Вера Авалиани – Мелодия страсти (страница 9)

И это желание – умереть через пять минут, как сюда вернется мой жених? Софии ударила другою ногой по руке нахала. Но тот удерживал девушку и двое других подгребли к бортику, жадно разглядывая нагую Афродиту и сально улыбаясь.

– Да ладно, у нас другая рекламная концепция: три в одной. Это всегда лучше одного жениха. Да и убить нас трудно – мы во всех отношениях большие люди. – пошутил второй толстяк с гигантским животом. – И ухватил Соню за вторую ногу. Если б не было угрозы, что красотка при рывке за ноги не ударится при падении затылком о мрамор, то оба они давно бы ее стащили вниз.

А пока просто приковали ее к бортику, бесстыже разглядывая.

– Ну, тогда на помощь жениху придет группировка Иллариона, у него работал мой бывший муж, пока не погиб в автокатастрофе.

При этих словах оба толстяка из числа бизнесменов старой закалки дружно отпустили руки.

Да ладно, мы же пошутили. На вас же нет татуировки, «Я не проститутка», а резвились вы, извините, в чем мать родила. Простите покорнейше, не разглядели ваш моральный облик. Язвительно отшутился третий, жестом головы приказывая друзьям, что б плыли обратно к пиву.

И вовремя.

Как раз в поисках Софи пришел Клод вместе с массажистом – угрюмым дядбкой с бицепсами, как у штангиста. Он, конечно, понял, что произошло. Но устраивать сцену не стал.

– Смотрю, тебе не давали скучать. Наверное, они хотели узнать дорогу к Северному полюсу, где живут их родственники – тюлени.

Соня засмеялась. И мужики тоже. И вправду они не были злыми. Просто привыкли ловить момент. Иногда за ноги.

А Клод был верен себе – мысленно проводил аналогии схожести всех людей с животными, и приписывал по аналогии черты характера зверушки ее «человеческому воплощению». И это была еще одна их общая с Соней черта.

Соня неторопливо подошла к Клоду, любуясь его великолепной фигурой и грацией. Демонстративно обняла его за талию и спрятала голову под мышку.

– Пойдем, пусть меня вернут к нормальной жизни руки этого костолома. То есть, костоправа. И массажист тоже улыбнулся: сколько народу в стране теперь знают английский!

– Просто твой любовник делала тебе спортивный массаж, а нужен – медицинский. Придется брать в руки сосуд и вести, его продавливая, до слияния с другой артерией, а не просто сильно массировать руку.

До этой фразы костоправ казался Соне этаким Кин-Конгом. А после того, как он проявил знания, она повысила его до медведя-шатуна. Тот извлекает прокорм хитростью и умением, а не тем, что сосет лапу в берлоге.

– Будто отвечая на ее мысли, Клод спросил у массажиста:

– Забыл спросить, как вас зовут?

– Зовите Мишей.

Клод с Софии понимающе переглянулись.

Арсен очень довольный пошел домой к дяде, собираясь рассказать родне о своей встрече с великим и могучим Илларионом. И заверить, что за неисполнение заказа на убийство им с дядей ничего не будет. Точнее, заказ изменился. Назовем это бумерангом.

По дороге Арсен зашел сфотографироваться в будку у метро. Ему же придется делать фото на загранпаспорт. Естественно, на чужое имя. Никто ему об этом не сказал, когда позвонились по его телефону, когда он уже сел в машину и отправился в банк – убивать царицу Тамару. Охранники ему сказали, что Тамару Семеновну нужно будет «обслужить» не здесь, как решено было, а за границей, куда она отбудет вечером.

Но Арсен поедет за ней через два дня.

А пока следить отправится Гия, поскольку у него уже есть шенгенская виза. Начальник охраны ни в каких преступлениях группировки не участвовал, поэтому перед законом был чист – специально, чтобы иметь возможность ездить за границу. Правда, если по данным слежки в аэропорту дама весомых достоинств отправится в другую страну, с еврозоной не связанную, тогда ему придется сделать визу им обоим с разницей в день-другой.

Выйдя из будки, где делал фото, Арсен, рассматривая на ходу фото, буквально споткнулся о сидящую у края тротуара старушку с бобами – она гадала желающим за маленькие деньги.

Решив проверить, правда ли это или чушь, он дал бабке в платке двести рублей.

Так кинула и разложила крупную фасоль, и сказала, что жизнь у парня стара опасной два года и два дня назад. А теперь его ждет дальняя дорога, которая ведет… к могиле.

– Чьей могиле, – вздрогнул Арсен, – что ты мелишь!

– Уезжай, поручение не выполнишь – выживешь, а попытаешься выполнить – могила будет твоей.

Настроение сразу испортилось. Что же ему делать после таких пророчеств.

– А ничего, – решил Арсен, – скроюсь-ка я просто в другой стране, а не в той, куда должен бы улететь. «Я от бабушки ушел, и от дедушки ушел, – спел вслух Арсен. И дяде он ничего не будет говорить, просто скажет, что девка, которую надо грохнуть, ночью попала в больницу. Придется подождать.

Это только в кино убийца следует плану, окутан сетью обязательств, страхуется и шифруется. Нет бы взять аванс и не париться!

Тамара Семеновна была мрачной. Она зло забрала у Сухожилина записи половых актов Сафьи, которые делал ее покойный сын (хоть капитану она соврала, что нанимала с этой целью частного детектива).

Она сперва подумал, что отдаст их режиссеру Заславскому. Это ведь он тогда «стукнул» газетчикам на Соньку, что она с ума сошла, и Ангелы ей мерещатся повсюду, значит, ненавидит эту девку за что-то. Пусть использует кадры порно-съемки в каком-нибудь новом фильме «для взрослых».

Но, помешкав, потом решила не тратить время понапрасну, и просто найти хорошего компьютерщика (сама-то Тамара типичный «старый чайник» в этом деле), и тот выложит компромат на Соньку в Интернет. Тогда позор ей обеспечен хоть у нас, хоть в Австралии – Слава Сети! В Индии, куда «царица» решила отправиться, как раз много отличных компьютерщиков и хакеров.

Она радостно потирала руки, ловя такси, чтобы отправиться в аэропорт и купить билет на рейс до Дели, а оттуда – на Гоа.

Монументальная Тамара Семеновна и не знала, что ей опять повезло так же, как Софье: планы на счет ее убийства были расстроены киллером – «пофигистом», также, как, впрочем, и ее собственные планы убийства Соньки треклятой.

Соня заснула под руками массажиста, хотя это было непросто: больно было. Но усталось сморила ее в какой-то глухой, мутный сон. В нем Илларион ее спрашивал: – Ты позаботилась, чтобы сохранить моего ребенка». И от ужаса от того, что он мог бы быть прав, Соня проснулась. И тут же решила, что жениться им надо срочно и уезжать из России: если Илларион будет так думать, то его «оторва» Нана убьет Соню, не разбираясь – на всякий случай. Да и на Клода может виды иметь. Ну и разуверять Иллариона Софье не очень-то хотелось.

Стоит о черте подумать, как он тут как тут: на экране мобильного телефона высветилась надпись: Илларион. Соня хотела сбросить, но решила узнать, что надо этому гению преступного мира.

– Алло, – слабым голосом отозвалась она, – Я на процедуре, – наполовину соврала Соня, ведь массаж так и можно было бы назвать.

Михаил уже массировал ей плечи, а рука отошла совершенно, остался только багровый синяк.

Соня, у меня для тебя приятный сюрприз! – Илларион говорил иронично. Твоя свекровь написала и заверила у нотариуса дарственную на твою квартиру в пользу Софьи Орловой, поскольку сама Тамара Семеновна срочно уезжает из страны навсегда. И я ее убедил поступить справедливо.

Можно себе представить, сколько ногтей пришлось бы вырвать этой мегере с залакированными волосами, чтобы она отписала ей пентхаус, когда можно было за него побороться.

– Спасибо Вам огромное! Это царский подарок. – Искренне сказала Соня. Ей даже комок к горлу подступил.

– Тебе и твоему малышу, – улыбнулся в трубку Илларион. – При упоминании малыша Соня аж задохнулась от неожиданности. Ну, конечно, Гия же интересовался ее здоровьем в полном объеме!

– Чтобы избежать шантажа в будущем с твоей стороны, я проверил в больнице: ребенок не мой. Так что подарок – от чистого сердца, – Илларион рассмеялся, верно вычислив реакцию Сони.

– Еще раз спасибо, – закричала Софья в трубку. И испытала громадное облегчение.

– Не за что, поправляйся, – с отцовскими интонациями продолжил разговор Илларион. – Дарственную отвезу нотариусу, у которого оглашали завещание, – заверил он уже деловым тоном, и отключился.

Соня ликовала. Ей хотелось вскочить и прыгать на месте. Надо же, не придется судиться, доказывать что-то, просить о помощи свидетелей, которые неизвестно как относятся к ней теперь и могут быть Тамарой перевербованы! Камень с души упал и разбился.

Клод спросил, что случилось. Про тест на отцовство она ему не сообщила. А вот про дарственную на квартиру отъезд Тамары Семеновны – поведала. С восторгом.

Клода насторожило такое отношение преступного авторитета к его Соне. Но она так рада была известию, что квартира ее, что Клод отогнал от себя подозрения.

– Это надо отметить! Особенно учитывая тот факт, что мы толком не ели уже больше суток.

– Я последний раз ела пшенную кашу с компотом в больнице. После операции. – проявила Соня свою память.

– А я и вообще не помню ели что – то два дня. Только не хочется ехать переодеваться – мы ведь одеты для бани и машина у нас не с собой.

Массажист Миша, смахнув пот со лба, посоветовал им поесть тут же, в кафе при банях.

– Тогда и вас мы приглашаем. Ведь вы спасли мне руку, – позвала его в компанию Соня. Перевела Клоду сказанное ими с Мишей. И вся троица, одевшись, отправилась пировать.