Вера Огнева – По следу Синей Бороды. Книга 1: Путь сироты (страница 14)

– Кто знал о послании? – потребовал Север.

– Все, – развел руками повар.

– Ищи мажордома. Пусть собирает людей. Всех! Чтобы через полчаса стояли во дворе.

Когда новый господин остановился на широкой верхней ступени, шевелящаяся, тихо переговаривавшаяся толпа замерла, будто под взглядом василиска. Люди смотрели по большей части себе под ноги, некоторые в сторону. Где-то в задних рядах протяжно всхлипнула женщина. Закричи – попадают мертвыми. Неужели их так напугала подметная писулька?

– Я собрал вас тут, чтобы спросить: хотите ли вы похоронить близких, которые погибли, защищая своего господина, или пусть их тела дальше гниют в болоте? Мне требуется ваше согласие. Я не знал никого из них. Я не знаю, нужно ли это вам. Сам я считаю ритуал предания тела огню священным. Но я вырос в другой стране. Традиции там и тут могут отличаться. Если вам не нужны тела, забудем о них. Если вы хотите совершить ритуал, пусть сюда выйдут добровольцы.

Север говорил спокойно, по-деловому. Так по утрам распределяют работы: вы – лес рубить, вы – урожай собирать. Люди начали поднимать головы. На господина смотрели пока с недоверием.

– Есть одинокие мужчины, готовые пойти со мной? Я не знаю, что нас там ждет. Возможно, нападение повторится, и вернутся не все. Я не хочу, чтобы дети остались сиротами. Мне нужны молодые, умеющие хоть немного владеть оружием.

– Нам сказали, что те места охраняют королевские егеря, – подал голос мажордом.

– Мы вчера прошли по краю болот, там пусто. Если мы кого встретим, вот! – Север поднял над головой свиток. – Здесь разрешение баронессы Клише на поиск в ее владениях. Никто, даже король не может оспорить такой документ.

По толпе прошел ветерок. Кто-то еще стоял, пялясь в землю, кто-то начал проталкиваться в первые ряды.

– Я пойду.

Мужчина лет сорока в длинном черном, кое-где прожженном фартуке выступил первым.

– У тебя нет семьи? – спросил Север.

– Есть, но я все равно пойду. Там мой старший сын.

– Я тоже пойду, – присоединился к нему невысокий рябой парень лет двадцати.

Рядом встала женщин, не уступающая мужчинам ростом и статью.

– Я умею стрелять из лука. Я пойду.

Кто у нее там? Сын? Муж? Люди продолжали подходить. Когда набралась дюжина, Север вскинул руку.

– Достаточно. Как тебя зовут? – спросил он у того, кто вышел первым.

– Ивер кузнец.

– Кто будет делать твою работу, если ты не вернешься?

– Мои сыновья. Если ты, мессир, не возьмешь меня с собой, я пойду один.

– Юбер, – обратился Север к кастеляну, – открой оружейную. Пусть каждый выберет себе оружие. Где повар? Накормить всех ужином. Утром на рассвете выступаем. С собой берем вареное мясо и хлеб. Вечером откроешь бочонок вина. Остальные расходитесь.

Север расположился за столом в центре большого зала. Стены тут, как и в любом другом замке, были увешаны старинным оружием – щиты, мечи, луки самых разных размеров, копье в углу по руке великану. Ну, или его пускала специальная машина – большая редкость. Север только раз такую видел. Жиль любил оружие.

– Садись Герик. Тебе отдельный приказ. Возьмешь пару мужчин, кому ты полностью доверяешь. Надо посмотреть, не попытается ли кто выбраться ночью из замка. Кроме главных ворот есть еще две узкие калитки?

– Есть.

– Сможешь проследить?

– Вы думаете, у нас сидит шпион? – возмутился Герик.

– Я не думаю. Я знаю.

– Не может такого…

– Не забывай прибавлять: «мессир»! – ядовито перебил Север. – Шпион есть. Он достаточно ловок. Он исподволь нашептывал людям, но не всем. Тебе же никто не пел в уши балладу о страшном и ужасном наследнике, который всех, если сразу не убьет, так покалечит?

Герик задумался, светлые брови поползли вверх.

– Кто? – потребовал Север.

– Перрен. Он принес вассальную присягу графу год назад. Раньше часто тут бывал, но после вашего приезда ни разу не появлялся.

– С кем он тут якшался?

Не ответив, Герик сорвался в кухню, быстро вернулся, проскочил зал, исчез за дверями. Ждать его пришлось довольно долго. Появился он, что называется, в мыле.

– Левьер исчез.

– Кто таков?

– Никто. Дылда бестолковая. Был на побегушках. Просился работать на поварню, да граф не разрешил.

– Повара зови.

– Не дозовешься. Зарезали его. Перрена, Лвьера и повара часто видели вместе.

– Собирай людей, – поднялся из-за стола Север. – Выступаем сейчас. Женщина пусть на поварне соберет продукты. Ужинать будем в лесу.

Все закрутилось. Юбер торопил людей. Те быстро разбирали оружие. Кузнец повесил на пояс боевой молот. Трое взяли короткие мечи, остальные – копья. Ира выбрала массивный лук, который не всякому мужчине натянуть. Конюхи седлали.

Отряд выступил под гомон челяди. Народ сбежался во двор без всякого приказа. Отъезжающим совали узелки и пакеты. Север шел первым. Герик держался, отстав на полкорпуса. Коч трусил рядом. В поводу вели трех заводных лошадей.

– Зачем повара-то убили? – тихо спросил Герик, когда отъехали от замка.

– Думаю, тот отказался сотрудничать. Сегодняшний ужин мог стать последним для меня и остальных, кто собрался в поиск. Возможно, Левьер убил, а может он тут вовсе не при чем.

– Тогда зачем сбежал?

– На свиданье в деревню подался, а повара зарезал кто-то другой. Ты людей оставил смотреть за воротцами?

– Нет. Вы не приказывали.

– А сообразить?

Отряд шел кучно и споро, где только возможно переходя на рысь. Сумерки тут наступали медленно и лениво, не как в южных краях. Там не успел моргнуть, день уже стал ночью.

С последними лучами заката остановились, перекусили, не расседлывая, пошли дальше. И опять: ручьи, овраги, каменные осыпи. В серой утренней мути отряд встал на краю черного болотного окна.

Юркий рябой парень разделся, обвязался веревкой и пошел в слепую стоячую воду. Даже нырять не пришлось. Почти у самого края он наткнулся на первый труп.

Болото сохраняет останки лучше, чем даже сухой песок. Парень привязывал к ногам веревку, тела одно за другим вытаскивали на берег. Коней оставили на сухой поляне. Убитых переносили по одному, укладывали на волокуши. Достали всех.

Огромный Ивер присел возле сына, убрал с лица покойного налипшие волосы, поднялся, замер, сжав кулаки.

Север скомандовал отход. Он уже был в седле. Люди разбирали коней. Лежавший в сторонке Коч, вдруг вскочил и огромными прыжками понесся в сторону дальних кустов. Север как раз надевал кольчужный капюшон. Что-то со свистом рвануло голову, чуть не стащив с коня на землю. Стрела вошла между краем капюшона и виском, осаднив кожу. Не отклонись Север, вошла бы в глаз.

– Коч! Назад!

Острый, как игла наконечник застрял в мелких кольцах затыльной части койфа, наружу торчал оперенный конец.

– Герик, уводи людей, – скомандовал Север. – Ивер, Фульк, Ира остаетесь со мной.

– Мессир, вы ранены?

– Мы пойдем в арьергарде. Сильно не растягиваться и не останавливаться до замка. Лошади отдохнули, выдержат.

Стрела мешала. Оперение закрывало обзор, древко давило на пострадавший висок. Обломить – исцарапает щеку. Выдернуть или протолкнуть ее дальше не получалось. Север стащил с головы койф. Шлем он с собой не взял. Ивер тоже потянул кольчужный наголовник.

– Оставь, – приказал Север. – Ты мне нужен живым.

– Вы нам тоже, – пробасил кузнец.

Через каждую пару перестрелов они останавливались, послушать лес. Со стороны отряда доносились шорохи, ржание, редкие голоса. Больше никаких посторонних звуков. Небо опять затянули облака. Солнце клонилось к закату. Переход – остановка. Переход – остановка. Передовые двигались очень медленно. Кое-где волокуши приходилось поднимать, помогая лошадям. Герик вел отряд другой дорогой. Хотя тут меньше встречалось каменных осыпей, все равно, путь занял всю ночь и половину дня. Только ближе к вечеру вымотанные люди и уставшие лошади подошли к воротам замка.