Вера Огнева – Ботаничка (страница 35)

— На пригорке над деревней стоял вездеход. Я видел, как они туда своих тащили, попрыгали в машину и по газам. Тяжко ребятам пришлось. Я тут уже довольно давно, а адаптация не полная. Боюсь, ведьма наша вообще из лесу не вернется.

— О какой адаптации вы говорите?

— Вы ж заметили смещение РН? Заметили. Для вас оно прошло постепенно, а рейдеры свалились сюда буквально на свою голову. Собачку-то за что?

— Им по связи приказали.

— Анечка, может, вы поспите немного? Простынка чистая найдется? Вот так. Давайте я вас уложу и пойду.

Комната плыла перед глазами. Анна подчинилась. Как только голова коснулась подушки, свет померк.

И тут же включился. За окном плавала темнота, в комнате горела лампа, Анну тормошил все тот же доктор. Собака пропала.

— Беда. Просыпайтесь уже. У нас неприятности.

Анна кое-как выпуталась из простыней и встала на нетвердые ноги.

— Эти скоро будут тут, — сообщил Юрий Борисович.

— Периметр под напряжением…

— Наша с вам помощница умудрилась выбраться из леса напрямую в деревню. Ее Полина с Сивухой покусали. Одним бесом больше, одним меньше — не велика беда, да только у нее есть ключ-карта.

Анна посмотрела на свое кольцо. Камень светился, рассыпая зеленые и фиолетовые блики.

— Их много. Давайте так: вы останетесь тут и запрете дверь, если кто полезет в окно, отбивайтесь осиновым колом. А я на вход.

Дверь душевой открылась и на пороге появился Сергей в свежем лабораторном костюмчике, чистенький, только сильно бледный.

— Где собака? — потребовала Анна, вообразив, что несносный гость выгнал хворую животинку.

— Убежала. Судя по всему, у нас новая новость?

— Я так и думал, — непонятно отозвался Юрий Борисович. — Найдешь что-нибудь тяжелое желательно из металла и желательно токопроводное. Если вставить карту в ворота на пять секунд отключается периметр. Давай попробуем замкнуть его чем-нито.

— Есть медный антиквариат, пожертвую с легкой душой, — отозвался Сергей, вытаскивая из-под кровати мешок со старинным прибором.

— Ага, с душой, куда без нее! — подтвердил Юрий Борисович уже в дверях.

Анна выскочила вслед за мужчинами. Понятно, что боец из нее никакой, но остаться одной в четырех уже не надежных стенах, было страшнее.

Эти столпились за воротцами. Впереди мельтешил Сивуха. Полина путалась у него под ногами. За ними — трое серых, на вид протухших, а уже за их спинами сомнамбулически покачивалась кухарка. Полина растолкала серых ухватила Елену за руку и потащила к воротам.

Доктор и Сергей в это время успели замкнуть антикварным модификатором периметр. Юрий Борисович его держал, Сергей резал стропы полетного ранца. Доктора заметно трясло от разряда, проходящего по телу. Вдвоем они накинули стропу на хлипкую конструкцию. Завоняло паленым, стропа поплыла оплавленными дырами.

— Подставляй свою леталку, — приказал доктор.

Сергей притащил ранец и пристроил к воротцам. Вонь только усилилась. Юрий Борисович приставил палец на месте соприкосновения стальной решетки и допотопного модификатора. Потекла расплавленная медь.

— С одной стороны есть, — констатировал он, — держи…

Полусонная Елена не с первого раза, но таки всунула ключ-карту в гнездо. Периметр отключился, а вся свора кучей налегла на ворота.

— Держи!!! — взревел доктор, обогнул Сергея и приставил палец к стыку с другой стороны.

Пять секунд — это, оказывается, очень долго. Детская ручка с кривыми когтями сквозь прутья решетки потянулась к Сергею. Анна подхватила кол и ударила изо всех сил. Полина истошно заорала, отпрянула от решетки, по ходу оттолкнул Елену. Та так и держала карту. Пластиковый квадратик с чипом вышел из гнезда, периметр заработал. Юрию Борисовичу хватило десяти секунд, чтобы заварить перемычку.

Он как стоял, так и сел тут же на землю. Полина попыталась дотянуться до него другой рукой, но Анна была на страже. Сергея ударом тока отбросило к скамейке. Анна забежала на кухню подхватила чайник и выплеснула содержимое ему в лицо. Мужчина зашевелился. Кое-как поднялся на ноги Юрий Борисович. Лицо у него стало зеленым. Сергей тоже попытался встать, но не смог.

Пока они возились с этой стороны, с той один из серых притащил здоровенный дрын, просунул его сквозь решетку и начал слабо на настойчиво стучать по перемычке. Даже далекая от металлургии Анна сообразила, чем может кончится дело, тем более, что Сивуха отобрал палку у полудохлика, примерился и ударил во всю силу.

Бронированные стекла стояли только на кухне, в остальных помещениях обычные. Как только Эти преодолеют периметр, спасения от них не будет.

— Уходи! — заорал на нее Юрий Борисович. — Запрись в кладовой, привали чем-нибудь дверь. Мы их задержим.

Сивуха добился своего, скоба оторвалась. Полина подтащила к воротам снулую Елену и заставила вставить карту.

Анна не стала спасаться, она так и стояла на пороге базы с колом в руках. Сергей поднялся, его шатало.

Умирать вдруг показалось совсем не страшно. Лишь бы сразу, лишь бы не превратиться в подобие человека и не примкнуть к своре, которая клубилась за воротами…

Синий сполох просвистел совсем рядом, лицо опалило холодом. Мужчины рванулись к дверям, втащив за собой Анну.

— Вовремя они, — констатировал Юрий Борисович, сползая тут же на пол.

За воротами раздался хлопок, вой и топот.

Под утро даже удалось поспать. Свалились у Анны в спальне, мужчины на надувном матрасе, она на кровати, и только с рассветом вышли осмотреться. За воротами лежал чей-то оплавленный остов.

— Не повезло, — констатировал Сергей.

— Или повезло, как посмотреть, — остудил его Юстас. — Пошли, покажешь, где твой модификатор прячут.

Подойти к сараю не получилось, периметр гудел, а встревать даже токопроводный Юстас не решился.

— Анечка, откройте своей картой главные ворота, за пять секунд мы, думаю, эти выломаем.

Все так и получилось, но дальше дело встало. Дверь представляла из себя стальную плиту.

— Пойду в деревню, вдруг у кого найдется фомка. Видишь паз? Можно подцепить и отжать.

— Угу, — согласился Сергей, — если в деревне кто живой остался.

— Не волнуйся за них. Тут нечисти в два раза больше было. Справились.

Они ходили, разговаривали, советовались. Двое хватких мужиков решали, как вон той хреновиной подцепить эту фиговину. Анна металась. Они доберутся до модификатора и исчезнут. Ну в самом деле, зачем им тут оставаться, на кой черт им сдался этот пятачок нереальной реальности со всеми его заморочками? И уж подавно, какое им дело до нее, Анны?

Уже завтра грянет купальская ночь. При наличии у Елены ключа от ворот, прятаться на базе бессмысленно, значит, придется идти к роднику. Тем более, она обещала Виктору. Анна представила, как человек-дерево стоит на краю полянки и ждет. Что будет, если она не придет? Дерево заплачет прозрачными слезами, сломается от легкого ветерка или так будет стоять еще сто лет?

— Эй, — Сергей тряс ее за плечи. — О чем замечталась?

— Что такое родник?

— Юстас, — окликнул Сергей, — ты знаешь, что тут происходит купальской ночью?

— Только теоретически. Все нечистые и часть чистых идут его искать. Кто первый доберется и успеет набрать водички, может загадывать желание. Говорят, исполняется.

— Кто говорит?

— То-то и оно. Среди людей очевидцев я не встречал. А у Этих не больно-то спросишь. Анечка, даже думать забудьте. Могут сожрать еще на подступах. Хотя у вас колечко. С ним, пожалуй, дойдете. Но лучше остаться за периметром.

— Елена…

— Пока она не окрепла, можно нейтрализовать без больших хлопот. Что я собственно и собираюсь сделать. За сим позволю себе откланяться.

Он улыбнулся с таким пониманием, что Анна покраснела.

Сергей стянул с нее майку уже на пороге. Какая такая Елена? Какая ключ-карта? Да разверзнись сейчас земля и это не остановило бы. Быстрее, быстрее…

Она никогда так не спешила, не думала, как выглядит. Ей было все равно. А он просто шел на пролом, и когда наконец дорвался взвыл от торжества, от сознания обоюдности желания, от отсутствия препятствий и наконец, свободы вырваться за пределы собственного эго и отдать себя ей.

Каждый нерв, каждая клеточка трепетала и светилась, набирая еще больше света, чтобы в конце взорваться полетом.

С ним такое случалось только раз в жизни, еще на берегу белых вод. В их группе была только одна женщина Ма-лиса — легкая, верткая, невысокая, с чистой светло-желтой кожей и темными раскосыми глазами. Мальчишки бегали за ней, стараясь уловить хоть взгляд. Она отличала о одного, то другого. Мальчишки дрались. Куратор смотрел на это спокойно — ничто человеческое ведь вам не чуждо. Один Серый сторонился общего гона. Она ему нравилась, но…

Их всей группой как-то отправили в поиск. Серый уверенно шел по следу, остальные блуждали в лабиринте скал. До цели ему осталось совсем немного, когда за очередным уступом он наткнулся на Ма-лису. Она подвернула ногу, сидела скрючившись и только блестела сухими злыми глазами. Задерживаться было нельзя. Отдать первенство кому-то другому — невозможно. Серый встал перед ней на колени, не спрашивая ухватил вывихнутую ступню и резко рванул. Кость встала на место. Серый подхватил девушку, закинул себе на плечо и побежал. Она рычала, кусалась и царапалась. Кровь текла по груди и спине. Он не останавливался. И первым вышел к цели. Он уже потянулся, приложить руку к артефакту, который выставили в качестве окончания квеста, когда Ма-лиса скользнула с его плеча, ловко оттолкнулась, перепрыгнула, кувыркнувшись через голову и опустила обе ладони на финишный камень.