Velimir Ashen – Призраки сети. Книга 1: «Кровавый след» (страница 20)

– Сносно. – Он налил остатки кофе из кастрюльки, которую она оставила на плите. Холодный, но крепкий. Выпил. – Она просыпалась?

– Минут двадцать назад. – Ланг говорила тихо, чтобы не разбудить. – Телефон смотрела.

– Какой телефон? – Алекс посмотрел на неё внимательнее.

– Рабочий. КИСР. – Ланг говорила ровно – с тем нейтральным тоном, за которым не поймёшь, что она думает. – Он завибрировал. Она его проверила, пока ты спал. Я видела.

– И?

– Она не сказала мне, что там было. Положила телефон обратно в карман. Потом заснула снова.

Алекс стоял и держал кружку.

– Откуда звонок?

– Сообщение. Не звонок.

– Ты видела?

– Краем. КИСР-шифрование, стандартный формат. – Ланг сделала паузу. – Я не читала. Но она задержалась на экране дольше, чем на сообщении «как дела, всё хорошо».

Алекс поставил кружку на стол.

Посмотрел на Еву.

Она спала – или казалась спящей. Правая рука под щекой, лицо спокойное. Телефон был в кармане куртки, которую она не сняла.

Он подождал.

Через несколько минут Ева открыла глаза. Медленно, без рывка – так просыпаются, когда не спят уже несколько минут и ждут момента. Посмотрела на потолок, потом на него.

– Давно стоишь?

– Недавно. – Он сел на стул у стола. – Ланг говорит, у тебя было сообщение.

Ева не изменилась в лице. Это была точность, которая требовала усилий.

– Да.

– Можешь сказать, что там?

Она поднялась, выпрямилась. Провела рукой по волосам – механически, не для вида. Потом достала телефон из кармана, посмотрела на него. Не включая экран.

– Я его удалила, – произнесла она.

Алекс смотрел на неё.

– Хорошо.

– Ты не спрашиваешь, что там было.

– Спрашиваю, – сказал он. – Ты можешь не отвечать.

Ева посмотрела на телефон ещё секунду. Потом убрала его обратно в карман.

– Приказ, – произнесла она. – Стандартный. КИСР-шифрование, операционный канал.

– «Вейн – цель. Ликвидировать. Подтвердить исполнение».

В комнате стало тихо.

Ланг не пошевелилась. Алекс смотрел на Еву – на её лицо, на то, как она держит руки, на то, как она дышит.

– Ты удалила его, – произнёс он.

– Да.

– До того, как я проснулся.

– Да.

– Почему?

Ева посмотрела на него прямо. В её взгляде не было ничего лишнего – ни попытки объяснить больше, чем нужно, ни защитной закрытости. Просто факт, который она сама ещё складывала в слова.

– Потому что это неправильный приказ, – произнесла она.

– По чьей оценке?

– По моей.

Алекс молчал.

– Мне платят за профессиональную оценку, – продолжала она, не торопясь. – Профессиональная оценка: человек, который является первым зафиксированным случаем сопротивления системе проекта «Лотос», является ценным активом – для любой стороны, которая хочет эту систему остановить. Его ликвидация – это не интерес КИСР. Это интерес «Сети».

– Значит, или приказ пришёл от человека, который работает на «Сеть» внутри КИСР, или я неправильно понимаю, чьи интересы КИСР защищает.

– И в обоих случаях приказ не подлежит исполнению.

– В обоих случаях приказ не подлежит исполнению, – подтвердила она.

– Это логическое объяснение, – сказал Алекс.

– Да.

– У него есть ещё одно.

Ева смотрела на него.

– Какое?

– Ты удалила его, потому что не хотела его исполнять. – Он произнёс это без акцента – не как обвинение и не как комплимент. Просто второй возможный вывод из тех же данных. – Первое и второе не исключают друг друга. Но они – разные вещи.

Ева долго смотрела на него.

Потом произнесла – очень тихо, почти в сторону:

– Да. Оба.

Алекс смотрел на неё.

– Я знаю, – сказал он.

Ланг встала. Прошла к плите, поставила воду. Принялась – в тишине, не нарушая её – открывать консервы, резать что-то, работать на кухне с тем спокойным деловитым ритмом, который говорит: я здесь, я всё слышу, но это ваш разговор.

Ева посмотрела на телефон – не достав его, просто в сторону кармана. Потом снова на Алекса.

– Они узнают, что приказ не подтверждён, – произнесла она.

– Через какое время?

– Несколько часов. Максимум – сутки, если я создам иллюзию технической проблемы со связью.

– Можешь создать?

– Да. – Без колебания. – Временно.

– Тогда у нас есть время, – произнёс Алекс. – И нам нужно использовать это эффективнее, чем они ожидают.