Velimir Ashen – Сборник сказок (страница 1)

Velimir Ashen

Сборник сказок

Дракон, который боялся огня

-–

Все в Долине Трёх Вершин знали: дракон Пых – самый страшный дракон в мире.

Об этом говорили пастухи, которые никогда его не видели. Об этом пели барды, которые видели его один раз и издалека. Об этом знали дети, которым рассказывали на ночь, чтобы те не капризничали за ужином. «Будешь баловаться – придёт Пых».

Пых жил на горе Серый Клык уже двести лет. Гора была высокая, мрачная, обвитая туманом почти круглый год. Никто туда не ходил. Это устраивало всех – и жителей долины, и особенно самого Пыха.

Потому что Пых боялся огня.

-–

Это случилось давно, когда он был ещё совсем молодым драконом – пятидесяти лет от роду, почти детёнышем по меркам его народа. Он сидел у себя в пещере, старательно дышал, пыхтел, надувал щёки и ничего не получалось. Все его братья и сёстры уже давно умели. Старший брат Громовик пускал такое пламя, что плавил камни. Сестра Зарница поджигала леса на другом конце горизонта просто для развлечения.

А Пых выдыхал тёплый воздух. Чуть теплее, чем обычный. Совсем чуть-чуть.

Однажды он всё же попробовал. Набрал в лёгкие воздуху, зажмурился, выдохнул изо всех сил – и что-то пошло не так. Пламя вышло не вперёд, а назад, внутрь, и обожгло его самого так, что он три недели лежал на холодных камнях и пил ледяную воду из горного ручья.

С тех пор он больше не пробовал.

Вместо этого Пых стал мастером репутации.

-–

Репутация – это, если вдуматься, вещь куда более практичная, чем огонь.

Огонь нужно поддерживать, расходовать, демонстрировать. Репутация работает сама. Достаточно было однажды – триста лет назад, ещё до Пыха – какому-то дракону сжечь пару деревень, и вот уже каждый дракон на каждой горе автоматически считается опасным. Несправедливо по отношению к мирным драконам, зато очень удобно для Пыха.

Он поддерживал миф тщательно и методично.

Раз в месяц спускался с горы на рассвете – медленно, с расправленными крыльями, – и пролетал над долиной. Не делал ничего. Просто летал. Этого было достаточно: люди разбегались, прятались по домам, закрывали ставни. Потом неделю обсуждали между собой, как страшно было смотреть.

На самом деле, если бы кто-нибудь присмотрелся по внимательнее, он заметил бы, что дракон летит немного боком, слегка нервно, и что пасть у него плотно закрыта – не потому что он сдерживает пламя, а потому что боится случайно кашлянуть.

Но никто не присматривался. Никто не хотел.

-–

Дома у Пыха было уютно.

Три смежные пещеры на северном склоне Серого Клыка. В первой он спал на куче мягкого мха, который собирал по ночам в нижней части горы. Во второй читал – у него была неплохая библиотека, собранная за двести лет: в основном история, немного поэзии, несколько трактатов по философии и один очень потрёпанный сборник кулинарных рецептов, который он нашёл когда-то у дороги и перечитывал чаще всего. В третьей пещере Пых хранил всякое разное: запасы холодного чая в глиняных горшках, шерстяные варежки (у него мёрзли лапы по ночам), коллекцию красивых камней и засушенные цветы.

Цветы его особенно радовали. Он не знал, как они называются. Просто когда видел красивый – срывал и нёс домой.

Жизнь была тихая и, в целом, хорошая.

Пока не явился рыцарь.

-–

Рыцаря звали Конрад, и он был совершенно неподходящим человеком для убийства дракона.

Во-первых, ему было шестьдесят три года – возраст, когда разумные рыцари давно уходили на покой и разводили кур. Во-вторых, его меч заржавел настолько, что, скорее всего, переломился бы при первом же ударе. В-третьих, поднимаясь на гору, он запыхался и несколько раз садился отдохнуть, что Пых наблюдал сверху с нарастающим беспокойством.

Он мог просто не выходить. Сидеть в пещере, пока рыцарь не уйдёт.

Но рыцарь не уходил. Он добрался до площадки перед входом в пещеру, снял шлем, вытер лоб и крикнул в темноту:

– Дракон! Я знаю, что ты там. Мне нужно поговорить.

Пых решил выйти и напугать его достаточно, чтобы тот ушёл сам.

Он вышел. Расправил крылья. Оскалился. Рыкнул – достаточно убедительно, как ему казалось.

Рыцарь посмотрел на него и сел на камень.

– Хорошо, – сказал рыцарь. – Ты закончил? У меня больные колени, стоять тяжело.

Пых растерялся. Такого не было в сценарии.

Он рыкнул ещё раз, на всякий случай.

– Слышал уже, – сказал Конрад. – Садись, поговорим.

-–

Рыцарь пришёл не убивать его. Он пришёл с просьбой.

В долине объявился другой дракон – молодой, наглый, с безупречным огнём и полным отсутствием манер. За последний месяц он сжёг три фермы, разогнал рыночную ярмарку и уничтожил единственный мост через реку Сива просто потому, что тот ему не понравился.

– Нам нужен Пых, – сказал Конрад просто. – Ты здесь живёшь двести лет. Ты наш дракон. Ты должен его прогнать.

– Почему я? – спросил Пых и сам удивился, что ответил словами, а не рычанием.

– Потому что ты страшнее, – сказал Конрад.

Долгая пауза.

– Ты в этом уверен? – спросил Пых осторожно.

– Ты живёшь здесь двести лет, – повторил рыцарь. – И за двести лет не тронул ни одного человека. Ни одной фермы. Ни одной курицы, если уж на то пошло. Значит, либо ты очень страшный и тебе всё равно, либо ты очень умный и тебе незачем. В любом случае – ты тот, кто нам нужен.

Пых смотрел на старого рыцаря. Рыцарь смотрел на Пыха. Где-то внизу в долине поднимался дымок – снова что-то горело.

– Я подумаю, – сказал Пых.

– Думай быстро, – сказал Конрад. – У нас скоро не останется строении и мостов.

-–

Всю ночь Пых лежал на своём мху и думал.

Дракона звали Форх, и Пых видел его несколько раз – тот летал низко, с вызовом, и однажды пролетел совсем близко от Серого Клыка, будто проверяя границы. Форх был вдвое моложе, в полтора раза крупнее и умел делать то, что Пых не умел: выдыхать огонь длинными ровными струями, как из кузнечного меха.

Сражаться с ним не имело смысла. Пых бы проиграл.

Но ведь рыцарь сказал не «убей» – рыцарь сказал «прогони».

А это совсем другая задача.

-–

Пых прилетел к Форху на рассвете.

Форх сидел на развалинах чужого амбара и завтракал – методично, с аппетитом, не обращая внимания на воющих где-то вдали собак.

– Форх, – сказал Пых.

Молодой дракон поднял голову. Посмотрел. И явно не был впечатлён.

– Это моя долина, – сказал Пых.

– Теперь моя, – ответил Форх.

– Нет, – сказал Пых. – Послушай меня внимательно. Я живу здесь двести лет. За двести лет я не тронул ни одного человека. Ты знаешь, почему?