, начнет им объяснять про пьяного Палыча, которому год до пенсии, а все остальное по барабану? Остается, делать тупое лицо. Воскресенье, вряд ли кто станет задерживаться. Как только рассосется комиссия и начальство, он попробует вывезти женщину.

Визит комиссии прошел даже не так погано, как мнилось. Все тутошние получили от тамошних соответствующее количество пиньдюлей, но поскольку обошлось без холодных, дело свернули, велев искать. Палыч отчалил вслед за проверяющими, остальные тоже не задерживались. Алексей уже запирал дверь кабинета, когда к нему подскочил взмыленный Никита.

– Тебя какая нелегкая принесла? – удивился майор.

– Тетка сбежала.

– Какая тетка? – натурально задумался Алексей.

– Из реанимации.

– Да и хрен с ней. Тут стрельба…

– Где ее сейчас искать, как думаешь?

– Какого она тебе сдалась?

– Ну ладно, я пошел, – быстро свернул разговор Никита уже с лестницы.