Вера Ковальчук – Твое пламя и твои крылья, феникс (страница 33)
Глава в трудах и заботах (3)
Для начала профессор предложил мне на пробу артефакт, который должен был реагировать на движения магии в моём теле, когда я формулировала свои побуждения. Как он пояснил, формулировать следовало как можно чётче, без двусмысленностей, разночтений. Так что, положив ладонь на немного шершавую пластину яшмы, я мысленно вопросила, могу ли без последствий для жизни и магии вступить в брак со своим избранником, Ардисом Сверадом. Ответ был истолкован преподавателем как безусловно положительный.
Однако успокаиваться я не спешила и попросила разрешения задать ещё один вопрос. После чего полюбопытствовала у куска яшмы, должна ли вступить в брак с чародеем, который вызвал меня в этот мир и взял с меня клятву. Увы, ответ получился неоднозначный. Суровый артефактор долго крутил магическую вещицу перед глазами и качал головой.
— Мда, выходит, у этого вопроса нет однозначного исчерпывающего ответа. Придётся подойти к проблеме с другой стороны.
И затребовал себе ещё две недели на обдумывание и конструирование.
Я же пока готовилась к экзаменам и старалась не пропускать ни одного индивидуального занятия. Если раньше они давались мне нелегко, и бывало, что после работы со стихиями или раскачки энергетики я едва доползала до кровати, даже на реплики Фоиты не могла реагировать, то теперь они меня скорее бодрили. Мы с господином Итораамом уже пробовали по две стихии за занятие, а к мастеру-энергетику меня звали всё реже и реже. Он был вполне доволен моим графиком танцевальных тренировок и результатами на других магических занятиях.
Из преподавателей почти никто не сомневался, что мне стоит показать себя на экзаменах вместе с пятикурсниками (в местных академиях было принято демонстрировать свои познания и умения после пяти лет обучения, и дальше можно было покинуть заведение с малым дипломом либо же остаться ещё на год, чтоб отточить мастерство в выбранном направлении и окончить его уже со статусом мастера). Но и опасения все понимали. Так что к ректору меня в конце концов вызвали на разговор, и в его кабинете обнаружился не только он сам, но и его первый зам, отвечавший за учебные планы, и господин Итораам, и почему-то госпожа Калиппа, опекавшая местные исследовательские лаборатории.
— О, вот и наша студентка! — одобрил ректор. Наверное, понравилось, что я не заставила себя ждать. — Присаживайтесь. Как понимаю, вы готовы к экзаменам.
— Готова, господин ректор.
— Прекрасно. Но вас смущает огласка.
— Очень смущает, да.
— Строго говоря, личные проблемы студентов выходят за рамки того, чем академия обязана заниматься, — предостерегла госпожа Калиппа, разглядывая меня, однако, с большим интересом. — Либо же студентке нужно будет всерьёз заинтересовать академию.
— У меня нет таких денег, — кротко ответила я, хотя почему-то захотелось нахамить.
— Ну что вы, речь совсем не о деньгах! — Женщина даже рассмеялась. — Ваша курсовая по взаимодействию со стихией света и тьмы одновременно произвела большое впечатление на комиссию. Многие утверждения выглядят спорными, однако основа представляется любопытной. Академию интересует развитие этой работы и углубление темы. И результаты. Академия претендует на результаты.
— На какие результаты вы рассчитываете? — Я насторожилась.
— Если ваша теория подтвердится, то на структурированный курс. Разумеется, с методикой вам будут помогать.
— Вы же согласились поработать летом, — мягко напомнил ректор. — За вами уже зарезервировано место в лаборатории, также мы готовы предоставить вам материалы, если потребуется. Разумеется, работа будет оплачиваться достойно. И академия сможет предложить вам защиту как своему сотруднику, а это более прочное основание, чем гарантия безопасности студента.
— Но эта безопасность гарантирована только на территории академии, верно?
— Строго говоря, с точки зрения закона наше покровительство не ограничивается пределами учебных корпусов и академгородка, но если говорить о реальной гарантии — увы, да. — Я опустила голову в задумчивости, и ректор слегка подался ко мне, явно обеспокоенный: — Что именно вас так сильно смущает? Необходимость находиться в стенах академии ближайшие пять лет?
— То, что я собиралась, если получится, вступить в брак с избранником. Но, как понимаю, у меня возникнут проблемы со свиданиями.
— Со свиданиями — нет. С совместным проживанием — пока да. Нужно, чтоб освободилась квартирка в преподавательском общежитии, тогда мы сможем предоставить её вам с законным супругом. К тому же на территории академии есть собственный храм, ничто не мешает вам провести церемонию здесь. Мы будем польщены.
Я удивлённо оглядела присутствующих.
— В преподавательском?
— Всё верно. Вы ведь будете работать над обучающим курсом. Если у вас всё получится, именно вас будем просить его запустить. Интересны также идеи в сфере артефакторики, которые вы озвучивали. Профессор Эвлет высказывался, что идеи любопытные, можно будет попробовать их, поработать над ними.
— А если у меня не получится?
— При таком обилии задумок что-нибудь определённо получится. Академия заинтересована в вас как исследователе и в будущем преподавателе. Что скажете?
— Я пока не готова связывать себя долгосрочными обязательствами.
— На какой срок вы готовы подписать контракт?
— Пока до окончания обучения. На пять лет.
— Разумно. — Ректор взглянул на своего первого зама, и тот, привычно сотворив кисловатую физиономию, всё же кивнул. — Но вы согласны признать права академии на ваш авторский курс, если вам удастся его построить?
— Хм… Давайте обсудим какие-то рамки. Отдавать полностью все свои наработки я не горю желанием, — ответила осторожно. — Однако понимаю, что академия тоже справедливо хочет получить свою выгоду. И уверена, что в идеале выгодно должно быть всем.
— Что вы предлагаете?
— Права на курс за академией и за мной также. Разрешение для меня практиковать в частном порядке, не обучая своей методике.
— Это можно обсудить, — переглянувшись с коллегами, сказал господин Итораам. — Вы хотели бы иметь гарантию?
— Желательно.
— Академия в моём лице готова обсуждать ваши условия. То, что вы озвучили, не вызывает возражений. Предлагаю вам обдумать и тот уровень защиты, который вам бы хотелось получить.
— Чтоб определить его, мне нужно знать рамки клятвы, которая меня сковывает. — Я развела руками.
— Да-да, профессор Эвлет работает над этим. Он мне сообщил, что видит один вариант — воздействие на память. Короткое, точечное. Если определить момент, теоретически можно дать вам возможность вспомнить в точности, что тогда произошло и что было сказано. Дословно.
— И я смогу рассчитывать на консультацию магов, более опытных в вопросах клятв?
— Разумеется. Если будет нужно, я проконсультирую вас и сам. — Глава академии помолчал, разглядывая её с сочувствием, а потом добавил: — Если бы была возможность избавить вас от клятвы подобного рода, я, поверьте, постарался бы это устроить. Но таких способов не существует.
— Или они неизвестны, — вздохнув, покивала я. — Благодарю, я поняла.
— А вы рассчитываете найти подобный? — Калиппа напоказ изобразила скепсис.
— Не уверена, что придумаю способ. Но если в голове всплывут варианты, попробую их.
— Эксперименты будут жестокие, ведь как ещё проверять, работает ваш способ или нет, как не принуждая подопытных нарушать её?
— Это надо обдумать.
— Обдумывайте, студентка. — Женщина по-прежнему смотрела на меня с симпатией и интересом. Вряд ли я на самом деле её раздражаю. — Думаю, не ошибусь, если скажу, что всем нам нравится, как вы рассуждаете.
Меня отпустили, оставшись ещё что-то обсудить. Что ж, я ушла приободрённая. Значит, работа. Причём не какое-нибудь намывание полов или покраска стен, а разработка методики преподавания магического предмета. Это вам не просто «ого», а натуральное «ого-го!», да ещё и с походом. Сейчас моё положение в новом мире по-прежнему держалось на тонкой ниточке: да, я учусь, я студентка, но сумею ли удержаться? Кто даст гарантию? Да, платят стипендию, и даже, как выяснилось, неплохую — я смогла и кое-какую одежду себе купить, и обувь справить, а она тут дорогая, и приятные мелочи себе позволяю. Но всё же.
Зарплата — совсем другое дело. Помимо денег положение трудяги, как ни крути, даст возможность в будущем ссылаться — работала в академии, вела исследовательскую работу. Не верите? Поинтересуйтесь.
Да и самой любопытно — как у них тут двигают науку?
Вечером я заглянула к профессору-артефактору.
— Ты рано, — буркнул он мне, едва увидев, и снова уткнулся в то, что лежало перед ним на столе. — Предмет несовершенен, хоть и готов. Ты же понимаешь, не так просто определить с точностью момент, который необходимо развернуть. Ты же не знаешь его до секунды?
— И не могу знать. Да и толку-то было бы от точности до секунды. — Я пожала плечами и уселась рядом.
— В смысле?
— Ну, мозг работает не по часам, придуманным человеком же, но уж никак не природой. Там внутри свои принципы отсчёта — от события к событию, или по аналогии, или по иным зацепкам. Тут надо понять, какую именно цепочку нейронов как потревожить, чтоб разбудить нужный участок мозга, нужную ячейку.
— Любопытно. — Он оставил вещицу, похожую на очередную пластинку полудрагоценного камня, и развернулся ко мне всем телом. Даже колени выпростал из-под стола. — Сама додумалась или подсказал кто?