Вениамин Шер – Печать Велисы 4. Хищный агнец (страница 11)

Я поморщился, но не стал его оттаскивать, а просто проследовал на выход из спальни.

Вот только в следующую секунду я встал как вкопанный.

– Всё в порядке, Митичка, – прозвучал голос Ксеньи и хруст кровати от поднимающегося тела.

Я обернулся, и по спине прошли холодящие мурашки. Ксюша села на краю кровати и как ни в чём не бывало погладила сына по голове.

– Папа пошутил, – продолжила она. – У нас сегодня не праздник. Просто мы чуть-чуть проспали, и всем пора в школу и на работу. Ведь так, папочка? – улыбаясь, повернула она голову ко мне.

Её движения и поведение были совершенно неестественны, а стеклянные глаза, словно у рыбы, отражали мертвенное безразличие. Но теперь я окончательно понял, что это ментальный глюк, который абсолютно не стремится к реалистичности. По всей видимости, даже наоборот – меня пытаются напугать.

– Опять очередной хоррор… Как вы меня заколебали, грёбанные бабайки, – фыркнул я, вышел в коридор и стал спешно натягивать ботинки, а затем куртку. Тем временем из спальни вышли улыбающиеся глюки.

– Андрей, а ты куда в такой одежде? На работу форму надевать надо, – сказала Ксенья.

– Ага. Щас. До машины сгоняю – галстук забыл… с мылом, – буркнул я, оборачиваясь к двери.

Вот только на своём плече я почувствовал хватку тисков.

– Куда это ты собрался, дорогой? – вопросил угрожающе ласковый голос.

Я попытался врубить Ауру, но в груди моментально разросся холод, и я согнулся пополам.

«Фак… Забыл, что моя мана на нуле…» – поморщился я, пытаясь как-то унять неприятное чувство.

– Похоже, тебе не здоровится. Давай отзвонимся твоей начальнице и поваляемся в кроватке?

Проигнорировав призрак моей супруги, я разогнулся и попытался вызвать интерфейс – опять ничего.

Теперь понятно. По сути, я здесь как обычный человек. Однако всё, что происходит, это происходит у меня в голове, а значит, я могу попытаться превзойти человеческие рамки.

– Андрюша, ну ты чего молчишь? – наигранно заканючила «жена».

Приняв для себя решение поэкспериментировать, я обернулся и с неудовольствием, но со всей дури вдарил твари в лицо. От моего превосходящего для обычного человека сильного удара я ощутил хруст зубов оболочки моей супруги, и она отлетела спиной в стену. Затем это существо без сознания рухнуло на пол, а из носа и рта обильно потекла кровь.

Я опять поморщился от вида своей мёртвой жены, но сразу же задушил зарождающуюся жалость. Мне было больно это делать, но дополнительно меня это сильно злило.

Переведя взгляд на улыбающегося сына, мне стало не по себе от его стеклянных глаз, и я обернулся к двери – прозвучал дверной звонок.

– Похоже, я в западне… – пробормотал я, и крикнул: – Кто?!

– Андрей, открывай. Это Алексей, участковый. На вас жалоба поступила от соседки, – услышал я в ответ.

«Ага, жалоба… Мы бы не жили в России, если бы так быстро реагировали на жалобы», – подумал я.

Морок становится всё менее реалистичным, однако выхода не было. Запереться точно не получится, поэтому надо как-то выбираться. Я стал открывать замок, мысленно приготовившись как следует вмазать глюку-участковому своим ударом Тайсона.

Но только я открыл дверь, как сзади заверещала ожившая пародия на Ксенью:

– А-А-А! ПОМОГИТЕ! УБИВАЮТ!

Вместе с щелчком замка дверь рывком распахнулась, и в квартиру влетел целый ОМОН.

– Лежать!

– Мордой в пол! – орали клешивые маски-шоу.

При этом они меня сами уже скрутили и уложили мордой в пол, моментально нацепив браслеты.

– Вы бы поработали со сценарием, ребятки, – прокряхтел я. – Что за выкрики, как из дешёвого сериала?

Но в место ответа мне прилетели несколько мощных пинков в рёбра.

– Кха-кха! – закашлялся я. – А это уже… как в сериале подороже…

– Ребёнок заперт в шкафу! Он без сознания! Врача! – рявкнул кто-то.

Вокруг затопали, со всех сторон посыпались голоса. Меня специально держали за волосы мордой в пол, поэтому я ничего не видел.

– Мальчик умер от обезвоживания более двенадцати часов назад, точнее скажет судмедэксперт, – отозвался кто-то.

«Значит, глюки набирают обороты. Поиск непонятной двери явно затянется», – с неудовольствием констатировал я.

– Старший лейтенант Андрей Черных… Хм… Уволенный вчерашним числом следователь МВД, – раздался голос слева, и я через силу повернул голову, но мои волосы так и не отпустили.

В этот момент на корточки присел чернявый тип в штатском и стал пялить на меня рыбьими глазами.

– Я следователь СК, лейтенант юстиции Алексей Юсупов.

– Опять Юсупов… – хмыкнул я. – Развелось как собак… Удостоверение в развёрнутом виде предъяви, ушлёпок, – потребовал я, чисто по приколу.

Только по приколу, вместо удостоверения мне предъявили хороший пинок в рёбра.

– К-ха… – выдохнул я и прокряхтел: – У тебя… дата просрочена…

– Вы обвиняетесь в убийстве с особой жестокостью своей супруги и сына, Ксеньи Николаевны и Дмитрия Андреевича Черных. Вы осознаёте, что вы сделали?

– О-ох… – усмехнулся я. – Ты, как американский детектив, наверное, ещё и доску доказательств с фотографиями и верёвочками сделал? Как говорил классик: не верю. Реалистичность вашего мира я оцениваю на троечку из десяти, господа глюки-ушлёпки.

– Да у него не всё в порядке с головой, – произнёс кто-то сбоку. – Нужно его на психиатрическое освидетельствование.

Псевдо-следователь же чуть отодвинулся, и моему взору предстала валяющаяся на полу «жена», которая три минуты назад верещала. Но теперь она валялась в нижнем белье, от чего по всему телу были видны ссадины и кровоподтёки от истязаний. А ещё отчётливо наблюдалось характерное посинение кожи и трупные пятна снизу, будто она мертва уже довольно давно. В этот же момент я ощутил порыв трупного запаха и непроизвольно скривился.

– Определённо, – кивнул следак. – Целую неделю жить с истерзанным трупом своей супруги, а собственного сына заморить в шкафу до смерти – явно чердак съехал. Уже не говорю о том, что он недавний мент.

Меня это всё конкретно достало. Этот морок пытается спецом подстроиться под текущие реалии и зародить во мне сомнения: «А не свихнулся ли я часом?»

Поэтому я собрал всю волю в кулак и попытался разорвать наручники сзади. В моём настоящем физическом состоянии это бы не составило труда, но в данном случае я зашипел, а запястья резануло болью. Однако наручники стали скрипеть.

– Что он творит?! – рявкнул кто-то, и мне в бочину опять прилетел мощный пинок, выбив из меня воздух.

– Грузите его! Эксперты, за работу! – крикнул следак.

Меня рывком подняли два бугая и, заломав руки, повели буквой «Г» из квартиры в лифт.

– Это тебе за жену и сына, мразота, – процедил один из омоновцев и начал меня месить прямо в лифте.

Удары были средней паршивости, но преимущественно по голове. Однако я не растерялся и, вырвавшись из захвата одного, с головы саданул в подбородок второму.

– С-сука… – прошипел он и схватился за пасть, а меня по новой скрутил первый.

За такое, по идее, меня должны были вывести на площадку первого этажа и начать метелить, как скотину. Но так, чтобы не оставить видимых синяков, разумеется. Пришлось бы ссать кровью. Конечно, это не прописано в законе о полиции и даже считается «превышением», просто в наших реалиях так принято.

Вот только этого не случилось, и меня просто вывели из подъезда и затолкали в обезьянник буханки.

Выглядывая из-за стекла, я насчитал четыре различных машины. Вокруг подъезда шастали силовики и обычные люди. Кого-то опрашивали. Я даже увидел соседку, что живёт напротив. Она что-то злобно говорила и указывала на меня пальцем.

В принципе, сейчас всё казалось довольно реалистичным. Только это всё видимость. Я точно знал, этот «сон» подстроился под меня и пытается ввести меня в заблуждение. Но благодаря серьёзным недочётам я это понимаю.

Следователь не мог поимённо знать всех, кого я якобы убил. Это просто нелогично, так как имя жертвы устанавливается по факту. Если только он ещё неделю назад не знал, что я кого-то там укокошил. Я уже молчу о том, что физически не смог бы неделю скрывать убийство по ряду абсолютно объективных причин.

Ну а те же омоновцы должны были сделать из меня фарш за нападение на своего. Но мне даже в ответ не вдарили, а просто проглотили дерзкую оплеуху. Слишком ласковые оказались. Хотя, конечно, ещё не вечер, и не факт, что меня в изоляторе на бутылку не посадят.

В любом случае, это точно морок. Я помню, что моя бывшая жена счастливо живёт с итальянцем в «Итальястии», а мой сын получает качественное европейское образование и ему уже четырнадцать. Я помню, что мне недалеко оставалось до минимальной пенсии. И в последние месяцы я даже иногда исполнял обязанности начальника следственного отдела в звании капитана.

А ещё я помню каждое мгновение, прожитое в другом мире. Помню свою Аню. Помню Лену и Юлю. И Алю, которая помогла вынырнуть из этого дерьма. У меня просто нет права сомневаться в обратном. Даже если окажется, что я по-настоящему свихнулся и это плод моего воображения, то с этим в любом случае уже ничего не поделаешь.

Короче, мне надо как-то найти эту «дверь» будучи под следствием. И нужно сделать это до пятницы, иначе всё начнётся по новой. Аля мне уже не поможет, так как потратила слишком много сил на моё пробуждение от промывки мозгов.