Вера Капьянидзе – Мистификация парадоксальных иллюзий (страница 7)

– Заело что-то… Ну, что ты столбом стоишь? Помогай! – обернулся он ко мне.

Сундук удалось открыть только втроем: на помощь пришлось звать и Саидку. Но когда мы его, наконец, открыли!.. Дыханье сперло от увиденного! Клад, самый настоящий, старинный пиратский клад открылся нашим взорам! Сундук оказался до самых краев наполнен золотыми и серебряными монетами, бусами, кольцами, колье, диадемами, драгоценными камнями, кубками, вазами, столовыми приборами, посудой… Чего там только не было! И все это, магически притягивая, блестело, мерцало, завораживало. Глаз не отвести! Я стоял, как завороженный, не в состоянии оторвать взора от этого несметного, просто сказочного, богатства, хотя меня так и тянуло запустить в него руки и поворошить, поворошить его…

– Ух, ты!!! Настоящий Эрмитаж! – невольно вырвался у меня возглас восхищения.

Нептун видимо что-то заметил в моих глазах, какой-то алчно загоревшийся огонек.

– Нравится? – скромно поинтересовался он. – Вот, Зю, станешь наследником престола – все это твоим будет! Вон сколько тут сундуков! Несметные богатства! Все твое будет! Владей безраздельно! Ну, что, теперь пойдешь в Министры?

Я слегка пришел в себя. И даже помотал головой, чтобы отогнать наваждение, которое возникало в голове при виде этих бесценных побрякушек: самолеты, виллы, яхты, лимузины, и разная другая дребедень…

– В Министры? – начиная приходить в себя от искушения, переспросил я. – А-а-а! Нет, не пойду. Да и на что мне все эти цацки сдались? Что я с ними здесь, в вашем государстве, делать буду? Вот если бы мне все это – там… – Я ткнул пальцем в сторону потолка.

– Ох, зря Зю, отказываешься! Ох, зря! – огорченно вздохнул Нептун. – Ну, ладно. Коли тебя богатства не прельстили, тогда как ты посмотришь на абсолютную, безграничную власть? Ведь весь надводный и подводный мир будет тебе подвластен. Вот они все, где у тебя будут…

Нептун крепко сжал свою волосатую пятерню в кулак, наглядно демонстрируя мою власть не только над родным Российским, но и над всеми флотами и флотилиями мира. Я, немного подумав, уже чуть было не клюнул на такую перспективу, едва ли не воочию представив начальника практики, подобострастно убирающего с моего парадного адмиральского мундира ляпы чайки… Но тут перед моим взором опять неожиданно возникла Юлька, никак не связанная тематически с моими мыслями о могуществе власти… Такая тоненькая, стройная, с длинными ногами, в коротенькой юбочке, на шпильках, не то, что эти – хвостатые… и я, с неожиданной даже для самого себя, твердостью выпалил:

– Товарищ Нептун, разрешите обдумать Ваше предложение?

– Ты мне тут не фамильярничай! – неожиданно грозно воззрился на меня владыка, сдвинув брови. – Нашел, понимаешь ли, себе товарища! Какой я тебе товарищ?! Не забывайся, курсант! Владыка я, Владыка! Нептун и Министру не товарищ! – он гневно потряс своим трезубцем в воздухе.

«Опять что-то не то ляпнул!» – перепугался я.

– Виноват, Ваше Владычество! Оговорился по привычке. Исправлюсь. – Попытался я исправить положение.

– Вот так-то оно лучше. – Нехотя смилостивился Нептун.

Он еще долго что-то бурчал себе под нос. Слышно было только часто повторяющееся слово «товарищ». И чем оно ему так не понравилось?

– Ладно, Зю, уговорил старика, – наконец, отошел он. – Даю тебе три дня сроку на раздумывание. Но учти: откажешься – пеняй на себя. В Сибирь сошлю, на вечную каторгу!

Я пока всю эту несуразность: дворец, Нептуна и наш с ним такой странный разговор воспринимал, как кошмарный сон. Но намятые Владыкой бока все же возвращали меня в реальность…

Интересно, а как я узнаю, когда эти три дня закончатся, когда с моими часами творится что-то совершенно непонятное? Они просто взбесились! То стояли и просто так тикали, а то вдруг секундная стрелка начала двигаться в обратную сторону, а за ней, похоже, и минутная вместе с часовой направились туда же. Как же мне определиться со временем? Ладно, буду пока отсчитывать время назад.… В конце концов, Нептун сам знает, когда меня в Сибирь отправлять.

– А у вас, что, тоже Сибирь есть? – вдруг дошло до меня.

– А как же! – усмехнулся Нептун, самодовольно подкручивая ус, – Небось, ты, Зю думал, что в сказку попал?.. У нас тут все есть! Северный ледовитый океан, пожалуй, пострашнее вашей Сибири будет! Так что ты думай, думай, парнишка!

«Господи! Так куда же я все-таки попал?! И где тут выход?»

– Ну, что там у нас сегодня с обедом? – обратился он к Саидке, который на протяжении всего нашего разговора только и делал, что многозначительно перемигивался с хихикающими русалками.

– Все готово! Владыка трапезничать желает! – Совсем как в кино «Иван Васильевич меняет профессию», провозгласил торжественно Саидка и с готовностью устремился из Тронного зала для того, чтобы отдать последние распоряжения перед трапезой Владыки.

«Трапезничать – это замечательно!», – обрадовался я. Как известно, курсант сытым не бывает, но к настоящему моменту, я уже …так, сколько же это будет, если я прибыл, скажем, в 12.40, а сейчас – 7.45 (самое время завтракать)? Это будет… это будет… Ни фига себе, где-то около пяти часов я уже здесь ошиваюсь, а во рту – маковой росинки не было. Мой многострадальный желудок, четко следуя рефлексам Павлова, выработанным строгим распорядком институтской жизни, уже давно и тщетно взывал к моему сознанию, посылая такие зверские сигналы и импульсы, что, казалось, в животе у меня поселился свирепый голодный лев. Пусть еще скажет спасибо, что я морской соленой воды не нахлебался. Я потянул носом, пытаясь угадать, чем нас будут угощать. Но ничем и не пахло. Нет, запахи, конечно, присутствовали, но обычные для окружающей обстановки: пахло сыростью и тиной. Нет, все же это удивительно! Кругом вода, а я почему-то спокойно дышу, разговариваю и при этом ни в легких, ни в желудке ни грамма воды. Ну, допустим, что у русалок есть жабры. Возможно, даже и у Нептуна они имеются (надо будет как-то деликатно поинтересоваться). Амфибии хреновы! А как же тогда мы с Саидкой? Но обдумать этот вопрос я не успел.

* * *

Тут в зал из проема вплыл огромный стол, размером с теннисный корт, никак не меньше, весь уставленный горами чего-то весьма аппетитного на вид. Сначала я подумал, что его сзади кто-то катит, вроде стола на колесиках, но оказалось это не так. Его тащили на себе шесть огромных крабов. Эти крабы были такие огромные, как, как… ну, скажем, наши бегемоты, только чуть поменьше и приземистее. Но самое интересное, что все эти морские монстры с такой удивительной синхронностью выбрасывали свои клешни, что ни одна горушка на столе даже не пошелохнулась. Ну, чем не парад на Красной площади! Это сколько же времени их гоняли, чтобы добиться такой техники! Крабы взяли равнение на середину зала, и, приставив клешни, замерли как солдатики у Мавзолея. Вот это техника! Уважаю! Столешница, которую притащили крабы, представляла собой тонкую мраморную плиту. Наверное, ни одна рыба-пила потрудилась над ней, чтобы отпилить от подводной скалы.

Нептун с царственным величием, опираясь на свой трезубец, прошествовал во главу стола, и широким гостеприимным жестом пригласил присутствующих. Русалки, радостно вереща и толкаясь, облепили стол со всех сторон. «Проголодались, бедолаги!» – посочувствовал я им. За ними степенно подплыл и Саидка. Ну, значит, и мне пора. Я не был знаком с придворным этикетом, и, чтобы опять чего не сморозить, или не вытворить, теперь старался делать все, как мой земной собрат: уж он-то, видать поднаторел в дворцовых премудростях.

Стол, за неимением тарелок, был сервирован створками устриц разного калибра, но все как одна – с покрытием из розового перламутра. Только перед Нептуном стояло огромное фарфоровое блюдо с такой обильной позолотой, что выглядело чисто золотым. Наверное, из запасов какого-нибудь сундука. Такому блюду самое место было бы в Эрмитаже. Вместо бокалов на столе красовались раковины морских анемонов, уже отживших свой век. На перламутровых «тарелках» громоздилась икра всех цветов радуги: от черной до зеленой. Украшали стол разделанные севрюга, сиги, лососи… Отдельной горкой лежали раки, креветки, устрицы. Были на столе даже лягушачьи лапки, а из овощей – морской салат и капуста. Саидка начал было старательно перечислять мне наименования блюд, но запутавшись в названиях, махнул рукой:

– А, ешь все подряд, потом разберешься!

Все подняли раковины вместо бокалов, в которых, уже было что-то налито. Как я позже выяснил, это было молоко молодых китиц. Нет, не так, наверное. Китовье молоко. Нет, тоже не звучит. Короче, молоко молодых самок китов.

– За укрепление и процветание нашего подводного Владычества! – Торжественно провозгласил Нептун.

Все дружно выпили и дружно булькнули, что-то очень похожее на наше «Гип-гип-ура!». Я тоже отхлебнул этого пойла. Оказалось, что оно не такое уж и противное, по вкусу чем-то похоже на наш кумыс, а по мозгам бьет не хуже сидра.

Потом, почти без передышки, последовали многочисленные тосты за мое прибытие, за меня, как за будущего Военного министра и надежды государства, за здоровье Владычицы морской и всех дочек, каждой в отдельности. Их имен я уже толком не разбирал, если честно. Что-то такое чудное: какие-то Амфибрахии, Ямисты, Дактилины… Одним словом, язык сломаешь, пока выговоришь. Саидка только успевал наполнять чары этой бормотухой из огромных бачков-анемонов, которые ему беспрестанно подтаскивали обслуживающие банкет крабы.