Вера Лейман – Дух огня (страница 16)

– Как же мохэсцы могли так с тобой поступить! – возмущенно воскликнула Кымлан, глубоко потрясенная этой историей.

– А как когурёсцы могли оставить тебя в плену и даже не попытаться вызволить? – грустно улыбнулась Акин, уязвляя Кымлан справедливым упреком. – Всем наплевать на простых людей, мы для них лишь средство для достижения целей. Но ты дала нам надежду, из рабов превратила в свободных людей, и я до конца жизни буду тебе за это благодарна! В твоих силах подарить другую жизнь еще нескольким людям.

– Но смогу ли я… – слова Акин разбередили в душе Кымлан множество переживаний и сомнений.

– Прекращай, – решительно стирая слезы тыльной стороной ладони, твердо сказала Акин, – ты должна вновь поверить в себя, вспомнить, кто ты есть! Пережить это и стать сильнее, гораздо сильнее, чтобы больше никто ничего у тебя не отнял!

После этого разговора Кымлан решилась. Она приняла пятерых девушек в свой отряд и приступила к тренировкам. У нее уже был опыт с подругами, поэтому с вновь примкнувшими к ним девушками дела шли быстрее.

На стрельбищах и тренировочных площадках стражники косо смотрели на странное сборище женщин, которые учились защищаться и нападать, неуклюже размахивая мечами. Новенькие старались с особым рвением, понимая, какую милость им оказали Кымлан и принцесса Ансоль. Теперь Кымлан называли командиром, ей кланялись с уважением, а не из приличий, и это хоть немного, но отогревало замерзшее сердце когурёски. Да и подруги помогали, подменяя ее на тренировках, когда Кымлан нужно было сопроводить куда-то принцессу Ансоль.

Но после отъезда Сольдан успокоившееся было сердце вновь разрывалось от тревоги. Зачем принц Наун забрал ее с собой? И почему именно Сольдан, а не Акин или Юнлэ? Они ведь тоже мохэски. Что он задумал?

Ответ не заставил себя долго ждать.

– Принцесса Тами хочет вас видеть, – доложил слуга принцессы, когда Кымлан после тренировки уже собиралась вернуться домой.

Переглянувшись с подругами, Кымлан в нерешительности стояла посреди двора, гадая, для чего принцесса за ней послала. Видеть ее не было никакого желания, особенно после того, как Кымлан встала между ней и Науном. И, что греха таить, чуть не отняла у нее мужа. Естественно, что Тами не испытывала к ней никаких теплых чувств, и эта встреча не сулила ничего хорошего.

– Иди, – шепнула Юнлэ, – но будь осторожна и следи за тем, что говоришь.

– Мы подождем тебя здесь, пока ты не вернешься, – кивнула Акин.

Теряясь в догадках, что могло понадобиться от нее принцессе, Кымлан послушно шла за слугой, пытаясь внутренне подготовиться к предстоящему разговору. Она не боялась принцессу, но знала, что та очень умна и хитра, и переживала, что невольно может подставить кого-то из близких, если не разгадает, что у нее на уме.

Наконец, они остановились возле ее павильона, и сопровождавший ее слуга возвестил об их прибытии.

В покоях принцессы Кымлан была впервые и удивилась простоте убранства. Принц Наун любил керамику и коллекционировал мечи в ножнах, инкрустированных самоцветами. В комнате Тами не было украшений – голые стены, вдоль одной из которых тянулся стеллаж с мечами разной длины, луком и колчаном со стрелами. Мечи были не бутафорские, а боевые и, судя по истертым рукоятям, не раз использовались в бою. Рядом же, на специальной стойке висел мужской черный костюм небольшого размера, совсем как у Кымлан, и гостья удивленно подняла брови, догадавшись, что принцесса тоже умеет владеть оружием и, возможно, что-то из этого арсенала использовала сама.

«Для чего она так демонстративно все это здесь развесила? Это отражает ее вкус или… она решила показать это мне? Но зачем?» – подумала Кымлан, почтительно поклонившись сидевшей за столом принцессе.

– Здравствуй, Кымлан, присаживайся, – принцесса указала ей на стул напротив себя и велела слугам принести чай.

Пока ждали угощение, Тами ничего не говорила и будто не замечала присутствия гостьи. Кымлан чувствовала себя очень неуютно, не понимая, для чего ее позвали. А то, что Тами что-то задумала, не подлежало сомнению. Наконец, когда ароматный цветочный напиток разлили по пиалам, Тами сказала:

– Слышала, дела у тебя идут хорошо. Формируешь собственный женский отряд? Очень интересная и свежая идея. Я рада, что ты выбрала свой путь вместо того, чтобы пытаться добиться чего-то в мужском мире. Он тебя все равно никогда не примет.

Принцесса улыбнулась, и ее лицо озарилось очаровательно-ядовитой улыбкой. Кымлан почувствовала укол обиды, но не подала вида, лишь сказала:

– В мире мужчин свои законы, глупо пытаться получить власть там, где я никогда не смогу ее использовать.

Это была ответная шпилька, намекающая на амбициозные стремления принцессы и, судя по всему, Тами поняла заключенный в словах Кымлан намек.

– Поэтому нам, девочкам, нужно держаться вместе. Только так мы сможем выжить, не находишь? Особенно если мы обладаем способностями, которые и не снились мужчинам, – мягко улыбнулась принцесса, пристально изучая лицо Кымлан.

– Что вы хотите этим сказать? – во рту пересохло, пиала дрогнула в пальцах Кымлан.

– Война в Хогёне на многое открыла мне глаза, – Тами встала и, заложив руки за спину, медленно прохаживалась по гостиной. – Я и не подозревала, что любовница моего мужа обладает таким удивительным, смертоносным даром!

– Я не понимаю, о чем вы, Ваше высочество, – потрясенная Кымлан все еще пыталась отрицать то, о чем, очевидно, знала Тами.

– О, не стоит скромничать! – принцесса провела ладонью по развешанным мечам. – И не нужно отпираться. В Хогёне нашлись свидетели, которые все мне рассказали. Но не беспокойся, об этом знаю только я и принц Наун, никому другому мы пока не сообщили.

«Кто это был? Мунно?! Всемилостивые боги, зачем он это сделал! Или кто-то еще знает о моем даре?!» – мысли метались в голове Кымлан, но титаническим усилием воли она взяла под контроль эмоции и мрачно усмехнулась.

– Жаль, что ваши свидетели не рассказали вам главного. Что в ту ночь я потеряла свой дар. Огонь больше не подчиняется мне.

Тами резко обернулась, на ее лице мелькнул испуг. Кымлан не смогла удержаться от язвительной усмешки. На секунду принцесса задумалась, затем стремительно преодолела разделяющее их расстояние и вновь заняла свое место за столом, спокойно взяв пиалу с чаем.

– Это неважно, – сказала она. – И на наш план никак не повлияет.

– План? – нахмурилась Кымлан.

– Нам нужна твоя помощь и поддержка, – улыбнулась Тами. – Я сделаю тебя народной героиней, повелительницей огня, весь мир будет поклоняться тебе. Ты станешь той, кем всегда мечтала стать – Избранной для Когурё, а взамен поддержишь принца Науна, чтобы он, а не Насэм, стал Владыкой.

Кымлан некоторое время оторопело смотрела на принцессу, не подозревая, что они с Науном разрабатывают такие честолюбивые планы и что их алчность выходит за всякие границы.

– А если я откажусь? – с вызовом спросила Кымлан. Участвовать в этом ей совершенно не хотелось, более того, она считала абсолютно недопустимым свержение наследного принца и возведение на престол Науна.

– Тогда твоя любимая подруга Сольдан не вернется из Сумо, – мило улыбнулась Тами, и у Кымлан волосы зашевелились от ужаса. Так вот зачем они забрали ее с собой… Чтобы шантажировать и сделать Кымлан своей игрушкой. – Теми, у кого есть слабости, легко управлять. А у тебя их много: твои подруги, отец, няня, плюс новые девушки в твоем отряде. Да и Мунно, как я слышала, тебе не безразличен. В твоих интересах перейти на нашу сторону и сделать так, как я говорю, тогда никто из них не пострадает.

– Я уже сказала, что больше не владею огнем, – повторила Кымлан, не зная, какие еще привести аргументы.

– Мы решим этот вопрос. Главное – продемонстрировать твой дар народу, а с этим мои люди легко справятся.

– Ваши методы вызывают только отвращение, Ваше высочество, – презрительно скривилась Кымлан, не выбирая выражения. Отец был во всем прав: свой дар нужно было тщательно скрывать, иначе… Вот к чему все пришло.

– Мне безразлично, что ты обо мне думаешь. Тебе тоже нечем гордиться, можешь не изображать из себя благородную, – тон принцессы стал ледяным. – Ты не только соблазнила чужого мужа, но и сожгла целый город, так что не тебе меня учить.

Принцесса была жестока и бесцеремонно давила на все болевые точки, вызывая у Кымлан негодование.

– Но я нужна вам, иначе вы не стали бы обращаться ко мне за помощью, – едва сдерживая злость, сказала она. – Так что в ваших интересах, чтобы Сольдан вернулась живой и невредимой.

– Вот именно, – подытожила разговор Тами, довольная тем, как закончился их диалог. – Поэтому давай не будем вставлять друг другу палки в колеса и станем партнерами. Ты даешь то, что нужно нам, а мы тебе – славу, народную любовь и благополучие твоих близких. По-моему, ты получаешь даже больше, чем мы.

– Ну да, с учетом того, что в итоге вы получите трон, – едко усмехнулась Кымлан, залпом выпив остывший чай.

Кымлан вышла из покоев принцессы в абсолютном смятении. Она не знала, что и думать о предложении Тами. Все ее существо восставало против способа, которым они хотели добиться власти, да еще и использовать ее, сделав своей марионеткой. Первым порывом было рассказать все принцу Насэму, но останавливало то, что в руках Науна была Сольдан. Если он спланировал это вместе с женой, то… значит она никогда по-настоящему не знала Науна. Неужели он всегда был таким? Или так сильно изменился за столь короткий срок под влиянием честолюбивой принцессы и ее брата?