Вера Анучина – Анамнез: смех, диагноз: страх. Лечению не подлежит (страница 2)

В самый разгар моих метаний между мопсами у меня зазвонил телефон. Я даже не пыталась ответить – у меня целых три сложных высокотехнологичных механизма в работе, я не могу отвлекаться. Назойливые звонки смолкли, чтобы тут же начаться опять.

Я не глядя могла сказать, кто это был. Если исключить мошенников. Нет, не Таня: та доверила мне исполнение задачи и уже не волновалась о своих хвостиках. Это был Эдик. Мы встречались какое-то время, но в какой-то момент мне стало очень от него душно, запахло модными нынче газлайтингом и абьюзом, и я это прекратила. Только Эдик не унимался – писал, звонил, ждал под окнами. Именно поэтому я перебралась к Тане.

Брякнуло сообщение. "Позвони, когда сможешь."

"Никогда", подумала я. Но набрала: "Есть что-то, что нельзя написать?"

Звонок раздался опять. Я и забыла, что в этих отношениях нельзя было подавать признаки жизни. Я сбросила звонок. И потом еще раза три. Таня удивлялась, почему я не заблокирую этого настойчивого абонента. Хороший вопрос, я всё надеялась разойтись мирно. Но на самом деле боялась его агрессии в ответ на такой шаг. Он знал обо мне очень много: место жительства, место работы – хорошо, хватило ума не распространяться, где именно в Аэропорту Пулково я работаю. Пусть считает, что на стойке регистрации или на досмотре, а не в диспетчерской. Про Таню он знал, я их даже знакомила. И как раз она и заметила неладное в его поведении.

Мы сидели на моей кухне и ели окрошку. Сначала мне высказали за мою невоспитанную собаку, которая выпрашивает еду. Но это самое её любимое: варёная картошка и курочка и свежие огурцы. Естественно, она преданно смотрела всем в рот, надеясь, что оттуда что-то выпадет.

– Габи до своих шести лет жила в клетке и рожала, словно конвейер, – вступилась за неё Таня. – И у неё проблемы с пищевым поведением.

– Собака должна знать своё место! – возмутился Эдик.

– Она и знает, это её дом! – при нас с Таней мопсов задевать было категорически нельзя. И чихуа. Которая сидела у девушки на коленях и под неодобрительный взгляд Эдика ела со стола покрошенное варёное яйцо.

Потом досталось и моей окрошке:

– Ну, спасибо, накормила покрошенным салатом с водичкой, – язвительно сказал он, вставая из-за стола.

Тут пригорело уже у нас обеих. Ну, да, ты молодец, сам готовишь, делаешь вкусное рагу. Но и покрошить салатик – это тоже труд. Если с начала отношений обесценивается окрошка, потом за полтора часа будет ожидаться обед на восемнадцать персон из пяти блюд. Водичка, между прочим, была домашняя, по бабушкиному рецепту! Мне нравилось и пироги печь, и квас делать, и закатывать на зиму помидоры-огурцы. А тут – водичка! Так мой квас ещё никто не оскорблял. И таких моментов было много, так что в какой-то момент я сказала: "Хватит!". Но, видимо, недостаточно твёрдо сказала.

Следующий звонок раздался, когда я пыталась одновременно вынуть из пасти Тайсона кусок варёной картошки и догнать Варю, которая приближалась к сходу с тротуара на проезжую часть. При этом приходилось ещё тянуть на поводке свою собаку, которая взяла курс на любимый фруктово-ягодный киоск и никак не хотела отказываться от похода туда. Вдруг какая черешня или клубника ей перепадёт.

– Что надо? – рявкнула я.

– Пупсик, я тебя боюсь, – услышала я голос Тани и выдохнула.

– Прости! Мой сталкер опять названивает.

– Заблокируй его к чертям!

– Не могу, у него в заложниках мой планшет. Я просила передать через бариста в кофейне, где он часто бывает. Но увы.

– Ладно, отберёшь планшет, и заблокируешь. Я чего звоню, – сказала Таня.

– Да, чего звонишь? – оглянулась я в поисках Тусика. Он упёрся головой в заборчик и не понимал, почему его не пускают дальше. Я развернула его на 180⁰, и он радостно зашагал дальше. За этот миг моя Габи нашла кем-то уже пожёванное яблоко. Пришлось отбирать.

– Короче, я вылила кофе на себя кофе, и моё платье не пригодно для носки. На работу сойдёт, а вот вечером уже не очень.

Таня хотела задержаться после работы, чтобы не заезжать домой, и мы договорились встретиться в ресторанчике перед квестом. Это была моя расплата за её участие.

– Хорошее было платье – ответила я. Хотя даже не помнила, в чём именно уходила Таня. Но для неё все платья были хорошие и красивые, другие она не покупала.

– Принесёшь мне, во что переодеться?

– Без проблем, только мне нужны очень чёткие указания.

– Я тебе скину фотографию. Сарафан, который ты носила, как только перекрасилась. Мы тогда с Антоном на залив ездили. Сейчас он висит в моём шкафу, ты найдёшь.

– С таким описанием очень надеюсь, что да.

Я прекрасна помнила этот день и одежду, которая была на мне. Таня одолжила мне кое-что из своих вещей на первое время, потому что мой гардероб категорически не подходил к новому образу! И тогда же я познакомилась с Эдиком. Потом он сказал, что этот сарафан мне категорически не подходил. И даже потащил меня в магазин за одеждой. С моей неприязнью к шоппингу это было самое провальное свидание.

– Если что, я перезвоню, уточнишь координаты шкафа – сказала я и отключилась. – Ну, что, мальчики и девочки? Поскакали домой, кушать?

"Кушать? Кто-то сказал кушать?" – оживилась моя Габуська. Я запихнула обратно в коляску усталую Варю и возмущённого окончанием прогулки Тайсона, угостила всех для воодушевления кусочками вяленого кроличьего уха, и мы направились в кондиционированную прохладу квартиры.

Едва я успела вымыть и вытереть дюжину лап, Эдик позвонил опять. Я сдалась, и ответила.

– Привет! – бодро и радостно прозвучал его голос. Будто и не было никаких скандалов, нескольких расставаний, его постоянных звонков и полотен текстовых сообщений. – Ты получила мои цветы?

– Ты звонишь, чтобы узнать именно об этом? Сутки спустя? – я выдала собакам их миски, расставив по разным углам. У меня было буквально секунд девяносто, пока соревнующиеся в скорости поедания Габи и Тайсон закончат трапезу и полезут отбирать порцию Вари. – Букет стоит на работе, но я ждала планшет.

– Скажи, где и когда мы встретимся, – гнул своё Эдик.

– Мы договорились, что ты его отправишь курьером, – напомнила я. У Эдика осталось сорок пять секунд.

– Это ты так решила, я не договаривался. Я передам его тебе сам.

Примерно так проходили все наши диалоги. Нужно было следить за каждым своим словом. Я вздохнула и принялась считать до десяти. Во время и после общения с Эдиком я пересмотрела и перечитала много информации о нарциссах, психопатах и прочих обладателей диссоциальных расстройств личности. Так вот, есть такая чёрточка, что конкретно нарциссы в своих играх предпочитают живое общение со своей жертвой. Считая, что могут таким образом повлиять на любое принятое решение и обратить любой диалог в свою пользу.

Время истекло. Тайсон доел первый, обрызгав всё вокруг миски своей слюной, и направился на зáпах еды Вари. Габи ускорилась. Варвара, поняв, что началась охота за её едой, злобно зарычала. Если вы только слышали рычание мопса, вы бы тоже испугались.

– Я жду курьера, встречаться с тобой я не буду. Никогда.

– Почему? Мы должны поговорить! Я должен понимать, что именно не так! Я исправлюсь!

– Можно, пожалуйста, перестать бороться за наши отношения? – я начала закипать.

– То есть ты не исключаешь, что у нас могут быть ещё отношения?

Очень хотелось заорать. Но я сдержалась. Да, Тайсон это не услышит. Но нежные девушки испугаются, и у меня будет три лужи. В тех местах, где мой крик застанет собак: тревожную Габи, нежную Варю и трепетную Молли.

– Я. Сказала. Нет. Ничего больше не будет, – постаралась ответить я максимально твёрдо и повесила трубку. Но опыт подсказывал, что это ещё не конец.

Глава 3.

В этом квесте в теории было прекрасно всё. Отсутствие мобильной связи и интернета. Там не то, чтобы вышек 5G не было, не пробивалось ничего. Кроме проводного телефона и оптоволоконного кабеля. Нас об этом предупреждали, даже сказали, что навигаторы не видят данную локацию, можно только конкретную точку скинуть. Что-то связанное с расположенными рядом секретными объектами. Но пикантно. Вроде бы и не очень далеко, но отсутствие коммуникаций немного откидывает во времени. Само здание так же полностью соответствовало задумке – обшарпанные стены, покосившиеся от времени окна с заколоченными ставнями и решётками, полуразвалившиеся служебные постройки во дворе. Если бы не говорящая надпись на табличке на подъезде "Silent Hill", с отсылкой на другой проходящий здесь квест, можно было бы усомниться, что это место обитаемо.

– Напомни, пожалуйста, почему я на это согласилась? – спросила Таня, выйдя из такси. Мы приехали чуть раньше, и сейчас могли осмотреться, пока ждали остальных. Я присела на хлипкое подобие скамейки, которую с трудом, но можно было принять за место для курения, и зажгла сигарету.

– Ты любишь фильмы про зомби и пост-апокалипсисы.

– Фильмы, да, но не хочу там оказаться.

– Я буду тебя до конца жизни кормить своими пирожками, каждую неделю буду делать.

– Звучит лучше. Но тут я рискую достигнуть идеальной формы шара.

– Ну, в этом и состоит мой план: тебе станет мала твоя одежда, ты отдашь её мне. Я буду избавлена от необходимости её покупать, и за счёт сэкономленных денег я куплю себе квартиру.

– Это я что, столько потратила уже? – Таня начала прикидывать в уме и не на шутку задумалась. – Нет, столько не могла.