Вера Дейногалериан – Взрослый снаружи, взрослый внутри. Как исцелить внутреннего ребенка, психологически повзрослеть и стать счастливым (страница 15)

Сливая постепенно все взрослые фигуры воедино и загружая их обратно в тело, как на жесткий диск компьютера, в реальной жизни мы получаем человека, который все больше умеет властвовать собою, которого уже не мотает, как флюгер, из стороны в сторону, не качает на эмоциональных «качелях», который может оставаться верен себе в любых ситуациях и везде будет хозяином положения.

В практической работе с бессознательным отлично видно, что подобный Взрослый, смоделированный самим бессознательным, совершенно не похож на механистического человека-компьютера Берна. Да, ему, без сомнения, доступны все компетенции берновского Взрослого: он так же рационально мыслит, руководствуется долгосрочной выгодой и логикой, он столь же ассертивен в коммуникациях, то есть способен с любым человеком общаться на равных, дисциплинирован и высокоорганизован, он знает, чего хочет, и знает, как прийти к цели. Но это совсем не человек-машина. Нельзя сказать, что у него нет чувств. Скорее у него отсутствуют лишние эмоции. А вместо них – более глубинные и стабильные состояния. Ибо, как писал Ницше: «Не в силе, а в длительности высших ощущений заключается величие человека».

Сущностные состояния подлинно Взрослого – это:

– покой – спокойная уверенность, мудрость, полное доверие себе, миру, людям, жизни, способность в любой ситуации сохранять невозмутимость, отсутствие страхов и тревог;

– любовь – та безусловная любовь, которая еще не получила специализации, которая служит энергией для чего угодно и направляется в первую очередь на самого себя, свою жизнь, свое дело, людей, мир. Взрослый использует любовь как инвестицию: достаточно сфокусироваться на выбранной сфере или аспекте жизни – и там будет преуспевание, в полном соответствии с расхожим «где наше внимание – там рост»; неограниченный источник любви у Взрослого – в самом себе, он не нуждается в поддержке или одобрении извне;

Все проблемные фигуры в бессознательном хоть чем-то да отличаются друг от друга, все благополучные фигуры похожи как две капли воды.

– «окейность», позитивное мышление – удачная система убеждений в бессознательном, которая позволяет Взрослому, грубо говоря, хорошо думать обо всех и обо всем и не размышлять ни о чем лишнем. Взрослый решает любые задачи в моменте, без необходимости думать о них загодя, ему не нужно готовиться к черному дню и создавать катастрофические ожидания, он понимает: «Что бы ни случилось, я с этим справлюсь»;

– бытийственность – сочетание трех факторов выше позволяет Взрослому жить в состоянии блаженства бытия, той жизнью, где абсолютно все, на что падает его взгляд, приносит ему радость, где счастье – это не линия горизонта, бег за которой тщетен, а развитый навык и признак того, что Взрослый на своем пути и верен себе;

– чувство связи с чем-то высшим – подлинный Взрослый неотделим от высших смыслов, роста и развития. Стремление ввысь для него естественно.

Такой Взрослый в повседневной жизни человека способен реализовывать любое поведение – и родительскую заботу, и детскую креативность – там, где это требуется и уместно. Для этого ему не нужно ни «впадать в детство», ни «состариваться». Подлинно Взрослый – по-настоящему целостный и именно поэтому может быть многогранным. Как бриллиант, который, сверкая разными гранями, остается самым прочным минералом на планете. В отличие от Взрослого, россыпь незрелых «внутренних детей» и «внутренних родителей» можно сравнить с битым бутылочным стеклом – разноцветным, но бестолковым, которому грош цена, да еще и пораниться можно.

Взрослый, порожденный самим бессознательным как максимально благополучная «программа» мышления, состояния и поведения, привносящая в реальную жизнь человека и желаемую эффективность, и счастливость, на образном языке выглядит как фигура, излучающая свет. Это действительно «лучшая версия», «великолепное Я» клиента.

Некая высшая, надмирная идентичность, которая тем не менее великолепно живет и действует в материальном мире.

Разумеется, такая фигура обладает и всеми взрослыми добродетелями, такими как дисциплина, воля, трудолюбие, ответственность, интуитивность, способность исполнять свой долг, умение принимать решения, делать выбор и быть верным этому выбору, упорство, терпеливость и др.

У Взрослого, созданного бессознательным, полностью отсутствуют душевная боль и лживость. От его фигуры исходит удивительное ощущение спокойной силы, целостности и единства мыслей, чувств, поступков. Погружая эту фигуру в «кинофильм» с декорациями реальной жизни клиента, мы всегда видим, как она реализует самые удачные сценарии поведения и жизненные стратегии, которые даже не приходили в голову внутреннему Ребенку. Взрослый живет из любви, а не из страха, и действует легко, но всерьез.

Расспрашивая, рассматривая эти великолепные фигуры и наблюдая за их выборами и решениями, можно заметить, что ценности подлинно Взрослого весьма созвучны философии стоицизма. И ровно так же, как некогда стоицизм сделал Европу великой, так подлинно Взрослый делает жизнь человека благополучной через забытые психологически-детьми, неведомые им и пугающие их ценности: труд, дисциплину, порядок, правдивость, ответственность, бесстрашие.

Всякое нравственное действие для такого Взрослого естественно. Он легко согласует свои интересы с задачами увеличения общего блага. Любые безнравственные поступки воспринимаются им как саморазрушение и чужды его природе. Воздержание, аскезу и развитие своей личности он считает инструментами достижения счастья. Вместо «мусорных» эмоций у такого Взрослого высокие чувства: честь, доблесть, достоинство, благородство, вкус. Он обладает тактом, утонченностью, пунктуальностью, порядочностью, постоянством, внутренней и внешней безупречностью, великолепными манерами. Он способен быть неизменным, не склоняясь ни перед какой силой, и в то же время постоянно расти, преумножая свои добродетели. Это фигура огромной внутренней силы, у которой нет необходимости с кем-то или чем-то конфронтировать. Сила ее направлена на жизнь, на созидание. Такой Взрослый – великолепный стратег, он мыслит долгосрочной перспективой и подобен стреле, летящей к цели – без колебаний и рефлексий, без страха и упрека.

Рядом с психологическим портретом нашего типичного современника образ такого Взрослого выглядит поистине сверхчеловеческим. Сравните:

– типичная фигура «я в проблеме», одинаковая у практически любого человека: серая, ссутулившаяся, уставшая, печальная, источает неуверенность. В тяжелых случаях она и вовсе черная, стремящаяся в позу эмбриона;

– фигура подлинно Взрослого: высокая, сияющая, с безупречной осанкой, излучающая спокойную уверенность и состояние всемогущества и бессмертия.

Самость против Эго

С появлением такого сияющего Взрослого, способного сделать гармоничным сосуществование Ид, Эго и Супер-эго, мы уходим от концепций слабого или сильного Эго по Фрейду, механистического Взрослого по Берну, невротизирующего «фашистского» Эго по Делезу и Гваттари и вверяем роль организующего центра личности великолепному явлению, которое Юнг называл самостью.

«С интеллектуальной точки зрения, – писал Юнг, – самость – не что иное, как психологическое понятие, конструкция, которая должна выражать неразличимую нами сущность, саму по себе для нас непостижимую… С таким же успехом ее можно назвать «Богом в нас». Начала всей нашей душевной жизни, кажется, уму непостижимым способом зарождаются в этой точке, и все высшие и последние цели, кажется, сходятся на ней».

Самость по Юнгу – это архетип целостности, символ полноты человеческого потенциала и единства личности, который занимает центральное место в управлении психической жизнью индивида. Фигуры подлинно Взрослых идентичностей, возникающие при успешной трансформации детско-родительских фигур, необычайно напоминают ее по своим качествам и последующему влиянию на судьбу человека. Можно сказать, эти фигуры заряжены самостью так же, как детско-родительские фигуры в бессознательном заряжены ресентиментом.

Заметное сходство юнгианской самости с тем, что креационисты называют «душой», сквозит в реакциях самих клиентов, которые, видя себя в состоянии подлинной взрослости, нередко именуют эти образы словами «мое высшее я», «мое лучшее я», «лучшая версия меня» и т. п.

В полном соответствии с концепцией Юнга о том, что мир состоит из пар противоположностей, соединение которых приводит к появлению более высоких уровней организации бытия, работая с бессознательным, мы, сливая воедино все детско-родительские идентичности, получаем фигуру высокоуровневого Взрослого, заряженного самостью. Так мы постепенно вытесняем из «парламента частей» индивида слабость, боль, озлобленность и мстительность (ресентимент) и создаем качественно иного человека – гармоничного, нравственного, благородного, благополучного, подтверждающего правоту поговорки: «Путь в справедливое общество лежит через кабинет психотерапевта». Именно такой человек способен достичь всех своих целей.

В этом месте можно испугаться, что мы вплотную подошли к возможности создания сверхчеловека, но бояться тут нечего: подавляющее большинство клиентов прекратят работу с бессознательным, как только их житейские проблемы будут решены и наступит плато благополучия, поскольку мотивация типичного клиента подпитывается социальными смыслами (личная счастливость и удовлетворенность, успех в делах, признание другими людьми, финансовое благополучие и т. д.).