Velimir Ashen – Призраки сети. Книга 1: «Кровавый след» (страница 12)

Это была неудобная версия. Возможная.

– Ты думаешь, она нас ведёт, – сказала Ева.

– Я думаю, что у меня нет достаточно информации, чтобы думать что-либо конкретное. – Он двинулся вперёд – мимо кафе, не останавливаясь, не поворачивая голову. – Поэтому мы следуем плану.

Ева пошла рядом. Посмотрела на дверь кафе через плечо – Алекс это чувствовал по тому, как изменился её шаг. Потом снова вперёд.

– Ты злишься, – сказала она. Не вопрос.

– Нет.

– Ты злишься, – повторила она. Иначе – как факт, а не обвинение. – Это заметно по тому, как ты ставишь ногу. Даже больную.

Алекс не ответил сразу. Подумал.

– Да, – сказал он.

– На неё?

– На ситуацию.

– На себя. Человек, который умеет считать выходы в барах и отслеживать финансовые цепочки через три страны, должен был предвидеть засаду. Я не предвидел.

– Ты не ошибся. Мы вошли в квартал, где нас знают. Это неустранимый риск.

– Я мог выбрать другой маршрут.

– И они нашли бы нас на другом маршруте. Они знали, что мы придём. Не конкретный маршрут – общее направление. Координаты у них были те же, что у нас.

Алекс подумал об этом. Она права. Логика верная. Но принять правильную логику как утешение не получалось – не потому что он был несправедлив к себе, а потому что в этом была проблема: тот, кто знал координаты, мог знать их только из источника, которого знали они двое.

Карлос оставил тайник. Кто-то ещё знал про тайник.

Или – Карлос не был единственным, кто знал про это место.

– Ева, – произнёс он.

– Слушаю.

– Карлос оставил тайник в месте, которое связано со мной. Координаты – место, где я очнулся три года назад. – Он шёл ровно. – Кто ещё знал про это место?

– Карлос мог рассказать, – сказала она.

– Кому?

– Источнику. Тому, с кем он должен был встретиться.

– Источник слил информацию засаде.

– Или источника не было. Или источник – это приманка с самого начала.

Алекс шёл. Нога болела. Плечо Евы кровоточило – он это видел.

– Карлос мог идти на встречу, зная, что его убьют, – произнёс Алекс.

– Ты говорил об этом раньше.

– Теперь у меня другой вывод. Он не только знал. Он оставил тайник для нас до того, как его уберут. Это не импровизация. Это план. – Он посмотрел на неё. – Карлос знал, что операция раскрыта. Знал, что придут за ним. И вместо того, чтобы бежать или сдать информацию раньше срока – заложил маяк. Для нас двоих.

Ева шла несколько секунд молча. В её лице что-то изменилось.

– Он знал, что его убьют, – сказала она.

– Да.

– И не предупредил меня. – Не злость. Что-то другое – та горькая формулировка, которую произносят вслух, чтобы она перестала быть внутри. – Потому что если бы предупредил – я бы попыталась его вытащить.

– И засветила бы себя.

– Или хуже.

Они оба помолчали. Бангкок шумел вокруг – машины, чей-то смех из кафе, мотоцикл с выхлопом, слишком громким для такого часа. Жизнь, которая продолжается независимо от того, что происходит в её тёмных переулках.

– Он тебя защищал, – сказал Алекс.

– Я знаю, – ответила Ева. – От этого не легче.

– Нет.

– Но это честно.

Она не ответила на это. Просто шла.

Через семь минут они свернули на нужную улицу – Сукхумвит, одна из боковых ответвлений, жилой квартал, не туристический. Дом без вывески, без красивого фасада – обычная бангкокская пятиэтажка, бетон и решётки на окнах нижних этажей. Четвёртый этаж, третья квартира от лестницы.

Алекс достал ключ – обычный, не электронный. Открыл.

Квартира была маленькой. Одна комната, кухонный угол, совмещённый санузел. Окно с решёткой. Ничего лишнего: кровать, стол, стул, ноутбук на кровати. На полке – аптечка и запасная одежда. На стене – ничего. Он не вешал ничего на стены.

Ева вошла. Огляделась. Ничего не прокомментировала – только отметила.

– Плечо, – сказал он.

– Сначала флешка.

– Сначала плечо.

Она посмотрела на него с тем выражением, которое означало: это не срочно. Но он уже доставал аптечку.

– Садись, – сказал он.

Она села на стул. Сняла куртку – морщинка между бровями на секунду, когда рукав прошёл через правое плечо. Под курткой – тёмная футболка, правый рукав мокрый. Порез шёл по внешней части предплечья: сантиметров восемь, не глубокий, но активно кровоточащий – видимо, задела острый угол при беге, а движение не давало свернуться крови.

Алекс сел рядом. Взял антисептик, вату. Работал быстро и аккуратно – без лишних слов, без вопросов, как делают люди, которые умеют это делать.

Ева сидела прямо. Не отворачивалась. Когда антисептик попал в рану – задержала дыхание ровно на секунду, потом выдохнула.

– Не так больно, как могло быть, – сказала она.

– Порез чистый. Зашивать не нужно. – Он приложил бинт. – Но руку беречь.

– Я буду.

Она посмотрела на него – немного сбоку, пока он работал. Что-то в её взгляде изменилось – не мягче, другое.

– Твоя нога, – сказала она.

– Позже.

– Алекс.

– Позже. – Он зафиксировал повязку. – Сначала флешка.

Он взял ноутбук с кровати. Старый, без маркировки, купленный за наличные. Никаких аккаунтов, никаких браузеров с историей, только несколько утилит для работы с файлами. Включил. Вставил флешку.

На экране – папка. Одна. В ней – зашифрованный файл с расширением, которое Алекс не сразу узнал. Потом понял: старый военный стандарт шифрования, использовался в европейских спецслужбах в начале двухтысячных. Карлос был педант.

– Ключ 03:47, – сказал он.