Вера Мосова – Косинус судьбы (страница 3)

– О! – воскликнула дама. – Какое у тебя замечательное имя! Очень редкое. А я Диана Станиславовна.

– Очень приятно! – церемонно проговорила девочка, чем позабавила не только незнакомую тетю, но и родную бабулю, и тут же добавила:

– А давай дружить!

– Давай! – улыбнулась Диана Станиславовна, и ее многослойные одеяния заиграли, двинувшись к песочнице.

– Не давай, а давайте! – мягко поправила внучку Анна. – Ты ведь знаешь, что со взрослыми надо разговаривать на «вы».

– Со мной можно на «ты» и без отчества, просто Диана, мы ведь теперь подружки, – улыбнулась женщина, обдав их тонким, едва уловимым ароматом духов.

Ассоль радостно закивала в ответ.

– А можно мне погладить твою шкурку? – спросила она и протянула к боа маленькую грязную ручонку, забыв стряхнуть с нее песок.

Диана величественно кивнула, и Ассоль, сощурив глазки, со счастливой улыбкой прикоснулась пальчиками к меху.

Анна даже растерялась на мгновение. Наверное, надо как-то поддержать разговор, но она не знает, о чем говорить с незнакомым человеком, тем более, таким… таким… необычным. Для начала она скромно представилась и была одарена сияющей улыбкой Дианы. Но переживала Анна зря, новая знакомая тут же откланялась, извинившись, что сейчас она спешит, но завтра непременно придет к этой песочнице, чтобы поиграть с Ассоль.

– Я буду ждать! – крикнула ей вслед девочка.

Диана Станиславовна обернулась и помахала ей рукой, забавное боа при этом слегка трепыхнулось на ее плечах. И снова прямая спина, гордо вскинутая голова и неспешный шаг.

– Бабуль, а Диана, правда, придет завтра?

– Она же пообещала, – твердо ответила Анна, хоть и не была в этом уверена.

Ассоль многозначительно вздохнула, словно напоминая, что не все обещания в этой жизни обязательно исполняются. Собрав в пакет совок и формочки, бабуля с внучкой побрели домой. Впереди обед и тихий час. Неделю назад в Асиной группе обнаружилась ветрянка, и всех детей высадили на карантин. А потому теперь вместо детского сада родители каждое утро привозят девочку к бабушке, и вечером, после работы, забирают ее домой.

Закрыв дверь за сыном и внучкой, Анна на миг остановилась возле зеркала в прихожей. Всмотрелась в собственное отражение и грустно вздохнула. Как ни крути, а уже старушка. Морщинки возле глаз и губ, слегка обвисший подбородок. Седина, которую она уже устала закрашивать. Да уж, давно не красавица. Щеки поползли вниз, губы слегка посинели, да и фигура год от года все больше расплывается. Убогое зрелище, чего уж там. А ведь Диана, пожалуй, постарше Анны будет. Но как себя подает!

Глава 3

В песочнице

Наутро Ассоль позвонила с папиного телефона и строго напомнила, что пора идти на прогулку. Вдруг Диана уже пришла в парк, а их там нет? Анна улыбнулась, представив Диану, сидящей в песочнице, с совочком в руке и подогнутыми под себя коленями. Каково же было ее удивление, когда примерно эту картинку они и увидели, приблизившись к детской площадке. На бортике песочницы сидела женщина в узких бордовых брючках и сиреневом пончо с крупными кистями. Повязанный на голову яркий разноцветный шарф выглядел подобием чалмы. В ушах – явный хендмейд, крупные кожаные серьги, свисающие почти до плеч. Дама задумчиво ворошила песок небольшой палочкой. Даже со спины ее невозможно было не узнать.

– Диана! Ты пришла! – радостно бросилась к ней Ассоль, и тут же по-кошачьи мягкая лапка ревности выпустила крошечные коготки и легонько царапнула уязвленную бабулю.

Смахнув это неприятное ощущение (еще не хватало ревновать внучку к чужому человеку!), Анна с улыбкой поприветствовала вчерашнюю знакомую, которая уже обнималась с Асей, а та захлебывалась от счастливого смеха, больше напоминавшего радостный визг резвого щенка. Вскоре эти странные подружки уже ползали на коленях по песку, увлеченно сооружая замок для сказочной принцессы. Причем, Диана смеялась так же весело и громко, как и Ассоль, совершенно не обращая внимания на весь остальной мир. Смех рассыпался по округе раскатисто и звонко, и этой странной даме было совершенно наплевать, что проходящие мимо люди с удивлением оборачиваются на них. Диана вела себя, как ребенок, дорвавшийся наконец до любимой забавы. Анна скромно сидела рядышком, наблюдая за веселыми зодчими и слегка поеживаясь от множества любопытных взглядов, направленных и на нее тоже. Сама она не принимала участия в этом безобразии, как непременно назвала бы сие буйное действо та седовласая бабуля, что утащила вчера из песочницы своего внука. Стоило о них вспомнить, как вчерашняя парочка показалась на горизонте. Заметив, что на детской площадке происходит нечто интересное, Ванюшка бросился вперед, но бабушка догнала его и потянула в другую сторону, не обращая внимания на громкий рев парнишки. Анна усмехнулась: от них уже бегут, как от прокаженных.

Вскоре вокруг песочницы собралась небольшая толпа любопытствующей ребятни и взрослых. Кто-то активно включился в этот созидательный процесс и стал обустраивать пространство вокруг замка. Ведь замок должен охраняться всадниками! А для коней нужны конюшни. А еще пруд для водопоя, а еще домики для охранников. И обязательно надо посадить деревца, без них никак нельзя. И дорожки вымостить. Поэтому в песочнице появились всевозможные подручные материалы: камушки, палочки, травинки. Анна на миг представила, что тут будет, когда все разрушится. Песок, наверное, просеивать придется. Но стоит ли сейчас думать о таких пустяках, когда глаза детей горят азартом? Она и сама не удержалась, принялась за мощение дороги, ведущей к озеру. И вот уже чья-то мама старательно втыкает по обочинам зеленые веточки можжевельника, которые становятся деревьями, а чей-то папа льет из бутылки минеральную воду, чтобы в вырытом его сыном котловане получился настоящий водоем. Анна невольно залюбовалась молодым отцом, который не менее увлеченно, чем его сын, трудился над озерцом. Тот же мальчишечий азарт сиял и в его глазах.

И вспомнилось ей, как однажды шестилетний Сережа заявил, что больше не пойдет гулять с отцом. Павел по выходным иногда брал сына на прогулку, пока Анна занималась домашними делами. В тот день Сережа вернулся один, сердитый и с большим синяком на лице. Оказывается, отец, как всегда, сел на скамейку в парке и уткнулся в свежий номер любимого журнала «Вопросы истории», потому и не видел ничего вокруг. Сережа гулял с другими детьми. Двое незнакомых мальчишек решили прогнать его с качели, завязался спор, который перерос в драку. Отец же сидел, как ни в чем не бывало, увлеченный чтением. Даже на крик ребенка не среагировал. Пришлось сыну позорно бежать с детской площадки и самостоятельно вернуться домой. На отца он тогда сильно обиделся. Встревоженный Павел примчался примерно через полчаса. Узнав, что Сережа уже дома, он взялся отчитывать его за самовольный уход. Тогда Анна и выдала ему по полной программе. Громко, истерично, в красках. И что отец из него получился никакой, да и муж тоже, и что он маменькин сынок, и сам нуждается, чтобы его выгуливали и присматривали за ним. И что она не удивится, если узнает, что мамочка до сих пор подтирает ему задницу. Хоть ей потом и было стыдно за эти слова, но в тот момент в молодой женщине говорила разъяренная мать, дикая самка, с утробным рыком вставшая на защиту своего детеныша. Это был первый и единственный раз, когда она так грубо, по-бабски, орала на Павла. На преподавателя вуза, кандидата исторических наук, уважаемого в своих кругах человека. Прежде Анна никогда не повышала голоса на мужа, и, вообще, старалась не обострять их непростую ситуацию. Но за сына она готова была его порвать. Где такое видано, чтобы парнишку побили, когда отец был рядом, а тот даже не заметил этого!? И как теперь доверять ему ребенка?! Павел смотрел на нее и удивленно моргал, не понимая, за что на него так набросилась всегда спокойная, уравновешенная жена. Он ведь ничего плохого не сделал. Вечером Анне позвонила свекровь и дала понять, что своего сына она в обиду не даст, на что невестка ответила, что и она своего сына тоже не даст в обиду. И этот ее тон по отношению к Нинель Васильевне тоже появился впервые, чем немало удивил самоотверженную мамашу великовозрастного дитяти.

Анна никак не могла понять, почему мать Павла так равнодушна к Сереже, ведь считается, что внуков обычно любят больше, чем детей.

– Ты уже взрослая девочка и прекрасно знаешь, что почти в каждом правиле есть исключения, – в очередной раз наставляла ее Марина, с которой Анна поделилась своей болью. – Твоя свекровь – как раз такое исключение. К тому же учти, что Павел все-таки ее сын, а Сережа – твой, то есть, невесткин. Вот и вся разница!

И это, пожалуй, было самым верным объяснением поведения Нинель. Эх, почему же родители Анны так рано ушли из жизни?! Они даже не увидели своего внука. А ведь у него могли быть замечательные дед и бабка, уж они-то точно любили бы мальчика.

После той истории Павел не появлялся у Анны примерно с полгода, даже не звонил, но деньги исправно переводил по почте. Впервые после размолвки он пришел к ним в день рождения Сережи, конечно же, в сопровождении мамы. Сын обрадовался ему, ведь детские обиды так коротки, а простой ребячьей радости всегда хочется. И снова все вошло в свою колею. Но прогулок с отцом больше не было. Да и у мальчика вскоре началась новая жизнь, он стал школьником.