Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том XII – Часть I (страница 17)
— Два оберега — это не двенадцать…
— Марагна, а кто тебе сказал, что мне понадобится помощь владык Инферно? — в лоб спросил я, медленно выходя из себя. — Разве я просил вас помогать мне?
— Ваерс, не глупи! Ты же знаешь, что… — в беседе попыталась вмешаться правительница Лавалара, но я моментально её осёк.
— Тише, Искорка. Позволь нам договорить. Мне кажется, что твоя мать по-прежнему считает меня глупым пацаном, — хмуро отчеканил я, начиная заводиться, а на задворках сознания шепот Опустошителя вновь дал о себе знать.
— Как вижу кто-то снова взялся за старое, — продолжил говорить я, глядя на женщину. — Тебе лучше уяснить одно, архидемон Пылающей Стали. Ранее я явился в Инферно не для того, чтобы спасти вас от войны, а для того, чтобы исправить собственную ошибку. Твою дочь я люблю, но к тебе не питаю ни капли тёплых чувств. Так что прекращай вмешиваться в мои дела и истерить. Радуйся тому, что имеешь, ведь в большей степени я помогаю Искорке, а не тебе.
— Даже если у тебя есть план, ты думаешь, что хитрее оберегов? — с таинственной улыбкой осведомилась та.
— Я не столь прозорлив и уж точно не так умен, чтобы тягаться с теми, кому несколько тысяч лет. Вот только дело сейчас не в наших умственных способностях. Дело состоит в том, чем я могу им ответить.
— Клинок не спасёт тебя, парень! — повысила голос Опаляющая, начиная злиться точно так же, как и я или же просто делая вид, что злится. — Неужели ты считаешь, что сильнее Пятой Династии? У них было пять глифов! ПЯТЬ! И где они теперь? ГДЕ? Кормят червей! Неужели ты думаешь, что я желаю зла тебе или своей дочери? Я лишь хочу, чтобы она была счастлива. Но то, что ты делаешь сейчас иначе как самоубийством не назвать! Сейчас ты думаешь только о себе, эгоистичный мальчишка!
— Так вот, в чем проблема, — тихо рассмеялся я, возводя лицо к потолку. — Вот, о чем вы все беспокоитесь. Я настолько слаб в ваших глазах.
Материализация выдалась мгновенной. Гром и молния чудовищно завыли. Яркая тёмно-фиолетовая вспышка ослепила покои, а пространство искривилось настолько сильно, что мой силуэт исчез и соткался вновь. Марагна отступила на два шага назад, а Искрида, наоборот, от нахлынувшего страха грудью бросилась защищать мать.
— ВАЕРС, НЕ НАДО! ОНА НЕ ХОТЕЛА ТЕБЯ ОСКОРБИТЬ! ОНА ЖЕ МОЯ МАТЬ! РАДИ МЕНЯ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ…
Не дослушав гиару до конца, я перехватил спату обратным хватом и с невозмутимым видом вонзил её себе под ноги. Миг погодя слух уловил знакомый звон, а запястья ощутили приятную тяжесть Пут Фенрира. От неожиданности молодая гиара замерла и с удивлением уставилась вначале на клинок, а после на меня. Я же в свою очередь ободряюще подмигнул девушке и с молниеносной скоростью приблизился к нахмурившейся Марагне.
— Ты действительно думала, что вся моя сила заключена лишь в клинке? — с холодком осведомился я, глядя на мать Искриды, что возвышалась надо мной на целую голову. — Владыки Инферно настолько недальновидны? Ты и вправду предполагаешь, что без Руны Истребления я ни на что не способен? По всей видимости, ты кое-чего не понимаешь, Марагна. А если не понимаешь, то я могу тебе это доходчиво объяснить без помощи клинка на вашем любимом языке демонов.
Прямо сейчас лукавая улыбка женщины напомнила мне улыбку Фреи, но и на моих губах образовалась не менее коварная ухмылка:
— Осмелишься ли ты принять от меня вызов на
Глава 10
Архидемон Пылающей Стали против Демона Великой Сотни…
— Осмелишься ли ты принять от меня вызов на
Мономахия — кровавая и жестокая дуэль, к которой чаще всего прибегают для решения ожесточенных споров или жутких проблем в мире демонов. В Инферно правят лишь сильные. А кто сильнее, за тем и правда.
— Ваерс, что ты… — с паникой в голосе запротестовала Искрида, расширив глаза, но её жестом пальца осекла мать.
— Помолчи, крошка.
Напряжение между мной и Марагной наэлектризовалось до такой степени, что любое неверное движение могло привести к катастрофическому взрыву.
— Так-так-так.
— К сожалению, опасные игры тут ведешь только ты, — ледяным тоном парировал я её выпад. — Я и без того слишком долго терпел твои выходки. Я терпел их из-за Искриды. Как-никак именно из-за моей с ней связи ты оказалась под давлением у других владык Инферно. Я честно считал, что гибели одного архидемона будет достаточно. Я несколько раз твердил вам, чтобы вы все угомонились, но теперь я осознаю, как был глуп и слеп. Тут необходимо повсеместно что-то доказывать и кого-то убивать. Вы воспринимаете мою шаткую сдержанность и проблеск доброты за слабость. Мир демонов построен на крови и костях, ну а коли так, то и ладно! — с презрением сплюнул я. — Вы все вконец зарвались! Мне не нравится отнимать жизни, но если придётся я обязательно это сделаю.
В покоях на добрую минуту образовалась могильная тишина, но твердый и величественный голос Марагны нарушил хрупкое молчание:
— За мной! Покончим со всем в большом тронном зале. Будет тебе
Инферно. Манор Пылающей Стали.
Великий город Лавалар.
Цитадель правления.
Большой тронный зал.
— Мама, Ваерс! ХВАТИТ! — истошно надрывалась Искрида, едва поспевая следом за нами. — Что вы оба творите⁈ ДА ПОСЛУШАЙТЕ ЖЕ ВЫ! ПРЕКРАТИТЕ! ХОТЯ БЫ РАДИ МЕНЯ И…
— Всё это и делается…
Я впервые находился в большом тронном зале. До сих пор все аудиенции, сбор инферийской знати и прочие торжества проходили в малом. Большой же предназначался для событий, которые запоминалась на века и тысячелетия.
— На всё ваша воля, великая госпожа, — в один голос отрапортовали Верховные, спешно захлопывая врата.
— Ваерс, ну хоть ты послушай меня, — с мольбой прошептала молодая гиара, вцепившись мне в шею дрожащими пальцами. — Прошу тебя! Остановись! Мономахия совсем не шутка…
Видеть девушку такой растерянной и испуганной оказалось жутко больно, но сейчас и вправду иначе нельзя.
— Искорка, успокойся, — наигранно расслабленным тоном отозвался я, выпутываясь из её хватки. — Просто подожди немного.
— Бой будет идти до тех пор, пока кто-то из нас не сможет продолжать или попросту не умрёт! — нарочито громко провозгласила Опаляющая, отчего Искрида стала бледнеть на глазах, кидая затравленный взгляд то на меня, то на мать. — Согласен?
— Согласен, — спокойно кивнул я, отворачиваясь от Искриды и глядя на будущую соперницу. — Условия поединка?
— Можешь использовать всё, что угодно, — пожала плечами женщина. — Само собой, за исключением глифа.
— Хорошо.
Мне всегда нравилась материализация спаты. Её явление внушало страх и трепет в окружающих. Даже Вальгрон и Навия, которые стояли дальше остальных, с опаской поёжились и переглянулись между собой. Клинок без особых проблем пробил многовековой мраморный пол большого зала у меня под ногами, а затем на глазах у всех я выпустил рукоять из рук. Так что единственным моим оружием в бою будут Путы Фенрира.
Правда, представление на данном этапе не закончилось. Стоило проделать несколько шагов к Марагне, как её брови дёрнулись, а затем она, как и все прочие, устремила взоры на Истру, которая с беззаботным видом соткалась из пространства и встала рядом с заметно ошеломлённой Искридой.
Тем не менее в большей мере присутствующих поразило не её явление, а холодные и надменные слова, обращенные к Марагне, которые повергли всех в состояние шока:
—
— От могущественной Руны Истребления я готова стерпеть такое оскорбление, — невозмутимо произнесла Опаляющая, демонстрируя той приветственный реверанс.
—
— Не влезай, малышка, — осёк я сухо Руну, вставая прямо напротив нахмурившейся Марагны. — Теперь это только наше с ней дело.
— Как вижу, клинок всячески поддерживает своего носителя, — хмыкнула загадочно архидемон. — И не даёт его в обиду.
—