Василий Зеленков – Хроники далекой Галактики (страница 23)

Непрерывные бои на Бентене шли уже больше месяца, и вымотали всех участников почти до предела. Сам Анакин последние несколько дней постоянно применял Силу, чтобы оставаться на ногах, и то же самое делал Кеноби. Оба джедая лишь смутно удивлялись тому, как это выносят не-одаренные клоны.

Анакин даже один раз прямо спросил. Солдат пожал плечами и ответил: «Нас учили».

Сейчас, похоже, наметилось некое затишье. Дроиды восполняли потери быстро, но все же не настолько, чтобы идти сплошным потоком; республиканцы этой передышкой воспользовались для отдыха.

Скайуокер сидел, прислонившись к лафету тяжелого орудия, закрыв глаза, и не думая ни о чем. Просто наслаждаясь минутой отдыха, и втайне надеясь, что это блаженное состояние никогда не закончится.

Сила принесла знакомое ощущение, и рядом сел Кеноби. Анакин чувствовал, что его учитель вымотан не меньше, пусть и старается этого не показывать.

– Завтра снова начнем наступление, – сказал Оби-Ван. – Иначе бои за Вергот затянутся надолго.

Скайуокер молча кивнул; к городу, где находилось правительство сепаратистов, они пробивались последние две недели. К счастью, можно было не бояться, что руководители исчезнут; на орбите пребывал крейсер «Следящий», который бы не позволил никому покинуть планету.

– Какая там оборона? – поинтересовался Анакин, не открывая глаз.

– Скоро разведчики вернутся, – отозвался Кеноби. – Но и так можно судить, что будет непросто.

– Иногда я думаю, – пробормотал Скайуокер, – что проще было бы приказать «Следящему» сравнять город с землей, и не мучиться.

– Анакин, – вздрогнул Кеноби, – не стоит так говорить даже в шутку. Там полно людей, которые просто живут, и не имеют отношения к Конфедерации.

Скайуокер неопределенно пожал плечами; он и сам толком не понимал, шутил сейчас или нет.

В последнее время ему все чаще вспоминалась татуинская ночь и лагерь тускенов. Тогда все казалось невероятно простым – есть враг, и его нельзя отпускать. И надо перебить всех врагов, какие в пределах досягаемости.

Сейчас иногда хотелось действовать точно так же, не думая ни о чем… но было нельзя. Несмотря на то, что шла война; а точнее – особенно поэтому.

– Даже на войне есть своя этика? – осведомился он, открывая глаза.

– Всегда есть, – кивнул Оби-Ван. – Ты и сам это знаешь.

– Честно говоря, я иногда в этом сомневаюсь, – признался Анакин. – Вот скажи – а можно ли сказать, что сепаратисты себя ведут этично? Та же Вентресс, к примеру…

– Но мы-то не они, – возразил Кеноби. – И если примемся применять те же методы, то…

– …станем не лучше их, – закончил Скайуокер. – А если другого выхода не будет?

– Он всегда есть. Вот назови мне хоть один случай, чтобы копирование жестокого противника действительно помогло.

– Перечитай исторические книги, учитель, – усмехнулся Анакин. – Мандалорианская Война; Реван тогда победил именно потому, что стал копировать чужие методы.

– Сам их лишний раз перечитай, – парировал Кеноби. – И вспомни, кем он потом стал, и какие времена настали для Республики.

– Но ведь войну-то он выиграл?

– Но развязал новую?

Анакин был вынужден признать, что на этом поле ему учителя не одолеть. Изучению прошлого Оби-Ван всегда уделял куда больше времени, чем его ученик.

Но Скайуокер все равно согласен не был. Историю Ревана он еще в начале войны перечитал несколько раз, и остался при убеждении, что роль в его переходе сыграли прежде всего недочеты тогдашнего Ордена; если б джедаи не отказались от него и его сторонников – он бы и войну выиграл, и на Темную сторону не ушел.

Впрочем, говорить об этом сейчас он не стал. Не время и не место для споров.

На лицо джедая упала тень; подняв голову, Анакин взглянул в хмурое смуглое лицо.

За время войны он, как и все рыцари, научился безошибочно различать клонов по ощущению в Силе. Да и лица у них были одинаковыми лишь в первые недели; потом появились шрамы, ожоги, разные прически… Но для джедаев все равно основное отличие виделось в Силе.

Подошедшего клона звали Кат. Майор Кат, CT-1138456, командовавший теми солдатами, что сейчас были с Кеноби и Скайуокером. Вообще-то, тут была почти что половина полка, но второй майор погиб неделю назад, и все командование свалилось на Ката[1].

Он успешно справлялся.

Анакину Кат всегда напоминал отточенный до невероятной остроты нож, холодный и прочный. И безжалостный.

Полная противоположность джедаям. Но, возможно, именно поэтому он был до сих пор жив, и более чем успешно воевал.

– Что случилось, майор? – спросил Кеноби, с трудом поднимаясь на ноги. Особой нужды в этом не было, но Оби-Вану было крайне неловко сидеть, когда собеседник стоял.

– Разведчики вернулись, – сообщил Кат. – И притащили с собой «языка»; какой-то из сеповских офицеров, за патрулями наблюдал.

– Ого, – теперь поднялся и Анакин. – Где он?

Майор молча кивнул в сторону оборудованного на скорую руку командного пункта.

Пленник оказался человеком; невысоким, светловолосым, в помятой одежде, и перепуганным до полусмерти. Он переводил полный ужаса взгляд с одного клона на другого, словно стараясь различить одинаковые шлемы, но видел лишь черные Т-образные визоры.

Когда в помещение вошел Кат, облегчение в глазах пленника мелькнуло всего на секунду… и сменилось прежним страхом, стоило майору взглянуть ему в глаза.

Кеноби задержался у входа, выслушивая подробный доклад разведчика. Анакин двинулся к пленнику, мимолетно отмечая, что клоны, как всегда, сработали отменно. Его до сих пор удивляло то, как не-джедай может с такой легкостью запомнить увиденное в деталях и изложить с безупречной точностью.

– Я капитан Фирот Кодель, – выпалил пленник, даже не дожидаясь вопроса. – Я признаю себя вашим пленным! Я сдаюсь!

– Вообще-то, нам уже до шебс, сдаешься ты или нет, – удивленно заметил Кат.

– Это обычная формула, – пояснил Анакин. – Означает, что он теперь военопленный, и с ним надо обращаться так, как положено.

Майор скептически пожал плечами, явно не собираясь уточнять – как положено.

– Анакин, майор, – позвал от двери встревоженный Кеноби. – Подойдите сюда…

Как выяснилось, разведчик сообщил о том, что они обнаружили не только ожидаемую оборону, но и минные поля вокруг города. Размещены они были умело – даже при одновременном взрыве сам Вергот бы не пострадал.

– Файрфек, – хором прокомментировали джедаи, и удивленно взглянули друг на друга; похоже, словечки клонов вьелись в память обоим.

– Есть возможность пройти сквозь них? – поинтересовался Кеноби.

– Если попремся просто так, то все там ляжем, – честно ответил разведчик. – Но мы взяли этого типа, когда он как раз мины осматривал; с ним была пара боевых жестянок и один ремонтник. Так что, наверное, он что-то знает… маршруты сквозь поле – точно.

– Значит, расскажет, – уверенно заявил Кат. – Мне все расскажет.

– Подождите, майор, – остановил его Кеноби. – Сперва поговорим мы…

Бросив взгляд в сторону пленника, Анакин внезапно ощутил уверенность в том, что при разговоре возникнут проблемы.

Так и оказалось. Кодель, несмотря на страх, оказался наблюдательным – и сделал выводы из разговора у дверей и жеста солдата в свою сторону.

– Я владею сведениями, которые больше вам ни от кого не получить, – заявил он, внезапно обретя большую уверенность в себе. – Так что можете даже не притворяться, что убьете меня.

Джедаи переглянулись и нехотя признали, что сепаратист был прав.

– Что будем делать? – отведя Кеноби в сторону, тихо поинтересовался Анакин.

– Теперь он знает, что серьезно угрожать мы не можем, – вздохнул Оби-Ван. – Если б не правила по отношению к военопленным, то я бы предложил заглянуть ему в разум Силой…

– Все равно бы не получилось, – заметил Скайуокер. – Мы оба с разумом настолько работать не умеем… А если просто воздействие?

– Он сейчас настроен ничего не рассказывать, – покачал головой Кеноби. – Конечно, можно дать достаточный импульс, чтобы сломить сопротивление… но это повредит ему мозг.

– В чем проблема? – окликнул их подошедший Кат. Кеноби кратко объяснил возникшую сложность.

– Короче, – подвел итог услышанному майор, – он не хочет говорить, и вы своей Силой не можете его тронуть, иначе он станет идиотом. Так?

– Верно, – кивнул Оби-Ван.

– Гм, а какое нам дело, если он станет кретином? Сведения-то мы получим.

Оба джедая вздрогнули.