Венсан Равалек – Гимн шпане (страница 17)

— Я вас подвезу, а потом доставлю обратно.

Аудитория размещалась в новом здании так называемой современной архитектуры, возведенном среди старинных домов, и в глубине зала уже сидело в ожидании человек двадцать. Садитесь, я представлю вас позже, шепнул мне Лоран Муассан. Похоже, сегодня мне не суждено решить вопрос с бензином.

Здесь собрались одни местные — очевидно, родители практиканток и сами девушки; ровно в девять ноль пять все затихли и мероприятие началось. Лоран Муассан сказал несколько слов о практике — вы добились заметных успехов, но не стоит расслабляться, — потом кратко упомянул о людях, благодаря которым осуществлялась программа, то бишь о мэре и властях округа, а в конце повернулся ко мне.

— Сегодня нам очень повезло: на нашем вечере присутствует Филипп Супо, генеральный директор компании «Экстрамиль», после чтения он ответит на ваши вопросы о том, что такое бизнес.

Все присутствующие уставились на меня и я придал лицу соответствующее выражение — серьезное и в то же время доброжелательное. Лоран Муассан уселся, первая практикантка начала читать отрывок из «Сына черного жеребца» Уолтеpa Фарли [25]. Это был сын знаменитого Черныша, героя романов Фарли «Черный жеребец» и «Возвращение черного жеребца»; девушка пробубнила аннотацию с задней обложки, а потом начало первой главы: «В длинных белых одеяниях всадники ехали теперь нестройной группой, держа ружья на коленях», — она выделяла голосом каждое слово, и, честно говоря, это действовало на нервы. Чтицу наградили бурей аплодисментов, мой сосед все приговаривал: вот молодец, как старается. На сцену вышла вторая, затем третья девушка, чем дальше, тем хуже, просто пытка для ушей; терзая свои тексты, они заикались и краснели, кто-то сбоку гикнул, несколько девиц стали давиться смехом и никак не могли успокоиться. Если они не заткнутся, придется сказать им пару ласковых, произнесла первая ораторша. Тут вышла миниатюрная девчушка и начала гундосить стихотворение «Добрая тетушка» [26]: «У доброй-доброй тетушки есть пребольшой велосипед и длинный-длинный шарф». Это был полный атас, зал взорвался от хохота, включая моего Соседа: она декламировала стихотворение с невероятным, чудовищным акцентом, как у марионетки из телешоу, у меня аж слезы потекли; преподаватель делал мне страшные глаза, но я был не в силах остановиться, а под конец, чтобы как-то исправить впечатление, стал изо всех сил хлопать в ладоши, мой сосед чуть не лопался от восторга — она сумела не просто замять неудачу, но завоевала всеобщую симпатию. Когда все девушки отстрелялись, Лоран Муассон вышел и тоже прочел рассказик — с актерским выражением и мимикой — о забавном происшествии на севере Франции в шестидесятых годах, и как только все снова затихли, он повернулся ко мне и пригласил выйти на середину.

Я поднялся, в конце концов, поделиться своим опытом всегда небезынтересно; чтобы дать пищу для вопросов, Лоран Муассан попросил рассказать о моем пути к успеху, о том, что подтолкнуло меня к созданию собственного дела. Я ответил: прежде всего — стремление к независимости; а что касается учебы, тут я высказал глубокое убеждение в том, что, не будь у меня образования, я бы все равно избежал подводных камней, угрожающих бизнесменам-новичкам — благодаря своему долгому опыту в данной области.

— Как вы считаете, — перебила меня одна практикантка, — обязательно ли иметь диплом, чтобы преуспеть в бизнесе?

Я задумался на секунду.

— Честно говоря, нет, для бизнеса главное — энергия и упорство, даже жесткость, а диплом… это как получится.

Я привел в пример судьбы многих молодых людей, окончивших, знаменитые коллежи: столкнувшись с реальностью, они оказались неспособны проявить инициативу. Аудитория выразила бурное согласие: да, главное — это опыт, а не «корочки».

— А вам лично случается нанимать на работу людей с такой биографией?

Софиты били мне прямо в лицо, и я не разглядел задавшего вопрос.

— Конечно, это в порядке вещей.

Я заметил, как откуда-то с задних рядов сверкнула вспышка, от неожиданности я начал заикаться, но мало-помалу взял себя в руки.

И продолжил более уверенным голосом:

— Могу рассказать вам об одном человеке, его зовут Моктар, по образованию он художник, а пробавлялся тем, что выискивал в бесплатных газетах более-менее толковые объявления, за что получал мизерное вознаграждение.

Я пристально взглянул в освещенный зал.

— Сейчас, работая в компании «Экстрамиль», Моктар зарабатывает несколько тысяч франков в день.

— В день? — повторил эхом чей-то голос.

Да, сказал я, вот именно, в день.

Дискуссия продолжалась, все вопросы касались одной темы — как добиться успеха; я сказал: очень важно иметь в виду, что многие сильные мира сего начинали с нуля, без всякого образования, обладая только огромной верой в себя и в свое дело. В конце выступления меня наградили аплодисментами.

— Вы позволите украсть у вас Пять минут?

Вот кто снимал меня да протяжении вечера! Он представился: Даниэль Фурнель, журналист «Курьер пикар», у него есть вопросы по поводу моей речи и об успехах компании; я рассказал, что первые шаги сделал в качестве дистрибьютера, начал скромно, потихоньку, и вот теперь двигаюсь в гору без осечек, взяв старт как раз здесь, на севере, — немножко перегнул, конечно, но в принципе не так уж сильно. Я упомянул и Мари-Пьер как отличного менеджера по связям с общественностью. Тут подошел мужчина, который сидел рядом со мной: вы произвели неизгладимое впечатление на наших практиканток, — оказалось, это руководитель практики, — понимаете, появление в такой глухой дыре директора молодой фирмы — это настоящее событие. Вся компания отправилась в тот самый ресторан, где я ужинал, выпить по бокалу вина за знакомство, по дороге руководитель провел для меня экскурсию: мы находились в самом сердце Уазы, откуда начинались северные области, модернизация сельского хозяйства оставила здесь без работы большинство крестьян, местные жители живут очень замкнуто; между прочим, интересный факт: вплоть до Второй мировой здесь существовали «девичьи колодцы». Да-да, повторил он, видя мое недоумение, как ни трудно в это поверить, но стоило в деревне появиться мужчине-чужеземцу, всех девушек опускали в специально для этого вырытые ямы. Во время беседы мы выпили по нескольку бокалов, было уже поздно, и Лоран Муассан подал знак закругляться: еще раз спасибо, он горячо пожал мне руку, надеюсь, наше приятное знакомство на этом не закончится; я записал его координаты и перед уходом оставил автограф в почетной книге практиканток; я и правда был в ударе, девицы чувствовали себя на седьмом небе, казалось, за порогом мне раскроет объятья весь мир, но в следующий миг я очутился один-одинешенек среди пустыни, наступил последний мартовский день, церковный колокол пробил двенадцать ударов, полночь, а у меня в баке не было ни капли бензина.

Часть вторая

Испуганное лицо Спендия показалось в стене, среди глиняных кувшинов, и он быстро проговорил:

— Беги! Сюда идут!

4

Конечно, не стоило так бояться испортить впечатление, в дороге машина может подвести кого угодно, но все равно у меня так и не повернулся язык пожаловаться на судьбу. Я ведь мог сто раз объяснить все Лорану Муассану, мол, представляете, как я сглупил, первый раз путешествую на грузовике, не сообразил запастись горючим, — уверен, он бы ради меня в лепешку расшибся. А теперь что? На дворе ночь, фары грузовика выхватывают из тьмы лишь куски однообразного пейзажа, и каждую секунду я жду, что вот сейчас мотор заглохнет и больше не заведется. Какого черта! Где-то в окрестностях непременно есть бензин, просто надо остановиться и хорошенько подумать.

Я выключил зажигание, погасил фары, небо было сплошь в тучах, впереди виднелась лишь светящаяся точка — въезд в тоннель. В городе вы практически всегда в безопасности: на улицах горят фонари, вокруг дома, навстречу идут люди, и даже если попадутся хулиганы, по крайней мере, вы их сразу вычислите. На всякий случай я закрылся в машине изнутри, сейчас не тот момент, чтобы проявлять легкомыслие. Мало-помалу я успокоился и смог ясно оценить ситуацию. У меня кончился бензин. Ночью. За городом. Где ничего нет — только фермы и тракторы. А тракторы ездят на солярке, в этом я был вполне уверен. Ах да, перед тем как припарковаться, я видел щит: «Ферма „Ягнята“», дело за малым: заехать на территорию да залить полный бак, можно даже разбудить хозяев и объяснить, в чем дело, тем более имея на руках столь убедительный аргумент, как пять сотен. Осталось решить один вопрос: подъехать на машине или пойти пешком? Если я намертво встану в какой-нибудь канаве, а на ферме найду убогий сарай и ни намека на топливо, — мне конец; с другой стороны, отправиться куда-то пешком в полном мраке, прислушиваясь ко всяким тревожным звукам, — перспектива не очень вдохновляющая. Взвесив все «за» и «против», я принял решение: спрячу как следует мой заветный конвертик, а с собой возьму лишь небольшую сумму — морковку для ослов, — и шагнул в неизвестность.

Тьму то и дело пронзали разноцветные вспышки молний, мне казалось, что меня преследует световое облако или нимб, я даже вспотел, сердце колотилось как бешеное.