Вера Ард – Шесть из восьми (страница 29)

Олег Сергеевич замолчал, не подозревая, что объяснил сейчас загадку, над которой Вика второй день ломала голову. Теперь стало понятно, почему Яна так вцепилась в Марка и почему потом у них начался конфликт. Амбициозная девица не могла стерпеть, что останется без выигрыша. Но оставался главный вопрос: как это все связано с тайником?

– А именно Марк Шарвин был выбран случайно? – уточнила Вика.

– Да… Он был не один с такими результатами тестов, но он подходил нам по возрасту, плюс жил в Твери, не так много пришлось бы тратить на билеты, мы же оплачивали участникам дорогу.

– А-а-а, вот почему у вас никого нет из Сибири или с Дальнего Востока.

Креативщик сразу начал изворачиваться:

– Ну, дело же не только в наших деньгах. Если у нас будет пара с девушкой из Калининграда и парнем из Анадыря, то шансов, что они в реальности сойдутся, тоже значительно меньше, чем если бы они жили на расстоянии нескольких часов пути на поезде.

Вика не удержалась:

– То есть все-таки расстояние для любящих сердец – помеха? А в рекламе вы говорили совсем другое.

– Так, извините, у меня не слишком много времени. – Голос креативщика сразу стал жестче, видимо, Олег Сергеевич, как и его подчиненная, не любил, когда его уличали в обмане. – Могу вам еще чем-то помочь?

– Да, нужно проверить ноутбук погибшей. Он же остался у вас? Браузер, приложения за последний месяц. Все необычное, что заметите. Получится?

– Да… Думаю, сможем. Ее рабочий ноутбук – собственность компании, мы его посмотрим. А в телефоне вы ничего важного не нашли?

– Проверить телефон не так просто. Паролей у нас нет, из ее родни, c кем удалось связаться, их никто не знает. Я отправлю официальный запрос на проверку, но непонятно, сколько времени это займет. Надеюсь, по ноутбуку вы пришлете всю информацию мне. Обещаю, что без согласования с вами мы никаких комментариев прессе давать не будем.

Олег Сергеевич согласился, а Вика, попрощавшись, допила остывший чай и высунулась из кабинета. Отделение полиции было очень маленьким, и КПЗ, где провел ночь Марк, находилась буквально через дверь от ее кабинета. Вика подошла к камере и увидела, что Марк лежит на нарах с закрытыми глазами. Следователь смотрела на него пару секунд, но задержанный так и не соизволил открыть глаза, хотя она и была уверена, что он лишь притворяется спящим. «И что с ним не так?» – подумала Вика. Нет, она ничего не имела против геев – каждый волен выбирать, с кем ему спать. И сама, работая в органах, понимала, как сложно человеку с такой ориентацией быть чиновником. Но было в нем все же что-то нездоровое. Хотя и вызывал он скорее жалость, чем страх. Тем более когда она узнала, что его втянули в эту историю как предмет спора.

– Вы меня совсем не планируете отпускать? – Марк приоткрыл один глаз и, сощурив второй, посмотрел на Вику, стоящую за металлической решеткой.

– Имеем право, до трех суток.

– На работу ко мне уже доложили?

– Я не звонила, – пожала плечами Вика.

– Уверен, что другие нашлись. Когда вернусь, заставят написать заявление по собственному. Столько лет работы, и все будет перечеркнуто этим задержанием.

– Я попрошу со своей стороны, чтобы пока никому не сообщали, но гарантировать не могу. Кстати, если вам нужно еще с кем-то связаться кроме родителей… – добавила она, пытаясь наладить контакт, но не готовая сказать мужчине фразу: «Своему молодому человеку, например», – мы можем устроить звонок.

Марк усмехнулся, но как-то очень горько:

– Звонить мне некому. – И после паузы, будто пытаясь отогнать от себя неприятные мысли, добавил: – Я сейчас мечтаю только об одном: помыться! До сих пор краской пахну.

– Вам разрешили переодеться, могли бы и так оставить.

– Н-да, типа я должен быть благодарен. Одежду ту выбросили?

– Нет, конечно. В вещдоках лежит. Заберете потом.

Марк усмехнулся:

– Можете выкинуть, сомневаюсь, что я захочу ее снова носить.

– Послушайте, Марк… – Вика убрала язвительный тон. – Я хотела бы проверить одну версию, но мне нужно, чтобы вы точно вспомнили, что произошло в ту ночь. Особенно важно понять, кого из девушек вы все-таки видели. Марк обхватил голову руками и глубоко вздохнул.

– Думаете, приятно все это вспоминать, сидя в таком месте?

Вика пожала плечами:

– Пока вы основной подозреваемый. И в ваших интересах дать мне всю информацию по поводу произошедшего, чтобы мы могли найти настоящего виновника.

Марк опустил руки и внимательно посмотрел на Вику сквозь решетку.

– Там в темноте точно стояла девушка, фигура была женской. Она наклонилась к свету, идущему из земли, и оттуда вылез этот монстр. Мне кажется, это была Яна. По крайней мере, ночью я был почти в этом уверен.

– А не могло быть так, что вы просто искали Яну и поэтому так подумали?

Марк сощурил глаза, было заметно, что нервы у него сдают.

– Не знаю! – чуть не выкрикнул он.

– Хорошо, но в тот момент, когда вы их только увидели, у вас не было ощущения, что Яна специально там стоит и ждет человека снизу?

Марк пожал плечами:

– Может быть, она действительно там кого-то ждала. Когда я подошел, женская фигура уже стояла у ямы и оттуда вылезал этот монстр.

– Подумайте, не было ли слышно каких-то еще голосов? Может быть, шагов?

Марк вновь покачал головой.

– Я все вам рассказал. Пожалуйста… – Он резко подскочил к решетке и схватился за нее руками, так что Вика отшатнулась. – Пожалуйста! – громко отчеканил он, выделяя каждое слово. А в глазах читалась сильнейшая усталость. – Выпустите. Меня. Отсюда.

– Делаем все что можем, – бросила в ответ Вика и направилась обратно в кабинет.

Она уже почти открыла дверь, как вдруг, поддавшись неожиданно пришедшей в голову мысли, вернулась к другой версии. Новая версия казалась ей странной, но тоже требовала проверки. Попросив сотрудника помочь, Вика вернулась в кабинет.

– Виктория Павловна! – вскричал Пантелей, ждавший ее на рабочем месте. Судя по возгласу, у парня были какие-то новости.

– Ну что ты так орешь… – спокойно произнесла следователь, присаживаясь на стул. – У меня тут идея одна возникла, – начала она, – которая могла бы объяснить, почему в тайник полезли именно в эту ночь…

– Да послушайте, – перебил ее Пантелей. – Тут звонили с земли. Подруга Лилии Кульпиной перед самым отплытием из Сортавалы получила от нее сообщение.

– Какое еще сообщение? – Вика с интересом посмотрела на сгорающего от желания поделиться информацией помощника.

– Лилия написала, что среди участников есть ее бывший!

Вика чуть ли не подскочила на месте:

– А имя она назвала?

– Нет, но, кажется, все очевидно. В сообщении было написано…

Пантелей сделал театральную паузу, доставая из кармана телефон, где, видимо, записал текст. Вике захотелось стукнуть парня, лишь бы он поторопился. Голосом жутко довольного двоечника, сумевшего наконец, решить задачу, Пантелей прочитал:

– «Помнишь того программиста-импотента, которого я десять лет назад бросила? Прикинь, он тут. Может, я зря тогда сбежала и он и есть моя судьба?»

12 мая. День

Евгений сидел у заводи вдалеке от лагеря и пытался хозяйственным мылом оттереть пятно от угля на свитере. Организаторы да и сама логика подсказали, что стиркой стоит заниматься вдали от того места, где они набирают воду для готовки еды. Так что грязная одежда была прекрасным поводом уединиться и подумать о происходящем. Все планы шли коту под хвост. Почему-то, когда идея пришла ему в голову, казалось, что ситуация будет полностью под контролем. Что он сможет добиться своих целей. Каких? Сейчас он даже себе не мог ответить на этот вопрос. Просто все пошло не так. Совсем не так. Но самое удивительное, что теперь он не был уверен, что хочет все вернуть на круги своя. На острове появилась Саша и все перевернула. Его тянуло к этой простой понятной девушке, которая радовалась жизни, у которой уже был сын и которая, наверно, и ему могла бы родить ребенка. Евгений осекся: о чем он думает? Какие дети в его ситуации… Но так хотелось надеяться, что с ней все будет по-другому. По крайней мере, он видел, что она действительно хочет общаться с ним, что она готова заботиться о нем. И теперь он начал думать, что, может быть, стоит оставить в покое прошлое.

– Что, Саша тебе не предложила свитер постирать? – Евгений вздрогнул, услышав знакомый высокий голос. Он обернулся: за его спиной стояла Лиля.

– Я вполне сам могу справиться, – пробурчал он и демонстративно продолжил натирать свитер мылом.

Лиля постояла секунду и опустилась на корточки, оказавшись совсем рядом с ним. От нее исходил тонкий, едва уловимый запах духов. Нет, не тех, что одиннадцать лет назад. Каких-то других, но тоже фруктово-сладких. Этот запах преследовал его целый год, когда она ушла. Казалось, что он идет по Питеру и каждая вторая девушка пахнет этими духами. На пешеходном переходе, на эскалаторе метро, в лифте многоэтажки. Он просто сходил с ума, лишь переезд в Москву немного успокоил. По крайней мере, он больше не слонялся часами по Невскому проспекту в надежде на случайную встречу или в страхе увидеть ее гуляющей с каким-то незнакомцем в тех местах, где они ходили, взявшись за руки, наслаждаясь теплым майским солнцем, красотой старых домов и друг другом. В запахах бензина и московской пыли некогда было искать знакомый аромат.

– Мы ведь так и не поговорили с тобой. – Лиля протянула руку и коснулась его мыльной ладони. – Я столько раз порывалась тебе написать, просто попросить прощения…