Веня Хранитель Знаний – Злодей должен сгинуть: Надежда (страница 14)

С этими словами графиня вышла, оставив Дмитрия наедине с его мыслями.

Он стоял, глядя на закрывшуюся дверь, и странное чувство охватило его. Раньше такое замечание о лягушках заставило бы его сжаться внутренне от стыда и боли за грехи Найта. Но сегодня… сегодня оно едва задело его.

“Пусть думает что хочет, — подумал Дмитрий, возвращаясь к работе. — Я знаю, что я больше не тот человек. И не важно, верит ли в это кто-то еще”.

Вечером, когда солнце начало клониться к закату, Дмитрий завершил работу над очередной партией патронов. Тщательно упаковав их в специальный контейнер, он задумался о своих дальнейших планах.

По сюжету игры, как он помнил из рассказов Вари, вскоре должны были начаться серьезные события. Что-то связанное с разбойниками на северной дороге… Да, точно! Альберт должен отправиться на их поиски, а Найт в оригинале использовал это время, чтобы подставить героя, распустив слухи о том, что принц якобы сбежал от ответственности.

“Не в этот раз, — решил Дмитрий. — У меня нет желания мешать Альберту. Пусть он идет своим путем, а я — своим”.

Он знал, что некоторые изменения в сюжете уже произошли. Например, он спас мальчика, который в игре должен был погибнуть от виверны. Или помог Ами, не дав ей заключить контракт с демоном. Каждое такое изменение было маленькой победой не только над предопределенным сюжетом, но и над наследием оригинального Найта.

С этими мыслями Дмитрий покинул мастерскую и отправился на прогулку по вечернему саду. Тишина и прохлада помогали собраться с мыслями, подготовиться к предстоящим событиям.

Он не мог знать, что его простая человеческая радость, его песня и искреннее счастье стали первой трещиной в ледяной стене недоверия, окружавшей его в этом мире.

ГЛАВА II: ПОКРОВИТЕЛЬСТВО КОРОЛЕВЫ

Найт лежал на кровати. Он не видел сон — это было воспоминание, яркое и отчётливое, словно вырезанное из прежней жизни и встроенное в новую реальность.

Маленькая съёмная квартира, потрёпанный диван с выпирающей пружиной — та самая, что всегда впивалась в поясницу. Дима лежит, прикрыв глаза, пока Варя с горящими глазами сидит на потёртом ковре, подтянув под себя ноги, активно жестикулируя палочками для роллов.

— Понимаешь, братец, иссекай — это когда человек попадает в другой мир! — её голос звенит от восторга, а между фразами она умудряется подхватывать кусочки роллов из картонной коробки. — Обычно это происходит после смерти или в результате какого-нибудь несчастного случая. И вдруг — бам! Ты оказываешься в фантастическом мире, с магией, драконами и…

Дмитрий перевернулся на другой бок, не открывая глаз.

— Малыш, ты слишком увлеклась этими японскими мультиками, — лениво бормочет он, прикрывая зевок ладонью. — Перемещение в другой мир со своим телом повлекло бы массу проблем. Во-первых, иномирец стал бы ходячим биооружием.

— Что? Почему это? — удивлённая Варя даже перестала жевать.

— Потому что разные миры, разные микроорганизмы. Обычная человеческая простуда может уничтожить целую цивилизацию без иммунитета к ней. А если представить, что творится в иномирном воздухе? — Дима подпирает голову рукой. — А ещё опасная адаптация организма, психологическая нестабильность, культурный шок… Это же чистой воды стресс для мозга и тела.

Варя насупилась, но через несколько секунд её лицо снова озарилось улыбкой.

— А вот если бы ты попал в тело персонажа игры? Например, в Найта из “Великий Король”? Это было бы…

— Короче, всё это брехня, — перебил её Дмитрий, потягиваясь. — И даже больше — выдумка. Идёт наряду с диетами для похудения и честными политиками.

Варя запустила в него подушкой.

— Зануда! Совсем не умеешь мечтать!

Найт резко открыл глаза. Предрассветный сумрак наполнял роскошную спальню, где каждый предмет стоил больше, чем весь его прежний дом. Он повернулся на бок, рассматривая игру теней на резной мебели.

“Интересно, как там моя Варенька?” — мысль кольнула сердце. — “Ей же недавно только 18 исполнилось, и теперь она совсем одна. Должны же ей пособия по потере кормильца отчисляться… Я ведь погиб на работе. Она умная девочка, не пропадёт.”

Он провёл рукой по лицу — чужому лицу с высокими скулами и необычными глазами. Каждое утро одно и то же — секунда надежды, что всё это был сон, и затем осознание реальности.

Тихий скрип двери прервал поток мыслей. Эбигейл бесшумно проскользнула в комнату с подносом в руках. Увидев, что он не спит, она вздрогнула.

— П-простите, милорд, я думала, вы ещё спите. Хотела просто оставить завтрак.

Дмитрий медленно сел на кровати, стараясь делать плавные движения, чтобы не напугать девушку ещё больше. Её руки заметно дрожали.

— Доброе утро, Эбигейл, — произнёс он тихо. — Можешь поставить поднос на стол. И… спасибо тебе.

Девушка замерла, словно эти простые слова были для неё иностранным языком.

— Вы… благодарите меня, милорд? — в её глазах явно читалось подозрение вперемешку со страхом.

— Да, — просто ответил Дмитрий. — За завтрак и за то, что терпишь моё присутствие, хотя я понимаю, как тебе это тяжело.

Эбигейл поставила поднос на стол, но не спешила уходить, словно что-то обдумывая. Наконец, она произнесла:

— Если позволите спросить, милорд… Вы действительно помогли тем детям в приюте? Люди говорят разное, и я…

— Да, помог, — он встал с кровати и подошёл к окну, не желая смущать девушку своим пристальным вниманием. — Я не мог поступить иначе.

— Зачем? — вырвалось у Эбигейл. — Это… это не похоже на вас.

Дмитрий повернулся и посмотрел ей в глаза.

— Ты права, Эбигейл. Это не похоже на прежнего Найта. Но я… я изменился.

Девушка потупила взор.

— Графиня говорит, что люди вроде вас не меняются. Что это лишь новая маска для… — она запнулась.

— Для новых жестокостей? — закончил за неё Дмитрий с горькой улыбкой. — Она имеет право так думать после всего, что было.

Повисла пауза. Эбигейл стояла, нервно теребя передник.

— Можно ещё один вопрос, милорд?

— Конечно.

— Та песня, что вы пели вчера… Её слова были странными. Я никогда не слышала ничего подобного. Откуда она?

Дмитрий невольно улыбнулся. “Если б ты знала…”

— Это… из далёкой страны, — ответил он уклончиво. — Мне её пели в детстве.

“Конь и Шар”, кажется? — неуверенно произнесла Эбигейл. — Так называлась группа музыкантов?

Дмитрий не смог сдержать смешка.

— Почти угадала. “Король и Шут”.

— Странное название, — девушка нахмурилась.

— Весь мир странный, Эбигейл, — вздохнул Дмитрий. — Особенно когда тебя считают тем, кем ты не являешься.

Эбигейл собралась что-то ответить, но в этот момент колокол возвестил о прибытии экипажа графини Мун. Девушка побледнела.

— Мне нужно идти, милорд. Графиня не любит, когда я задерживаюсь с вами.

“Боится, что сделаю с тобой что-нибудь ужасное,” — подумал Дмитрий, но вслух произнёс:

— Конечно, иди. Я не хочу создавать тебе проблемы.

Когда Эбигейл уже была у двери, он добавил:

— И будь добра, если можешь — передай Барту, что мне снова нужны материалы для мастерской. Он знает какие.

Девушка кивнула и исчезла за дверью.

Дмитрий медленно опустился в кресло у окна. За окном занимался новый день, который снова предстояло прожить под маской мерзавца, пытаясь убедить весь мир, что он не тот мерзавец, каким его считают.

“К дьяволу на рога, Варя,” — подумал он с мрачной усмешкой, — “твои сказки про иссекай оказались правдой. Только вот и врагу не пожелаю испытать это на себе.”

Он взял с подноса чашку с горячим чаем и сделал маленький глоток. Предстоял ещё один день битвы за свою новую жизнь.

Найт проводил взглядом Эбигейл, и как только дверь закрылась, его учтивая улыбка сползла с лица. “Что-то она сегодня необычно робкая,” — подумал он, нахмурившись. “Неужто произошло что-то приятное между ней и Альбертом? Не удивительно, она же одна из важных персонажей этой игры…”

Он медленно подошёл к окну. На подъездной аллее уже показался экипаж графини Мун — безупречный, как и всё, что её окружало.

“Матушка…” — с невольной грустной усмешкой подумал Дмитрий. “В свои сорок лет она даст фору любой юной красавице. Как она умудрилась остаться такой прекрасной?”