Вера Ковальчук – Ты мне очень нравишься. Но... (страница 4)

— А заодно разведает все наши секреты. Отличная идея!.. Сам справлюсь. Только не надо меня подгонять, вот и всё.

— Только и делаешь что нудишь. А государство должно уже в этом году получить хоть что-то — либо деньги в казну, либо бойцов в армию. Кстати, Райнер будет доволен.

— О да, представляю его довольство! Ему же придётся придумывать, чем занять эту толпу, — рассмеялся Ульрих. — Или ты планируешь завоевательную войну, твоё величество?

— Уже начинаю подумывать, — буркнул старший брат. — Да ладно, шучу. Хоть иногда и мечтаю отправить тебя и Райнера подальше от двора. Повоевали бы, спустили пар, потом бы не корябали мне мозг: «Нужно то, нужно это…»

— А чего ты ждал от Райна? Любой главнокомандующий нацелен на то, чтоб вытянуть побольше средств на нужды армии. Ведь если он её не подготовит как следует, потом ты же на него вывалишь тонну претензий.

— Ты-то тогда почему у меня из мозга ложку не вынимаешь, господин премьер-министр? Ты ж не главнокомандующий.

— Ну да, а с меня ты с удовольствием спросишь за всё, что будет происходить в мирное время. Думаешь, я дам тебе хоть шанс ко мне придраться?

— Было бы желание, придраться можно всегда. Например, к тому, что денег просишь много. Или покоя не даёшь своими инициативами. — Император добродушно усмехнулся и взглянул на младшего брата. — Ты чего не пьёшь? Хорошее вино.

— Нет настроения, — ответил Эйтал, пожимая плечами. Но ломтик дичины взял. Потом и кусочек твёрдого сыра. Брат был большим ценителем разного рода сыров, они всегда радовали язык. — После того как разгрёб проблемы с активными линиями, на вино даже смотреть не хочется.

— Вечно ты трезвенника изображаешь!

— Он готовится к роли доброго семьянина, — беззлобно подколол Ульрих и посмотрел на младшенького покровительственно. — И правильно делает — первенца лучше делать на трезвую голову.

Эйтал никогда не краснел, ещё в детстве избавился от этой привычки, так что сейчас одарил брата злобным взглядом. Хотя, откровенно говоря, совершенно на него не злился, просто не представлял, как бы ещё дать понять братьям, что любые шутки в адрес его будущего брака — так себе идея. Едва ли будет способствовать хорошему настроению и укреплению семейный уз.

И Ариавальд явно это почувствовал. Потому что примирительно поднял ладони и ещё на Ульриха бросил предостерегающий взгляд, мол, не продолжай.

— Как она — твоя будущая супруга?

— Маг говорит — всё идёт хорошо.

— Она красива? — уточнил Ульрих.

Младший брат раздражённо пожал плечами.

— Не разглядел. Судя по её виду, она среднего возраста, эдак лет под сто пятьдесят. Но маг клялся, что тело обновится, она станет молоденькой. И вполне сможет родить.

— Как понимаю, внешность не располагает? — осторожно уточнил император.

— Она среднего роста. И в меру пышная. Большего не разглядел.

— Любопытно. И когда сможет выдержать церемонию?

— Всё готовят на конец недели. Тогда на следующей неделе я заберу её в Рок.

— Вот так сразу? В дальний замок на границе с Чащобой? — Ульрих скептически поднял брови. — Молодая жена не оценит, знаешь ли. — Но младший брат лишь плечами пожал. — Тебе бы хоть подготовиться как следует. Закупись подарками, запланируй для неё развлечения — хоть что-то придумай, чтоб расположить к себе жену.

— А какой смысл? — зло ответил Эйтал. — Всё равно ни малейшего результата мои усилия не принесут. Пустая трата времени.

— Женщины любят внимание…

— Женщины в первую очередь предпочитают привлекательных мужчин таким, как я. Я могу истанцеваться перед нею на задних лапах, всё равно любезности не дождусь. Не собираюсь и пробовать.

— Сам смотри. — Ульрих отмахнулся. — Тебе решать. Но потом не жалуйся, что жена смотрит на тебя волком.

— Брат! — Император поднял палец. — Важно, чтоб ты добился верности от супруги хотя бы до рождения второго сына. Хоть охрана, хоть магия, но сделай это. Первые её сыновья должны быть представителями правящей семьи, без сомнений.

— Ты предлагаешь наложить на женщину чары подчинения? — усмехнулся Ульрих.

— Не получится. Это же иномирянка, и, как понимаю, её дар полностью соответствует дару брата. Так ведь её подбирали? Ну вот. А значит, любое магическое подчинение продержится от силы пару месяцев, и она будет отлично осознавать, что с ней происходит. А нам ни к чему рушить отношения с невесткой на первых же шагах. Поэтому только охрана, соглядатаи, подобранные служанки. Если она будет хранить тебе верность, думаю, дурной характер девицы или какие-нибудь эпатажные выходки наша семья сможет потерпеть. Тебе нужны наследники, Эйтал.

— Я помню, — процедил принц сквозь зубы.

— Даю тебе дозволение на небольшой перебор в её отношении — по поступкам. Только чтоб без применения силы. Чтоб ни единого синяка и ссадины! У тебя достаточно доходов: договаривайся, торгуйся, предлагай. Охрану ставь у каждой лестницы, у каждого окна. Да до такого не дойдёт, наверняка у неё будут какие-то пожелания материального порядка. Если что, я постараюсь помочь.

— Ты разговариваешь со мной, как с малолеткой! Чем я заслужил?!

— Потому что обозначаю формальную точку зрения семьи в том числе. Опыта семейной жизни у тебя нет, вот и вмешиваюсь как глава рода.

— И всё же мой совет: не стоит сходу кошмарить супругу, — снова влез Ульрих. — Хоть дождись, когда она проштрафится, и только потом… допускай перебор в отношении неё.

— Всё сказал?

— Нет. Вручить драгоценности после свадьбы и после первой брачной ночи — традиция. Как бы ты ни злился, а одарить придётся. Помочь с подбором? — Он ухмыльнулся.

Ульрих был счастливым отцом двух одарённых дочерей. Ему вообще повезло в супружеской жизни: любимая и любящая жена, четверо детей, причём талантливых детей. Сыновья радовали отца успехами в учении и физических упражнениях, дочери — усвоенными манерами и итогами развития чародейского потенциала. Можно было не сомневаться, что когда девочки войдут в возраст, к ним выстроится длиннющая очередь желающих поухаживать и добиться помолвки.

Щедро наделённые магией девушки способны были наградить своих избранников даром, если, конечно, соглашались на такой шаг. Дочерям принцессы нечего было ждать принуждения, хотя вероятность династического брака всё же оставалась. Но единственные девочки в правящем семействе Миэров не особенно волновались по этому поводу. Отдавать принцесс на сторону, за правителей других земель, в империи было не принято, чтоб не делиться даже призрачными правами на престол.

Эйтал ошпарил брата полным раздражения взглядом. Если бы он не был к нему так привязан, пожалуй, мог бы и позавидовать. Его семейное счастье казалось каким-то чрезмерным, что ли. Но, впрочем, чему удивляться — Ульрих был не только хорош собой, но и обходителен, он всегда умел обращаться с женщинами и когда встретил ту, которой отозвалось не только его сердце, но и магия, пустил в ход все накопленные умения, весь свой опыт. И дочь герцога, конечно, не устояла.

То, какое расположение она ему демонстрировала при посторонних, порой даже слегка выходило за рамки светских приличий. На поцелуи августейшей четы посматривали со снисхождением, всё-таки принцу и принцессе дозволено больше, чем остальным, да ещё и паре, которая произвела на свет сразу двух одарённых невест. Но всё же в глубине души посмеивались, что их приязнь как-то слишком уж затянулась после свадьбы. Пора бы уже и остыть чуток.

Но младший принц лишь морщился, слушая эти снисходительные смешки. Что они понимают. Может ли быть что-то важнее, чем любовь супруги, верность супруги и счастье видеть в её глазах, что ты и спустя двадцать с лишним лет брака ей дорог? Болваны!..

— Помоги, — неохотно согласился он. Уж брат наверняка знает, что прилично подарить молодой жене, чтоб никто не попрекнул жениха ни за жадность, ни за глупость.

— Она блондинка или брюнетка?

— Эм… Кажется…

— Кого ты спрашиваешь? — рассмеялся император. — Не думаю, что Эйтал хотя бы присмотрелся к ней. Спроси мага, который работает с девицей.

— Похоже, придётся. — Ульрих качнул головой глядя на младшего брата. — А ты всё же присмотрись к супруге. Ну некрасиво это — совсем ею не интересоваться.

— Разберусь, — буркнул тот зло. Хотел ещё что-нибудь раздражённое сказать, но не придумал. Сам же попросил о помощи…

Лара

С каждым днём она чувствовала себя всё лучше. Тело повиновалось так, как уже давно не слушалось, и о болях в суставах и связках она одним махом забыла. Утром, потягиваясь в постели, наслаждалась каждой клеточкой этого молодого, свежего, гибкого, податливого организма, а потом вскакивала с кровати и вприпрыжку направлялась в ванную. Туана всё порывалась помогать ей купаться, но для Лары такая помощь была чрезмерна. А вот от завтрака в комнату, причёсок, одевания и прочего уже не отказывалась. И на прогулках позволяла себя сопровождать.

В замке Табет был совсем небольшой садик, а за пределы замковых стен её не выпускали. Так что приходилось ограничиваться тем, что имеется. Дорожки петляли между чахлыми кустиками и приземистыми деревцами, мало того что скудно принявшимися на каменистой почве, так ещё и обкромсанными со всех сторон, чтоб ветки не мешали. Но прогуляться было можно, ещё и постоять на стене, полюбоваться дальними полями, рекой, лесом, который голубоватой кромкой кудрился лес. И, кстати, был виден небольшой посёлок, окружённый плодовыми деревьями. Они как раз отцветали, так что над дранковыми крышами ветер то и дело закручивал спиральные волны тёплой ароматной метели.