Василий Жуковский – О гаданиях и мести (страница 12)

О братья! о друзья! где наш священный круг? Где песни пламенны и музам, и свободе? Где Вакховы пиры при шуме зимних вьюг?       Где клятвы, данные природе, Хранить с огнем души нетленность братских уз? И где же вы, друзья?.. Иль всяк своей тропою, Лишенный спутников, влача сомнений груз,       Разочарованный душою, Тащиться осужден до бездны гробовой?.. Один – минутный цвет – почил, и непробудно, И гроб безвременный любовь кропит слезой.       Другой… о небо правосудно!.. А мы… ужель дерзнем друг другу чужды быть? Ужель красавиц взор, иль почестей исканье, Иль суетная честь приятным в свете слыть       Загладят в сердце вспоминанье О радостях души, о счастье юных дней, И дружбе, и любви, и музам посвященных? Нет, нет! пусть всяк идет вослед судьбе своей,       Но в сердце любит незабвенных… Мне рок судил: брести неведомой стезей, Быть другом мирных сел, любить красы природы, Дышать под сумраком дубравной тишиной       И, взор склонив на пенны воды, Творца, друзей, любовь и счастье воспевать. О песни, чистый плод невинности сердечной! Блажен, кому дано цевницей оживлять       Часы сей жизни скоротечной! Кто, в тихий утра час, когда туманный дым Ложится по полям и холмы облачает, И солнце, восходя, по рощам голубым       Спокойно блеск свой разливает, Спешит, восторженный, оставя сельский кров, В дубраве упредить пернатых пробужденье, И, лиру соглася с свирелью пастухов,       Поет светила возрожденье! Так, петь есть мой удел… но долго ль?.. Как узнать?.. Ах! скоро, может быть, с Минваною унылой Придет сюда Альпин в час вечера мечтать       Над тихой юноши могилой!

Разговор

– Как звать тебя, чудак? Кто ты? – Я бог Амур! – Обманывай других! Ты шутишь, балагур! – Ничуть! Свидетель Бог! Амуром называюсь! – Быть так! Но кто тебе дал странный сей убор? – Кто дал? Весь Божий свет! Обычай, город, двор! – Какой бесстыдный взгляд! нахальность! Удивляюсь! – Простак! невинности уж нынче негде взять! – Куда ты дел свой лук, колчан, светильник, стрелы? – На что они! без них могу торжествовать! Упорных больше нет! Мужчины стали смелы! – Какой переворот!.. А где же твой покров, Омытый иногда прелестных глаз слезами? – Хватился!.. Потерял. – О жалкий из богов! Но что? Ты весь в шерсти! с козлиными ногами, С гремушкой! маскою! в дурацком шушуне! Зачем такой наряд? Пожалуй, объяснися! – По милости его весь мир подвластен мне! – Ты царь? – Я бог! – Не мой! – Всесветный! – Отвяжися!

Каплун и сокол

Приветы иногда злых умыслов прикраса.       Один       Московский гражданин,       Пришлец из Арзамаса, Матюшка-долгохвост, по промыслу каплун,