Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том IV (страница 56)
— СМОТРИ ВНИМАТЕЛЬНО И НЕ СМЕЙ ОТВЛЕКАТЬСЯ, УЛЬРИКА! СЕЙЧАС Я НАЧНУ ШИНКОВАТЬ ТВОЕГО БРАТА НА КУСКИ, КАК ПРОКАЖЕНУЮ ТВАРЬ! КЛЯНУСЬ ВСЕМ, ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ, Я ЗАМОРДУЮ ЕГО ДО СОБАЧЬЕГО ВИЗГА! И ВИНОВАТА В ЕГО СМЕРТИ БУДЕШЬ ТЫ СО СВОИМИ ДРУЖКАМИ!
Кто бы знал сколько ярости, злобы и ненависти было в глазах голубокровных. Просто не передать слова.
— И ПОВЕРЬ, КОГДА Я С НИМ ЗАКОНЧУ, ТО ХОРОНИТЬ БУДЕТ НЕЧЕГО!
Для публики преображение Ранкара Хаззака более напоминало извержение вулкана, а сумасшествие Опустошителя к этому моменту пересекло все видимые и невидимые рамки. Вот только настоящая тьма сгущалась не на арене, а за её пределами…
Глава 29
Кровь, клятвы и враги…
Арена дрожала и содрогалась. Каменные плиты под ногами вибрировали. Однако защитный барьер, окружающий ристалище более чем спокойно сдерживал мощь ледяного мага. Фьётра наблюдала за сражением паря в воздухе по кругу, будто орлица на охоте. Я же наблюдал за метаморфозами противника, ведь мои давным-давно завершились.
Всё-таки вынужден признать, что Снежинка оказался достаточно сильным противником. Не самым сильным, которого я встречал на своём пути, но… достойным. Вестар не стал размениваться на мелочи, парень выложил всё. И речь теперь шла не о простом убийстве. Вовсе нет. Теперь ему требовалось стереть меня в порошок, чтобы смыть позор.
Однако… сможет ли он?
Вероятнее всего, дух обратился к своей ультимативной форме, потому как сейчас он напоминал собой смертоносный ледяной тайфун. Из уроков Гашэлая и Алесы я вычленил наиважнейший факт, который касался боевой магии. Та или иная стихия разнится в своём использовании. У каждой стихии есть как сильные, так и слабые стороны. Какая-то подходит для дальнего и среднего боя, но некоторые как нельзя более располагают к ближнему столкновению. Так вот боевая магия льда лучше всего подходила для ближнего боя, а вкупе с тем, если её носитель превосходный эссенциал, то для многих это усложняет сражение. Мой же черный туман являлась универсальным.
Могу лишь сказать, что Алеса и Элай не солгали. Не успели метаморфозы Снежинки завершиться, как он начал рвать дистанцию и сближаться, на ходу лишь силой мысли метая в меня сразу с пяток ледяных пик, но наблюдая за его потугами, я лишь гортанно и непринужденно рассмеялся.
Гаммы сработали в едином порыве. За два взмаха серпы из тумана и эссенция обратили в снежную крошку копья и устремились прямиком навстречу Вестару. Техника врезалась в его защиту и замедлила движения, отчего он яростно завыл. Я в свою очередь продолжал подбрасывать ему трудности. Рокочущий и вибрирующий черно-алый протазан за секунду сформировался в ладони, но вместо того, чтобы просто бросить его в оппонента я метнул его вверх. По моему приказу прямо в небе искра распалась на десятки снопов молнии, которые подобно граду опали на защиту духа. Из-за сковывающего и жалящего действия техники тот вышел из себя лишь сильнее. Парню приходилось вертеться будто юле, а я по-прежнему продолжал безумно смеяться.
— Неужто ты торопишься сдохнуть?
— УНИЧТОЖУ!!! — зарычал тот громогласно. — УНИЧТОЖУ, ЧЕГО БЫ ЭТО МНЕ НИ СТОИЛО!!!
— Ну так вперед, Снежинка! — насмешливо гоготнул я, делая шаг вперед и медленно растворяясь во тьме. — ЯВИ УДАЛЬ ГОЛУБОКРОНОГО НАСЛЕДНИКА! ДОКАЖИ СВОЕЙ СУЧКЕ СЕСТРЕ, ЧТО ТЫ ХОТЬ ЧЕГО-ТО СТОИШЬ…
Проклятое наследие более чем наполовину поглотило сознание, и я будто сумасшедший ринулся в лобовую. Попутно пришлось разрубать весь ледяной арсенал Вестара, который по приказу хозяину пытался продырявить мою драгоценную бренную плоть.
Одна доля секунды и ало-ледяные скимитары сошлись в битве с черно-багровыми Гаммами. Тьма пожирала лёд. Лёд замораживал сгустки мрака. Эссенция с безудержной яростью вгрызалась в свою же сестру-близняшку. Рубка разгорелась с новой силой. Еще большей чем раньше. Теперь воевала не просто сталь. Отныне в битве сошлись два безупречных.
Магия против магии. Эссенция против эссенции. Сталь против стали. Тьма против льда. Человек против ледяного духа. Аххес против Севера.
При каждом ударе, выпаде и атаке арена содрогалась. Скорее всего бой совсем не походил на сражение пары безупречных из молодого поколения, потому как публика с завороженным видом наблюдала за противостоянием, а я в прямом смысле упивался каждой каплей пролитой крови.
Хриплый смех продолжал периодически вырваться из горла, пока изо рта Снежинки выплёскивались сдавленные проклятия. В нынешней ипостаси я и вправду напоминал сумасшедшего. Да и облачение разорителя абсолютно не говорило в мою пользу. По своему виду оно напоминало образ дикого чудовища.
Вот только чем дольше шла схватка, тем быстрее сдавал обороты Вестар. Вероятнее всего долго поддерживать своё ультимативное состояние ледяной дух не мог, потому как оно потребляло слишком много сил и на миг разорвав дистанцию, я исподлобья взглянул на противника, ловко перехватив Гаммы обратным хватом.
— Нет! Не вздумай, Снежинка! Не вздумай отступать! Бой в самом разгаре! Не разочаровывай меня…
— Я ЗАТОЛКНУ ЭТИ СЛОВА В ТВОЮ ГЛОТКУ! СЕГОДНЯЩНИЙ ДЕНЬ ТЫ НЕ ПЕРЕЖИВЕШЬ! — прорычал злобно он, а мощь льда и эссенции многократно увеличилась. — КЛЯНУСЬ ХЕЙМДАЛЛЕМ И СЕВЕРОМ!!!
Вокруг парня начали формироваться десятки пик и клинков, округа в радиусе пары десятков метров в прямом смысле слова стала замерзать. Леденел сам воздух. Хватило одного краткого взора на его ауру, чтобы понять, что Вестар рванул в свой последний бой. Наследник готовил финальную атаку.
— Не стоит разбрасываться клятвами, которые не исполнишь, — надменно рассмеялся я, но затем лицо приняло безэмоциональный и отстраненный вид. — Однако вынужден признать, что пора заканчивать этот фарс. Я наигрался вдоволь… Давай, Снежинка, действуй. Я дам тебе шанс показать свою удаль, но если твоя техника не прикончит меня, то готовься к долгой агонии! Пощады не будет!
Ингмар ликовал. Чем дольше он наблюдал за схваткой, тем светлее становилось лицо пожилого мужчины. В какой-то миг боя тот поднялся на ноги и подошел к краю постамента. Даже такого старика, как он проняло сражением.
— Превосходный финал, — выдохнул удовлетворенно гарм.
— Соглашусь, — кивнул утвердительно Кралд, становясь рядом с товарищем. — Они оба превосходные бойцы.
Мужчины сами не заметили, как к их беседе начали прислушиваться валькирии и эйнхерии.
— Нет. Совсем нет. Возраст, мой друг. Суть в нём. У юнца чудовищный талант. Не верится, что мальчишке всего двадцать один год! — завороженно пробормотал первый сын Видара, не сводя взгляда с беснующегося Ранкара, который в пылу боя напоминал разъярённого монстра. — Не знаю, чему его учил Изувер, но он не боец, он — воин! И поверь мне, между двумя этими понятиями огромная разница. За один год проделать такой путь обычному смертному неподвластно. Владыка должен быть доволен моим выбором. Да, сейчас он слабоват, но если продолжит прогрессировать с такой же бешеной скоростью, то через пару лет его сила и ранги достигнут нужного минимума. Вероятнее всего он станет самым юным служителем оберега за всю историю.
От услышанного сглотнули все, кто успел уловить нить разговора, но имелась среди присутствующих та, кто смел говорить с Ингмаром на равных, а порой и критиковать его решения.
— Честно признаться своими выходками и родословной он более напоминает эйнхерия, чем гарма. Погоди! Разве… разве парень согласился? — удивлению Арнлейв не было предела, когда до неё дошла суть сказанного.
— ЧТО⁈ — вскрикнула от удивления Ингрид и пораженно уставилась на первого сына Видара. — Господин Ингмар, неужели вы уходите на покой? Только не говорите, что вы решили взять «его» к себе?
— Я стар, малышка, а замшелым старикам приходится уходить на пенсию, — с отеческой улыбкой произнес гарм.
— Хватит прибеднятся. Мы почти одного с тобой возраста, — возразила Знающая Альвхейма. — Не забывай, что он нам далеко не друг. Да и вряд ли Изувер просто так отдаст тебе парня.
— Враги становятся друзьями, а друзья врагами. Порой предать могут самые ближние, а помочь самые дальние. Это один из главнейших аспектов жизни, — философски заметил старый воитель, улыбаясь уголками губ. — Или ты считаешь, что кто-то возжелает отказаться от такой власти, которой мы обладаем? Думаешь, кто-то захочет отвергнуть дары и благословение небожителей? Сомневаюсь…
— Боюсь, ты кое-о-чем не в курсе, — задумчиво отметила валькирия копья света. — Скажем так, из того что знаю я, этот маленький безумец весьма пренебрежительно относится к оберегам.
— Вера в оберегов понятие расплывчатое, — лукаво хмыкнул Ингмар и судя по улыбке Кралда тот полностью поддерживал друга. — Тебе ли не знать об этом? Для многих суть веры заключена не в том, что она подразумевает, а в том, что она может дать. Для избранных она даёт власть, силу, влияние.
— Во многом ты прав, но даже меня раздражает его пренебрежительное отношение к голубокровным Севера, — нахмурилась недовольно небесная воительница и поднявшись со своего места, она встала рядом с сыновьями Видара. — Служители хоть и отделены от власти и никоим образом напрямую не связаны с правлением кланов, но мы тоже когда-то являлись частью знатных.