Вера Дейногалериан – Взрослый снаружи, взрослый внутри. Как исцелить внутреннего ребенка, психологически повзрослеть и стать счастливым (страница 16)
Для продолжения психологического развития нужна мотивация, подкрепленная смыслами более высоких ступеней пирамиды Маслоу – уровней творчества, познания, саморазвития и самоактуализации. Если допустить, что мы не останавливаем работу над собой, продолжая ее уже не из боли, а из любви к себе, то процесс развития приведет к тому, что мы получим во внешней реальности ровно такого же блистательного и сияющего человека, каким показывает бессознательное «лучшую версию» клиента на языке образов.
(Первый пример тому – ваша покорная слуга, которая одной только самостоятельной работой с бессознательным перевела себя из состояния «твари дрожащей» и полной ничтожности в состояние публичного человека, терапевта, учителя и проводника, за которым следуют люди.)
Преобразуя пары детско-родительских идентичностей в фигуру подлинно Взрослого, мы создаем процесс, названный Юнгом индивидуацией. Это процесс самостановления личности с развитием ее уникальных черт. В отличие от индивидуализма – мнимой уникальности детско-родительских идентичностей, неблагополучных и скрыто или явно бунтующих против коллективных требований и обязанностей перед обществом, индивидуация по Юнгу – это более совершенное, творческое и одухотворенное исполнение человеком своей миссии. Прошедший ее индивид способен служить людям и человечеству уже по доброй воле – без бунта «внутренних детей» и без давления «внутренних родителей».
Юнг делит индивидуацию на два этапа, которые совпадают с первой и второй половиной жизни человека. Задача первой фазы – инициация, посвящение во внешнюю действительность, адаптация к требованиям окружающей среды. Задача второй фазы – посвящение во внутреннюю действительность: углубленное самопознание, продвигаясь по пути которого, индивид в конечном счете постигает самость как исток и основу своего психического бытия.
И если именно требование повзрослеть бессознательное сегодня выдвигает каждому первому человеку как необходимое условие для достижения целей, то, похоже, индивидуация стала нашей общей первостепенной задачей, способной предотвратить коллективную деградацию.
Как только фигура Взрослого смоделирована в виде образа, клиент получает возможность воспринять подлинную взрослость именно как сентимент – всеми органами чувств, без необходимости в осмыслении. Тогда вопросы отпадают сами, а прежние негативные убеждения о взрослости теряют силу. Образ подлинно Взрослого запечатлевается в сознании индивида как главная и самая желанная цель, к которой стоит стремиться первостепенно, ведь все прочие цели из состояния Взрослого становятся достижимыми.
Но как вести клиента по дороге взросления, если он еще не видел и не чувствовал настоящую, сияющую взрослость? Сколько бы я ни описывала ему Взрослого, негативные убеждения «внутренних детей» о тяжелой, скучной, неподъемной жизни перевесят, очернят любые мои эпитеты. Иначе говоря: как вдохновить на взросление того, кто ненавидит взрослость?
Иногда на сессиях мне удается смоделировать взрослую идентичность, не привлекая внимания «дикарей» и «надсмотрщиков», и сразу вдохновить клиента этим состоянием. Но куда чаще противоборствующие «лагеря» бьют тревогу и включают реакции сопротивления (образы рассыпаются, исчезают, человек начинает зевать, засыпать, отвлекаться на посторонние мысли, перед глазами встает туман или белый лист и т. д.). Тогда мне приходится на словах объяснять, почему необходимо повзрослеть прежде, чем достижение других целей станет возможным. «Если бы цель была возможна для вас, – говорю я, – вы бы уже ее достигли. А раз не достигли, значит, вам необходимо стать другим человеком – тем, для которого эта цель достижима».
Здесь тот переломный момент терапии, на котором отсеются те, кто рассчитывал на «волшебную таблетку». Остаются лишь те, кто готов трудиться ради результата. Хотя, на мой взгляд, по сравнению с традиционным психоанализом и классическими модальностями психотерапии, работа с бессознательным – это и есть «волшебная таблетка», позволяющая получать за считанные встречи тот результат, который в классике достигается годами. Но всегда есть те, для кого даже «волшебная таблетка» недостаточно волшебна. Ведь детям свойственно хотеть всего и сразу – быстро и легко.
Когда я описываю подлинного Взрослого клиентам, пребывающим в детской позиции, в психологии жертвы, они оказываются попросту не в состоянии такого Взрослого представить. В лучшем случае у них выходит либо марвеловский Супермен, либо пародия на святость. «Внутренние дети» пытаются собрать Взрослого из обрывков имеющихся данных – и получается так же трагикомично, как в известной шутке, где Кай пытается сложить из букв «ж», «п», «о», «а» слово «счастье». Более того, все «внутренние дети» тотчас же панически пугаются любых предложений взросления. Они боятся не справиться со взрослостью, и «внутренние родители» тоже не хотят взросления, боясь утратить свою власть и стать ненужными.
В итоге я оказываюсь в интересной роли психотерапевта, который знает самое эффективное решение, но понимает, что оно не популярно у противоборствующих «лагерей». В бессознательном клиента, а порой и в его сознательном, взрослое Я выглядит отталкивающим. Значит, необходимо «продать» клиенту это решение прежде, чем конструктивная работа станет возможной.
Для этого требуется «конфета» – некая интегральная метафора, понятная каждому человеку, которая описала бы фигуру Взрослого в привлекательном виде. Такие интегральные эффективные метафоры давно известны. Имя им – архетипы.
Недоросль против Воина
Архетипические образы, единые для всего человечества и понятные любому человеку на земле, позволяют частично передать сентимент (в нашем случае – взрослость) – как совокупность ощущений и некую общую эмоциональную установку – в обход негативных убеждений «внутренних детей».
Индивидуацию мы можем описать как последовательное прохождение «лестницы архетипов», которое наглядно покажет индивиду этапы развития его психики, особенно те, которые он не прошел, застряв в психологическом детстве.
Концепт последовательного проживания архетипов вдохновлял многих авторов и сегодня довольно широко известен как «путь героя» благодаря книге Джозефа Кэмпбелла «Тысячеликий герой». Развивая идеи Кэмпбелла, американский филолог Кэрол Пирсон выделила в траектории пути героя двенадцать ключевых архетипов. И если описать взросление как последовательное прохождение двенадцати архетипов Пирсон, он будет выглядеть так.
Находясь в архетипе Дитя (который мы можем сопоставить с Естественным Ребенком по Берну), человек осознает себя, свое окружение и задачи по отношению к другим людям, то есть базово социализируется. Сталкиваясь с первыми утратами и проблемами, он становится Сиротой или, как его иначе называют, Славным Малым (Адаптивный Ребенок по Берну), которому крайне важно принадлежать своему окружению, ради чего он всячески стремится быть удобным и угодливым. Славный Малый – душа компании, рубаха-парень, всегда готовый прийти на помощь, образцовый обыватель, идеальный потребитель товаров и услуг масс-маркета. Но в то же время он всегда – Сирота, со всеми болями покинутости и недолюбленности.
Затем наступает тот поворотный момент, с которого начинается взросление: герой должен перейти в архетип Воина, который позволит ему обрести волевые качества сильного Эго, развить в себе мужество, дисциплину, умение отстаивать свои интересы, трудолюбие, упорство и т. д. А уже после того, как познает себя во многих победах и поражениях, он сможет стать Опекуном (Заботливым Родителем по Берну) и воспитывать Дитя.
На этом малом круге пути героя замыкается жизнь большинства людей, поскольку им не требуется большего.
Однако, как мы видим, в малом круге Недоросля полностью исключен архетип Воина. В итоге недоповзрослевший Славный Малый сразу переходит в состояние состарившегося и неблагополучного Опекуна (Критикующего Родителя по Берну). Одновременно он может слышать зов большого круга пути героя, но чувствовать, что лишен силы выйти на путь и парализован страхами. Как правило, именно в этом состоянии кризиса индивидуации мой типичный клиент и обращается к психотерапевту: он не способен качественно завершить первую фазу, чтобы перейти во вторую, и описывает проблему словами: «Все вроде есть, а счастья нет, чувствую в себе потенциал, но ничего не делаю для его реализации».
Для того чтобы избавить индивида от болей непрощенной индивидуации, необходимо вытолкнуть его на стезю архетипа Воина, откуда и начнется взросление и новый, большой круг пути героя.
Первый архетип большого круга – это Искатель, зов которого толкает Опекуна выйти за порог уютного домашнего мирка и отправиться в путешествие саморазвития на поиски нового себя и жизни во всей ее полноте. Об этом переломном моменте сам Юнг пишет: